Новости

Россия крепит дружбу с Китаем

Саммит БРИКС поспособствует сближению России и Китая

Китаю и России будет сложно вести бизнес вместе, уверяют западные СМИ накануне старта саммита БРИКС. Пока позиции стран альянса, напротив, сближаются по всем вопросам: от бизнеса до политического видения ситуации, в том числе по Крыму.

Сотрудничество России и КНР набирает обороты, заявил президент РФ Владимир Путин на встрече с председателем Китая Си Цзиньпином. «Взаимодействие набирает обороты практически по всем направлениям, мы работаем очень интенсивно», — отметил он.

Си Цзиньпин ответил, что это оба лидера вместе выводят отношения на новый этап развития. «В прошедшие с момента вашего визита два месяца мы вели интенсивные консультации, наметились сдвиги во всех сферах», — заявил председатель КНР.

Встреча глав государств состоялась в ходе саммита стран БРИКС в бразильской Форталезе. Говорили о сотрудничестве в военной сфере и вопросах безопасности, повышении влияния в плане демократизации международных отношений. Путин надеется, что его визит в Китай на саммит АТЭС в ноябре будет столь же успешным, как и прошлый. Китай пообещал оказать России поддержку в проведении чемпионата мира по футболу 2018 года.

Но российско-китайские отношения предстают совсем иначе, если посмотреть на них глазами обычных предпринимателей, пишет Financial Times в большом обзоре, вероятно приуроченном к встрече.

В конце мая 2014 года российский «Газпром» и китайская национальная нефтегазовая корпорация CNPC подписали контракт на поставку в КНР 38 млрд кубометров газа в год в течение 30 лет. Соглашение было подписано в присутствии лидеров России и Китая. Общая сумма контракта составила $400 млрд, то есть 1 тыс. кубометров российского газа будет обходиться Поднебесной в среднем в $350.

«Подписание газового контракта на $400 млрд в мае стало небывалым прорывом, — пишет FT. — Это обещает золотую эру». Однако пока, рассказывает корреспондент британского издания Кэтрин Хилл, отправившаяся на Дальний Восток, предприниматели Китая не видят особенных преференций, а, напротив, сталкиваются с дополнительными сложностями.

По ее словам, достаточно посетить деревню Пашково, находящуюся на реке Амур, которая разделяет две страны, чтобы понять: огромный потенциал сотрудничества, о котором говорит Путин, упирается в стену давнего соперничества и недоверия.

В 2008 году, рассказывает Хилл, две китайские лесозаготовительные компании инвестировали деньги в России, чтобы обеспечить сырьем свое предприятие. Два года спустя они оказались перед запертой дверью — российские власти закрыли там пограничный пункт. «Сначала мы переправляли древесину по реке на наше предприятие в Китае, которое находится в нескольких километрах. Теперь же для доставки груза необходимо ехать в объезд, делая крюк в 700 км. Из-за этого наша прибыль уменьшается вдвое», — жалуется директор компании Heilongjiang Xin Chun Timber Group Чжао Фуцюань.

Другая компания, Kangbo, занимается поставками сельскохозяйственной техники в Еврейскую автономную область. Она жалуется на строгие правила российской таможни и высокие пошлины. «Мы вынуждены заполнять огромное количество документов для поставки каждого комбайна. За весь 2013 год власти разрешили нам продать в ЕАО лишь один уборочный комбайн», — рассказал региональный менеджер Чэнь Дацзюнь.

Впрочем, даже в таких условиях интеграция идет. Многие российские города на Дальнем Востоке уже попали в зависимость от КНР, пишет FT.

В Биробиджане большинство новых зданий возводятся китайскими фирмами, китайцы занимаются здесь торговлей, грузоперевозками, гостиничным бизнесом и переработкой отходов. «Без китайцев весь этот город остановился бы», — считает один из биробиджанских китайцев, Ван Минвэя.

