Финансы

«Спекулянты и чиновники»: кто виноват в обвале — 94

Исторический онлайн: как российский рубль потерял почти 40% за один день

, ,

Российский валютный рынок не отличается устойчивостью. Только в этом году рубль пережил два периода ослабления – в апреле и августе, потеряв порядка 15% к доллару. Один из первых обвалов рубля случился 11 октября 1994 года, он вошел в отечественную историю как «черный вторник». «Газета.Ru» восстановила хронику тех лет в онлайн-трансляции и пришла к выводу, что мы все еще уязвимы для новых потрясений.

На этой не слишком оптимистичной, но реалистичной ноте, мы заканчиваем нашу онлайн-трансляцию. Надеемся, что в ближайшее время «черных вторников» на валютном рынке не случится.

По словам Ясина, мы и сейчас, после 1994 года, «далеко не ушли» и по-прежнему не застрахованы от повторения похожих катаклизмов, хотя работа была проделана с тех пор большая.

«Многие деятели, управленцы того времени не владели ситуацией в полной мере. Персональный состав управления исполнительной власти после обвала рубля поменяли. Это произошло в ноябре и декабре того же года. Меня, в частности, назначили министром экономики. Но изменилось ли сразу что-то в лучшую сторону, я бы не сказал», — признался Ясин.

Ясин считает, что нельзя, оценивая «черный вторник», возлагать всю ответственность на конкретных членов правительства или на чиновников из администрации президента.

Евгений Ясин (до 11 октября 1994 года возглавлял Аналитический центр при президенте РФ, а после «черного вторника» был назначен министром экономики) считает, что обвал рубля можно было бы предотвратить. «Но для этого нужно было иметь более глубокое понимание рыночных механизмов. А на тот момент этого не было ни у членов кабинета министров, ни у элиты, ни у олигархов. Но тогда Союз уже развалился, а у действующей власти еще было незрелое понимание экономической ситуации», — пояснил Ясин «Газете.Ru».

Нечаев считает, что сейчас существует риск таких же потрясений, потому хотя бы, что российская экономика встроена в мировую и по-прежнему сильно зависит от цены на нефть. «Мы и сейчас уязвимы. Но с другой стороны, если и тряхнет, то не так сильно, как в 1994-м. Все-таки у России положительное торговое сальдо, профицитный бюджет. Но полихорадить может», — заключает Нечаев.

По словам Нечаева, тогда парламент проводил безответственную политику, штамповал законы, которые приводили к росту расходов бюджета. «И ЦБ радостно печатал деньги под это. Тогдашний ЦБ на самом деле совершил немало ошибок, проводил вольную эмиссионную и денежную политику», — говорит Нечаев.

События того октября 1994 года больше помнят специалисты, узкий круг специалистов, а не граждане, вспоминает экс-министр экономики Андрей Нечаев. «Гораздо сильнее тряхнуло в 1998-м. Вот когда случился самый сильный удар по уровню жизни россиян. Но, тем не менее, драматические события 1994 и 1998 годов – явления примерно одного порядка. Это было следствием авантюристской политики властей», — уверен он.

Вьюгин отмечает, что в публичной и финансовой сферах это произвело достаточно сильный эффект, потому что курс на тот момент являлся якорем национальной валюты. Все это имело и политические последствия, правда, не такие большие, а вот экономические – практически никакие.

В ЦБ, видимо, посчитали, что, если банки будут упорно бить по курсу, придется потратить большое количество резервов, а их и так было мало. Тогда Центробанк решил резко дернуть курс и наказать спекулянтов, которые начинали скупать доллары, понимая, что, когда ситуация поменяется, они заработают. А ЦБ специально дал возможность курсу рубля улететь вниз, а доллара – вверх. «В каком-то смысле это было правильно, потому что после этого все успокоилось – банки поняли, что нельзя так играть с Центральным банком, он может и зубы показать. Именно это и произошло», - считает Вьюгин.

