Новости

Полетели, смертнички?

Американский бокс-офис: ласковый пьяный сосед как средство от террористов, голенастенькие мурашки восторга, пока еще негры на роликах.

Пока CNN в прямом эфире много часов подряд показывало своих корреспондентов, которых все больше заливало водой, закидывало веточками и кусками картона, а они при этом пытались перекричать ураган «Рита», большинство американцев выбрало другой способ пощекотать себе нервы: они пошли в кино смотреть, как страшно жить. Причем сделали это так дружно, что бизнес по сравнению с прошлым годом оживился на 51%. «Мы так переживали, что летом был спад, — щебечут специалисты, — а сейчас-то, сейчас! Это настоящий бум! А как это потрясающе для киноиндустрии!»

Киноиндустрия тем временем все больше похожа на впавшего в маразм супергероя, который активно машет руками и крыльями, но совершенно не помнит, о чем говорил вчера, и поэтому все быстрее и неразборчивее бормочет одно и то же. Не успели все забыть Уэса Крейвена с его «Ночным рейсом», как вышел еще один фильм о самолетных ужасах — «План полета» Роберта Швентке.

Чем больше в самолете признаков нормальной жизни, тем подозрительнее все выглядит с точки зрения искушенного зрителя.

Неудобные кресла, ласковый пьяный сосед, запах курева, смешанный с запахом сортира и разогретой рыбы, – такой полет нет необходимости усугублять террористами или пропавшими пассажирами. А вот посадите хорошо одетых людей в самолет на 800 пассажиров, двухэтажный, с гаражом на 29 машин, барной стойкой в первом классе и другими укромными уголками, в таком самолете сразу захочется снять триллер из серии «Ну что, расслабились, с-суки?».

Самолет, показанный в фильме «План полета», — это, конечно, в чистом виде иллюстрация к объявлению: «А сейчас мы со всей этой х...ней попробуем взлететь». И ведь взлетели! На первое место бокс-офиса, заработав за премьерный уикeнд $24,6 млн. Все это, конечно, благодаря актерской работе Джоди Фостер, которая из любого сценария может сделать параноидальную конфетку. Здесь она со своей фирменной хорошо скрываемой истерикой играет вдову, которая летит с шестилетней дочерью на вышеупомянутом самолетике. В какой-то момент засыпает, а когда просыпается, дочки нет, и никто ее не видел, и в списке пассажиров она не значится, а милый и добрый экипаж вежливо интересуется, все ли у героини Фостер в порядке с памятью вообще и с головой в частности. Внимательные зрители жалуются, что в фильме перебор с многозначительными взглядами, из которых становится понятно, что у Фостер с головой все хорошо, а с выбранной авиакомпанией плохо. Черствые и бездушные зрители жалуются, что фильм слишком похож на фостеровскую же «Комнату страха». Ключевые слова те же: Фостер, дочь, плохие люди, страшно, страшно.

«Труп невесты Тима Бартона» занял в чарте второе место и стал самым удачным мультиком сентября за всю историю сентябрей — $20,1 млн за первый уикeнд проката. Бартон – существо волшебное, дрессировщик мурашек: мурашки ужаса, казалось бы, неизбежные при просмотре любого бартоновского сюжета, превращаются по ходу фильма в голенастенькие мурашки восторга. Герой «Трупа» (его озвучивает Джонни Депп) надевает по приколу колечко на палец умершей барышни (ее озвучивает Хелена Бонэм-Картер), решив, что это не палец, а веточка.

И теперь труп – его невеста, а ему приходится спуститься в Страну мертвых, где все пьют, пляшут и веселятся.

Но у героя осталась живая, настоящая невеста, и теперь ему надо выбрать, на ком жениться. Сказка в духе «Кошмара перед Рождеством», романтический макабр, который критики уже обозвали поп-готикой, заставляет многое понять про Деппа – в частности, природу его погасшего взгляда в «Чарли и шоколадной фабрике». Депп, профессиональный мертвец, вбил еще один гвоздь в крышку своего любимого гроба, и гроб этот с каждым фильмом становится все краше. Говорят, Бартон сделал фильм по мотивам русской народной сказки. «Кощей Бессмертный», что ли?

На третьем месте – все тот же труп другой невесты, романтическая комедия «Между небом и землей», в которой герой жив, а его возлюбленная не очень. $9,8 млн за уикенд, общие сборы за две недели – без малого $30 млн. И лишь на четвертом месте все живы и никто не пропал: романтическая комедия взросления «Роллеры», о том, как негры-тинейджеры в семидесятые катаются на роликах, заработала в свой первый уикенд ровно $8 млн. Она хороша тем, что в семидесятые ролики выглядели совсем не так, как сейчас, а негров еще никто не должен был называть афроамериканцами. Больше она не хороша ничем, хотя критики из ложно понятой политкорректности эту комедию хвалят – за то, что негры в ней не принимают наркотики, не стреляют друг в друга из автоматов и не произносят длинных слов про маму и фака. А попробуйте пострелять, стоя на роликах. Конечно, неудобно. Поэтому в фильме все разбираются только с нежными чувствами и проблемами вроде «ах, нам теперь негде кататься, что же мы теперь будем делать».

И на пятом месте – еще один труп.

Судебный триллер «Изгнание дьявола из Эмили Роуз» заработал на этой неделе $7,5 млн, общие сборы $62,3 млн. При изгнании ни одного дьявола не пострадало.

А пингвины – ну что пингвины. Одиннадцатое место в чарте, разговоры неоконсерваторов о том, что эти птички – идеальные существа и носители неоконсервативной идеи, общие сборы $72 c лишним миллиона. Не летают (привет Джоди Фостер). Не выбирают между мертвыми и живыми невестами (привет Тиму Бартону). Тихо, упорно, медленно шагают. Счастливы.