При этом китайцы, как правило, не нанимают в свои компании россиян. Так, в компании Haihua, расположенной в Пашково, заняты 105 китайцев и 20 россиян. Руководители утверждают, что местные жители очень ленивы и много пьют, тогда как китайцы живут в общежитиях и работают семь дней в неделю от рассвета до заката.

Недовольны высокой активностью китайских инвесторов и в других странах Азиатско-Тихоокеанского региона. Так, министр посольства Республики Корея Пак Бенг Хван в ходе XI Красноярского экономического форума заявил, что увеличивающееся присутствие КНР в регионе представляет существенную опасность для российского Дальнего Востока.

«Китайские предприниматели все больше приходят в этот регион, в то же время российская молодежь его покидает. В результате влияние Китая на регион становится огромным. Основные потребительские товары почти полностью завозятся из Китая, при этом не создается своя база обрабатывающей промышленности», — сказал Хван.

Критике со стороны министра подверглась и политика привлечения иностранных инвестиций российских властей. «Инвесторы не благотворители. Если хозяин игнорирует своих гостей или не заботится о гостях, к нему могут прийти только незваные гости», — сказал он. «Мне надоело слушать об огромных энергоресурсах России, за эти ресурсы вам надо благодарить ваших предков», — подчеркнул Хван.

«Дело не в том, что русские пьют, — пояснил «Газете.Ru» заведующий отделением востоковедения ГУ-ВШЭ Алексей Маслов. — Просто чтобы получить кредит на развитие бизнеса в китайском банке, нужно выполнить, в частности, условие о том, что на предприятии будет задействована китайская рабочая сила».

По его словам, проблемы действительно могут быть, но вряд ли больше, чем у российских предпринимателей. «Всем тяжело вести бизнес в России, — отмечает Маслов. — Что называется, ничего личного — думаю, что никакой дискриминации именно китайских предпринимателей нет». Впрочем, добавляет он, важно разделять разные типы предпринимателей.

Во-первых, это китайская рабочая сила, которая легально приезжает в Россию. «Лимиты для китайцев по областям Дальнего Востока измеряются тысячами человек — не десятками и не сотнями тысяч», — отмечает эксперт.

Во-вторых, это предприниматели, которые ведут средний бизнес. «Часть из них строит дома и, в частности, участвует в тендере на строительство Новой Москвы. Китайские дома стоят дешевле, это видно по всем официальным данным. Китайцы платят налоги», — перечисляет Маслов. Проблемы у этой категории могут быть в связи с различиями культурных подходов и незнанием местных норм деятельности. «Китайцы начали производство теплиц на Дальнем Востоке. И неоднократно экологический контроль отмечал, что целлофан, используемый для них, должен быть вывезен или переработан, поскольку не разлагается», — приводит пример эксперт ГУ-ВШЭ.

В-третьих, это крупный бизнес, который готов создавать заводы, фабрики, целые сектора производства. «Но на этом уровне никакого ажиотажа по поводу вложений в Россию у китайцев нет. Сегодня выгоднее произвести товар в Китае и ввезти его в РФ, чем произвести в России. Даже несмотря на специальные экономические зоны».

«Если мы посмотрим, легко ли российским предпринимателям вести дела в Китае, то, скорее всего, увидим, что не легче, чем китайцам в России, — считает Маслов. — Безусловно, сейчас взаимоотношения России и Китая носят стратегический характер. Это не просто лозунг».

Лозунгом, по его словам, это было раньше — оборот российско-китайской торговли меньше, чем у Китая с США, с Японией, с АСЕАН, и даже чем у Китая с Африкой. «Россия — не основной торговый партнер Китая», — отмечает эксперт.

Сближаются позиции стран альянса и по политическим темам: в частности, лидеры стран БРИКС на саммите не будут критиковать действия России в отношении Крыма и Украины, отмечает Reuters со ссылкой на источники в дипломатических кругах.