Олег Вьюгин, который в 1994 году был начальником департамента макроэкономической политики Минфина, вспоминает, что тогда было определенное давление на валютный курс, и Центральный банк пытался его сдержать, сопротивлялся, а банки активно атаковали, видимо, понимая, что на тот момент резервов для поддержания рубля у ЦБ было не так много.

«Рубль сейчас самая волатильная валюта среди стран «Большой двадцатки, стран-членов Шанхайской организации сотрудничества, Евразийского экономического союза. ЦБ не хочет стабилизировать курс и России очень сложно перейти с нашими партнерами на расчеты в национальных валютах, что вообще-то необходимо для поддержания внешней торговли», — говорит Глазьев. Советник президента также считает, что после «черного вторника» 1994 года россияне больше не верят в стабильность национальной валюты. А катаклизмы на финансовом рынке, случающиеся теперь регулярно, лишний раз убеждают их в этом.

Глазьев считает, что у Центрального банка РФ сейчас есть все возможности не допускать обвалов рубля, новых «черных вторников» и «черных пятниц», но он этого не делает и «рубль болтается в широком коридоре, обозначенном еще в 2014 году».

О причинах обвала рубля, конечно, лучше было бы спрашивать у Геращенко, считает Глазьев. Хотя тогда назывались версии о банковских спекуляциях на валютном рынке. Сейчас ситуация в банковском секторе мало чем отличается от 1994 года: «Денежные власти сегодня также отдали курсообразование рубля на откуп спекулянтам на Чикагской товарной бирже, на которой всем заправляют глобальные хедж-фонды и Международный валютный фонд».

Сергей Глазьев, советник президента РФ вспоминает, что в 1994 году он был депутатом Госдумы, членом комитета по экономической политике. В Думе обсуждали «черный вторник», но на личном уровне. «Каких-то решений по этому поводу не принималось», — сказал Глазьев «Газете.Ru».

Ведев подчеркивает, что и сейчас является противником инфляционного таргетирования, которое практикует ЦБ. «Я считаю, что это не подходит для нашей экономики. Мне кажется, что Центробанк с Минфином тоже отчасти это поняли, отложив все покупки на открытом рынке валюты. Естественно, фиксированный курс – это, наверное, худшее зло, и оптимальным вариантом является управляемое плавание, к которому постепенно пришел Центральный банк», - полагает он.

«Конечно, этого можно было избежать. На мой взгляд, это был абсолютно дикий рынок и сговор коммерческих банков, которые играли против рубля, и, естественно, на этом движении все неплохо заработали. Я был категорическим противником и критиком Центрального банка, который это допустил. То, что затем он быстро отыграл это падение, было единственно правильным решением, потому что к этому моменту у нас и так была достаточно высокая инфляция, процентные ставки и так далее. В результате ставилась под угрозу вся финансовая система», - считает завлабораторией структурных исследований Института прикладных экономических исследований РАНХиГС Алексей Ведев.

Эксперты и участники событий 1994 года уверены, что «черного вторника» можно было избежать. При этом они полагают, что далеко не все уроки валютных кризисов были выучены российскими властями.

Существует версия, поддержанная американским экономистом Милтоном Фридманом, по которой одним из последствий американского «черного вторника» стала Вторая мировая война. Так это или нет, но российский валютный кризис сменился первой Чеченской войной. В декабре 1994 года был предпринят первый танковый штурм Грозного.

Стоит также напомнить, что эпитет «черный» – прямое заимствование из американской экономической истории, популярны в начале 90-х годов в постсоветской России. Великая депрессия началась в США с биржевого краха 24 октября 1929 года, и этот день получил название «черный четверг». Потом были не менее «черные» пятница и понедельник, а 29 октября произошел финальный обвал, и появился «черный вторник».

Кстати в сентябре 1994 года Motorola только открыла Москве сеть пейджинговой связи MobileExpress. Не лучше обстояло дело даже с алкоголем, который был зачастую «паленым» или контрабандным. Иностранные бренды еще только осматривались в России.

