В очереди на выход: курорты, где мечтают о независимости

В каких странах завидуют каталонцам

Анна Лозинская, Мария Борисова
Reuters
Один из самых популярных у туристов регион Испании проголосовал за независимость. Каталония, куда едут ради архитектуры и ресторанов Барселоны и ее окрестностей, музея Дали в Фигерасе и Кадакесе, а главное, пляжей, хочет воспользоваться правом на самоопределение. «Газета.Ru» рассказывает о том, в каких еще курортных зонах мечтают о независимости.

Южный Тироль, Италия

Matthias Schrader/AP

В Италии не так уж много мест, предназначенных для зимнего отдыха, и большинство из них находится в Южном Тироле – горном регионе, расположенном в Доломитовых Альпах. Для туристов здешние горнолыжные курорты – диковинная смесь Германии и Италии: в Dolomiti Superski приезжают ради 12-ти курортов с трассами протяженностью 1220 км, многие из которых годятся для детей, а также парков для сноубордистов, горных красот и кухни, в которой пытается соединиться итальянская и немецкая традиции.

Южный Тироль — это самая северная провинция Италии, часть австро-венгерского Тирольского графства, вошедшая в состав Италии лишь после Первой мировой войны. Жители Южного Тироля итальянцами так и не стали: 62,3% уроженцев провинции говорят по-немецки, под Рождество в Больцано и Мерано, крупнейших городах региона, устраивают ярмарки с немецким глинтвейном и имбирными пряниками, итальянские равиоли превращаются здесь в шлутцкрапфен (а выглядят, как вареники с картошкой), на десерт здесь подают не тирамису, а яблочный штрудель.

Да и ехать сюда удобнее всего из Мюнхена.

Южный Тироль обладает статусом автономной провинции, что означает, что здесь можно получать образование на немецком языке, а налоги, которые платят тирольцы, остаются в регионе практически в полном объеме – Риму достается лишь 10%. Но многим его жителям этого мало: за отделение ратуют те, кто хочет чтобы Южный Тироль вошел в состав Австрии.

Сардиния, Италия

Max Rossi/Reuters

Второй по величине остров Средиземного моря перешел в состав Италии от Савойской династии после объединения страны в XIX веке. Сардиния обладает статусом автономии – например, наравне с итальянским здесь пользуются сардинским (сассарским, альгерским диалектом каталонского языка и лигурским).

Такое разнообразие заставляет сардов чувствовать себя необыкновенными – и ни в коем случае не итальянцами.

На своем острове, покрытом скалистыми горами и обрамленном песчаными бухтами, они живут в своем мире, за которым туристы наблюдают, главным образом, с курортов Коста-Смеральды (Изумрудного берега).

Национализм долгое время был здесь характерен для политиков левого толка, которые, помимо всего прочего, отстаивали свое право на самоопределение – во времена Муссолини, когда правые пытались навязать региону итальянскую культуру, это было естественно. Однако в последнее время голоса, требующие для региона большей автономии, раздаются и из центра, и справа. На местных выборах, прошедших в 2014 году, националистические движения набрали, в общей сложности, 26%.

Сицилия, Италия

Pixabay

Сицилия на протяжении всей своей истории была особенным регионом, переходившим от греков к арабам, от тех к нормандцам затем к Испании, и уже в середине XIX века – к Италии. Сейчас все, что мы знаем о Сицилии – это сицилийская мафия, отчего такие географические названия, как Палермо и Мессина, ассоциируются у нас с перестрелками в пиццериях, но на деле здесь есть и античные руины, и средневековые храмы, и катакомбы — в общем, все, что влечет туриста, желающего не только погреться и искупаться в море, но и прикоснуться к истории.

Такому путешественнику, кстати, особенно рекомендуется ехать в Таормину – средневековый город, образовавшийся вокруг древнегреческого театра.

Помимо памятников истории, здесь есть и свой собственный сицилийский язык, и движение за независимость, четверо представителей которого даже заседают в итальянском Сенате. Борьбу за независимость сицилийцы ведут, собственно, еще с 1866 года – она началась после того, как остров вошел в состав Италии. В 1946 году этот регион действительно получил статус автономии.

Венеция, Италия

Stefano Rellandini/AP

Регион Венето расположен на северо-востоке Апеннинского полуострова и простирается от Доломитовых Альп до побережья Адриатического моря. Именно в эти край обычно направляются туристы, жаждущие окунуться в романтическое путешествие: дом Джульетты, собор св. Марка, гондолы, неспешно передвигающиеся по каналам, розовеющие на закате Доломитовые Альпы, знаменитое озеро Гарда и множество курортов с длинными песчаными пляжами.

Здесь же расположены десятки палаццо и средневековые поселения Аркуа-Петрарка и Монселиче.

Получить автономию региона местные жители пытаются ни одно десятилетие подряд. Правда, пока удалось лишь добиться признания венетского языка официальным, вместе с итальянским. По словам представителя движения за независимость Венеции Людовико Пиццати, жители Венето ежегодно платят € 70 млрд в виде налогов, из которых только €50 млрд в регион, а остальные же €20 млрд уходят из Венето в Рим. Согласно последнему опросу, проведенному в июне текущего года, 78,4% венецианцев выступают за получение автономии. Удастся ли Венеции стать независимой будет известно 22 октября.

Корсика, Франция

Pixabay

Родина Наполеона Бонапарта для французов – противоречивый регион, куда согласится поехать не каждый француз, несмотря на то, что здесь волшебная природа, окруженные лесами бухты и великолепная кухня, напоминающая итальянскую – в ее основе паста, полента и многочисленные разновидности колбас. А вот французов здесь откровенно не любят: с 1960 года здесь ведется активная борьба за автономию, связанная, во многом, с желанием сохранить свой собственный корсиканский язык.

Проблема в том, что до 1768 года остров принадлежал Генуе – но она отдала ее Франции, чем корсиканцы остались, видимо, недовольны до сих пор.

Отдельная неприятная история – это Фронт национального освобождения Корсики, о существовании которого впервые стало известно еще в 1919 году – тогда планировалось создание местного корсиканского парламента и правительства. Корсика получила особый экономический статус, но поскольку это было все, что могла дать ей Франция, с 1976 года Фронт начал вести террористическую деятельность – и держал в страхе французов вплоть до 2010 года. Вот, почему они не решаются распивать вино в ресторанах Аяччо. В отличие от туристов.