IT-патриотизм

1. Индия, конечно, великая страна, но зачем же отечественную IT-индустрию ломать? Она, бедная, выросла без копейки инвестиций, без участия в приватизации, с абсолютного нуля, а теперь государство, насмотревшись в Бангалоре на заморские чудеса, помочь ей хочет? Знаем мы, чем эта помощь заканчивается. Пусть уж лучше не вмешивается.

2. Развитие рынка заказного программного обеспечения для зарубежного заказчика – тот же экспорт сырья. Мы задешево продаем мозги наших инженеров, не получая права тиражировать разработанный ими софт.

Так делать не надо, а надо вместо этого стремиться на рынок готовых, тиражируемых программных продуктов.

Таких, как Windows. Ну или хотя бы как архиватор RAR. Таким образом мы всей страной разбогатеем круче, чем на нефти, и заодно соблюдем национальное достоинство – вместо того, чтобы торговать рабочей силой, станем поставлять продукты глубокой программистской переработки.

3. Пока выросшие на внутреннем рынке «1С» и Касперские стремятся на богатый Запад, где малая доля рынка в разы превосходит все, о чем только можно мечтать в России, офшорные программисты без лишнего шума западный рынок как раз и осваивают. И дай бог им за это здоровья. Пусть только идут в технопарки, вместо того чтобы втихаря слать по e-mail за границу отлаженные коды, и платят хоть и маленькие (по нашим меркам), но все же налоги.

Как нетрудно заметить, эти точки зрения объединяет одно – государственный подход. Оценка положения дел сверху. Как выразился бы Манилов, «не будет ли эта негоция несоответствующею гражданским постановлениям и дальнейшим видам России?»

Нынче вроде бы официально (официальнее некуда – президент сказал) решено: не будет. Трудитесь и обогащайтесь, граждане программисты.
И тут выясняется чрезвычайно важная и интересная вещь: обогащаться-то мало кто может.

Потому что у нас и тут, на мировом рынке аутсорсинга, особый, будь он неладен, путь.

Именно из-за государственного подхода, игнорирующего по обыкновению чаяния простого IT-пролетария.

Во-первых, мы почему-то полагаем себя по всем статьям умнее тупо кодирующих индусов. Этим мы похожи на слесаря-интеллигента из «Двенадцати стульев», который неспособность работать компенсировал наличием среднего образования. Думать так об индийцах – а ведь мы, давайте признаемся, именно так и думаем – значит демонстрировать, прошу прощения, «патриотизм» того разлива, который служит прибежищем даже не негодяя, а идиота.

Откуда такая запальчивость, спросите вы. От досады на самого себя. Я ведь и сам так думал до недавнего времени, пока из разговоров со многими давно работающими в IT-аутсорсинге людьми не выяснил: индийская софтверная индустрия устроена так умно и тонко, что нам надо у нее учиться, учиться и еще раз учиться.

Во-вторых, мы не хотим обогащаться самым эффективным способом, который давным-давно апробирован потенциальными конкурентами, тупыми индусскими кодировщиками в том числе. Наши софтверные компании, даже самые успешные, за версту обходят фондовый рынок. У владельцев бизнеса есть для этого свои резоны, разумеется, не дураки же они. А что есть у рядовых программистов? У тех, кто много и тяжело, сутками напролет работает с кодом и даже не отдает себе отчет в том, что его профессиональный век не длиннее, чем у спортсмена?

Раздражающий работодателя высокий (по нашим меркам, конечно) оклад? Да на него квартиру в Москве и за десять лет не купишь. Для сравнения: в США и Индии лояльный по отношению компании программист или менеджер среднего звена (прошу прощения за не мною реинкарнированное советское словосочетание) получает опцион и со временем становится миллионером. Легко. Таких миллионеров в нищей Индии – тысячи.

А в нашей просвещенной стране IT-бизнес сделал миллионерами немногие сотни людей, а относительно небольшое число занятых лишь едва приблизил к стандартам жизни среднего класса.

В-третьих, тому самому государству, которое сейчас трогательно заботится о софтверном бизнесе, не худо было бы адресовать самому себе горбачевское «начни с себя». Отличный, между прочим, рецепт, если только выписывать его не всем подряд гражданам, а бюрократии.

Можно сколько угодно провозглашать верные цели и даже искренне к ним стремиться, но ничего – по обыкновению – не выйдет до тех пор, пока власть не обзаведется если не совестью, так хотя бы добросовестностью.

Как так, спрашивается, получилось, что вслед за «sputnik» и «perestroika» мир выучил еще одно русское слово – «otkat»? Стыдно же, господа патриоты. С такими замашками на глобальных рынках, а рынок IT-аутсорсинга глобален по определению, делать нечего.