Отметим, что «черный вторник» с точки зрения современных технологий состоялся в условиях полной информационной тишины. Массовой сотовой связи еще не существовало, а проникновение интернета было минимальным. Все новости распространялись газетами на бумажном носителе с пометкой «вчера», а слухи разносились по проводным телефонам или с помощью пейджеров, которые имели чуть большую аудиторию, чем сотовые телефоны.

По сведениям газеты «Коммерсант», Минфин в момент скачка продал Центробанку около $400 млн, получив от сверхнормативных колебаний в качестве чистой прибыли около 1 трлн рублей в доход бюджета.

«Если обвинять банки в том, что они заработали, почему ту же логику не распространить и на правительство, которое заработало в эти дни больше всех. Короче говоря, что, уже было указание, что нельзя зарабатывать?», - комментировал обвинения тогдашний президент «Альфа-банка» Петр Авен.

На специальной пресс-конференции 10 ноября президент Ассоциации российских банков Сергей Егоров заявил, что в отношении банков развязана кампания по дискредитации, и сравнил доклад Совбеза с советскими практиками.

«Скрупулезный юридический анализ показал, что, с одной стороны, в Вашем докладе, а также в решении Совета не содержится конкретных обвинений коммерческих банков в противозаконной деятельности, с другой стороны, — ряд формулировок текста подрывает деловую репутацию российских коммерческих банков, а также честь и достоинство их руководителей. Кроме того, так называемое обвинение носит скорее эмоциональный, а не правовой характер. При этом критике подвергаются как банки, продававшие валюту (способствовавшие падению курса), так и банки, ее покупавшие («заработавшие» на обвале курса)», - говорилось в письме АРБ.

Реакция банковского сообщества была крайне резкой. Ассоциация российских банков написала открытое письмо Олегу Лобову, с просьбой разъяснить, что имелось ввиду под обвинениями в спекулятивных операциях.

В докладе Совбеза досталось по полной программе не только чиновникам, которые не смогли предотвратить обвал рубля, но и банкирам. Прямо их ни в чем не обвиняли, но из контекста следовал однозначный вывод о преднамеренной спекулятивной игре.

12 октября 1994 года были предприняты и первые шаги по борьбе с коррупцией. Тогда Госдума приняла закон «О борьбе с коррупцией». Впервые в постсоветской России устанавливалось, что коррупцией считается использование должностными лицами своего статуса для незаконного получения материальных благ, а также противоправное предоставление ими этих благ физическим или юридическим лицам. К субъектам коррупционных правонарушений относятся также служащие государственных учреждений и предприятий, депутаты представительных органов власти, судьи, народные и присяжные заседатели в суде.

Отставку Шохина тогда объясняли и протестом против работы с Владимиром Пансковым. В результате лихорадить стало рынок облигаций государственного внутреннего валютного займа, на котором присутствовали иностранные инвесторы. После назначения Панскова и отставки Шохина курс ценных бумаг всех траншей упал на 1,5-2,5 процентных пункта.

Александр Шохин не стал ждать «определения меры ответственности» и «хлопнул дверью», почти в прямом эфире. Он объявил о своей отставке 6 ноября 1994 года прямо во время переговоров с миссией МВФ об очередном транше стабилизационного кредита. Перед этим, правда, он обещал, что до конца года Россия выплатит $500 млн по уже имеющимся долгам.

В Минфине началась чехарда назначений и отставок. На место Дубинина был назначен человека из его же команды — Андрей Вавилов. Но на должности министра он продержался только до 4 ноября. Тогда на пост министра финансов был назначен Владимир Пансков, которого не причисляли к команде рыночников, но он был близок к премьер-министру Виктору Черномырдину.

В число поименованных виновников попали Виктор Геращенко, его заместитель Дмитрий Тулин, директор департамента международных операций ЦБ А.И. Потемкин. От правительства ответственными были признаны вице-премьер Александр Шохин, руководители Минфина Сергей Дубинин и Андрей Вавилов. «Безынициативность и бездеятельность проявил руководитель Федеральной службы России по валютному и экспортному контролю В.Ф. Круня».

«Но непосредственно к обвальному падению курса рубля привели раскоординированность, несвоевременность, а порой и некомпетентность решений и действий ряда федеральных органов исполнительной власти, непрофессионализм и безответственность некоторых должностных лиц», - посчитала госкомиссия.

Госкомиссия представила свои выводы 2 ноября 1994 года. В докладе говорилось, что «резкая дестабилизация финансового рынка возникла на фоне сложной общеэкономической ситуации, в первую очередь увеличения темпов инфляции, углубления кризиса неплатежей, спада производства, низкой инвестиционной активности, уменьшения доходности вложений в различные сектора финансового рынка».

В три дня расследование не уложилось. Только спустя 13 дней, 25 октября Борис Ельцин издал новый указ, которым специально уточнил, что председателем госкомиссии является Олег Лобов, а его заместителем - директор Федеральной службы контрразведки Сергей Степашин.

Магия цифр: указу президента, подписанному 12 октября 1994 года, был присвоен номер 1994.

12 октября решением президента была создана «Государственная комиссия по расследованию причинрезкой дестабилизации финансового рынка». Секретарю Совета безопасности РФ Олегу Лобову поручалось в трехдневный срок представить материалы ее работы.

Виктор Геращенко сам подал в отставку, несмотря на то, что Госдума этому сопротивлялась. Его заменила на этом посту Татьяна Парамонова. В ЦБ Геращенко вернулся только в сентябре 1998 года после «дефолтной» отставки Сергея Дубинина.

В тот же день Борис Ельцин уволили и.о. министра финансов Сергея Дубинина и предложил Госдуме освободить от занимаемой должности председателя ЦБ Виктора Геращенко. Увольнение «за финансовый кризис» для Сергея Дубинина оказалось первым, но не последним. В 1998 году он вынужден был покинуть пост председателя ЦБ, за дефолт.

Валютный кризис тут же превратился еще и в политический. 12 октября президент Борис Ельциным провел заседание Совета безопасности, где сделал исторический вывод: это «или диверсия, или крайняя безответственность и разгильдяйство специальной группы организаторов».

Вице-премьер Анатолий Чубайс в октябре 1994 года предполагал, что на бирже могли оказаться сельхозсубсидии, которые шли через коммерческие банки: «Из-за сезонных факторов и недостатка жесткости правительства в последние месяцы произошло значительное увеличение кредитов, выданных Центробанком для финансирования завозов товаров в северные регионы и поддержания АПК в период уборки урожая. Однако эти средства, поступившие в коммерческие банки, стали прежде всего прокручиваться на валютной бирже. Вот почему наряду с объективным фактором обвальное падение рубля усугубляется еще и чисто спекулятивными ажиотажными моментами».

А вице-премьер, министр экономики Александр Шохин (сейчас он возглавляет РСПП) говорил: «Мы сумели, убедить население не вкладывать свои деньги в подозрительные ценные бумаги. Нам поверили и стали вкладывать в более надежные бумаги, которыми, естественно, являются доллары».

Первые причины обвала курса высказывались фантастические. Например, всерьез обсуждалось, что активисты от МММ сформировали нечто вроде политической партии финансируемой, по некоторым данным, за счет невозвращенных акционерам денег. Предполагалось, что именно обиженные властями организации типа МММ и «Русский дом селенга» были способны организовать обвал рубля, так как у них для этого были средства.

Впрочем, неприятные часы пришлось пережить многим бизнесменам. «Мне больше всего запомнился «черный вторник». Помните «черный вторник»? Это был мой день рождения – 11 октября — мы собирались отметить, практически никто не пришел. Это была личная драма», - вспоминает Андрей Комаров, председатель совета директоров, основной владелец Челябинского трубопрокатного завода.

Скоротечность валютного кризиса привела к тому, что многие его просто не заметили. Зато оборотистые спекулянты, легкие на подъем, сумели сделать неплохой бизнес. Не во всех банках, особенно в регионах курс менялся быстро, поэтому можно было метнуться за пределы столицы, прикупить там доллары подешевле, а потом продать их в столице с отличной премией. Впрочем, повторим, лавочка закрылась очень быстро.

В следующий раз доллар вернулся на рубеж в 3900 рублей только 20 января 1995 года. Затем он взял 4000, а в апреле перевалил за пятитысячную отметку. Впрочем, затем курс снова скорректировался и год закончился на уровне 4640 рублей за доллар.

14 октября присвоили название «красного четверга». Но оно не прижилось – его употребляли только в 1994 году.

Сразу стоит оговориться - обвал курса оказался рекордно краткосрочным. Уже 14 октября валютная пара вернулась практически на точку старта - 2994 рубя за доллар.

Почти 40% минус - так сильно рубль за свою короткую на тот момент, самостоятельную российскую историю, еще не падал.

Валютных резервов на то, чтобы закачать их на биржу и сбить пыл спекулянтов, у ЦБ не было. «С начала октября, - вспоминал Виктор Геращенко, - отдали порядка $600 млн., удовлетворили тогда все запросы правительства по кредитам, и, к сожалению, у Центробанка не осталось оперативных средств для широкомасштабных интервенций на ММВБ».

Остановились торги только на отметке 3926 рублей за доллар. Такой курс остался в статистике ЦБ и на 12 октября.

Участники торгов разгоняли доллар с невероятной скоростью. 3100, 3200, 3300...

Дальше события на бирже приняли драматический характер. Ни Минфин под руководством Сергея Дубинина, ни ЦБ, который тогда возглавлял Виктор Геращенко, с подобными ситуациями в силу объективных причин не сталкивались.

Торги 11 октября 1994 года открылись резким гэпом вверх. Отметка в 3000 рублей за доллар была взята практически мгновенно.

На этом фоне неудивительно, что рос курс доллара. В начале года официальный курс ЦБ составлял 1259 рублей, а в начале августа он перевалил за 2000. При этом многие экономисты отмечали, что курсовая динамика большую часть года отставала от темпов инфляции. Поэтому конец лета и начало осени темпы ослабления рубля нарастали. Но, как говорится, ничего не предвещало.

Объем ВВП России в 1994 году уменьшился на 15% по сравнению с 1993 годом, а размер бюджетного дефицита превысил планку в 5% от ВВП. План по поступлениям в бюджет не выполнялся в связи с относительно невысокими поступлениями от экспорта, а также весьма слабой собираемостью налогов. Наблюдалось «бегство» денежных средств за рубеж, ЦБ приходилось все больше предоставлять кредитов государству на цели покрытие бюджетного дефицита. К тому же в стране де-факто произошла «долларизация» экономики, она все больше зависела от займов со стороны международных финансовых организаций.

Надо сказать, что Россия находилась в 1994 году, мягко говоря, в очень сложном положении. Экономический кризис был в самом разгаре. Инфляция в предыдущем году составила 940%, а 92-м году ужасающие 2609%. Забегая вперед, скажем, что 1994 год закончился с показателем 315%.

Страна подошла к 11 октября с курсом 2833 рубля за один доллар. Именно такое соотношение было зафиксировано Банком России по итогам торгов на Московской межбанковской валютной бирже (ММВБ) в пятницу, 7 октября.

«Черный вторник», который случился почти четверть века назад, — это обвальное падение рубля по отношению к доллару США.

Доброе утро, уважаемые читатели. «Газета.Ru» начинает онлайн-трансляцию событий связанных с «черным вторником» 11 октября 1994 года.