Цифровые подземелья

Клады, скелеты, ловушки – Индиана Джонс прославился благодаря такой вот ерунде. Cделал имя, эксплуатируя интерес ко всему таинственному. А вот программистам прорваться к славе практически невозможно. Программист может написать и отладить изящнейший код, да что толку. Кто это оценит? В лучшем случае коллега за кружкой пива.

Программистов, знаменитых по-настоящему, то есть за пределами профессионального круга, всего два, и оба русские: Алексей Пажитнов и Дмитрий Скляров. Их известность, заметим, имеет весьма условное отношение к профессиональной деятельности. Придуманный Пажитновым «Тетрис» с точки зрения программирования представляет собой задачу тривиальнейшую, не случайно самая первая версия знаменитой игры была изукрашена разнообразными не имеющими отношения к делу прибамбасами – явно с целью компенсировать недостаточную трудоемкость программирования.

Помнится, список разработчиков через весь монохромный экран с жужжанием тащил двухмерный самолетик (к спискам разработчиков программ мы еще вернемся).

Что касается славы Дмитрия Склярова, то она такого рода, что лучше бы было ее избежать. Дима, кстати, отлично знает цену своей известности и уверенно предпочитает ей профессиональные успехи. (Не говорите мне, что надо помянуть наряду со Скляровым еще и Кевина Митника. Не надо. Митник все же не программист. Программист – это тот, кто пишет и отлаживает программы.)

Однако и у программиста есть один, хотя и рискованный, способ завоевать какую-никакую известность.

Для этого надо построить подземелье в собственной программе. Ввести в нее фрагмент кода, о котором ни работодатель, ни пользователь не догадываются или догадываются не сразу. После чего ждать своего Индиану Джонса.

Это одно время было очень принято в Microsoft. Мне доводилось беседовать в Редмонде как с программистами, так и с их начальством. Программисты, как выяснилось, совершенно самостоятельны. Код, который они пишут и отлаживают, никто, кроме них самих, как правило, не проверяет, только тестируют – лишь бы работал.

В прежние времена это вело к забавным вещам. В одном из приложений MS Office для Windows 3.1 была, например, спрятана трехмерная «леталка». Надо только знать, как ее вызвать. Какие пункты меню указать, какие комбинации клавиш и в какой последовательности нажать, чтобы вместо окна офисного приложения открылось окно игрушки.

Весьма распространенной практикой было включение в код титров с именами тех, кто сделал продукт. Игрушки Solitaire и Minesweeper, поставляемые вместе в Windows, допускают возможность жульничества: в их подземельях хранятся колдовские приемы беспроигрышной игры. Ну и так далее. Сооружение не предусмотренных проектом больших и маленьких пристроек к программным продуктам — настолько распространенное явление, что для него есть специальный термин «пасхальные яйца».

Публичных скандалов из-за «пасхальных яиц» до недавних пор не происходило. Конечно, внутри Microsoft они наверняка случались, но наружу не выходили. А как только компания стала предоставлять свои исходные коды правительствам на предмет проверки их безопасности (российское правительство, кстати, было одним из первых иностранных, сертифицировавших Windows XP для работы с конфиденциальными данными), так «пасхальные яйца» и вовсе исчезли. «Мне нечего добавить к тому, что было официально сказано нами ранее по этому поводу. Уверяю вас, в наших операционных системах более нет и не будет побочных фрагментов кода», — произнес в ответ на мой вопрос о всем известных «пасхальных яйцах» топ-менеджер Microsoft, презентовавший журналистам доклад о безопасности Windows. Произнес, уставившись оловянным взглядом в мою переносицу, и таким тоном, чтобы ни у кого не осталось сомнений: редмондского пролетария, осмелившегося самовольничать, четвертует лично Стив Балмер.

К чему я это все это рассказываю? К тому, что первый грандиозный, планетарного (без преувеличений) масштаба скандал из-за «пасхального яйца» все же произошел и успешно развивается на наших с вами глазах. Программисты, написавшие игрушку под названием, если я не ошибаюсь, Grand Theft Auto, зачем-то ввели в код фрагменты, активация которых вызывает к жизни откровенные сексуальные сцены – в трехмерной графике, разумеется, и высокого качества.

Причем шалуны – ну не идиоты? – не предусмотрели никаких возможностей для того, чтобы пользователь сам, без посторонней помощи мог насладиться зрелищем. В это подземелье нельзя было войти без динамита – программы, взламывающей Grand Theft Auto.

Взломщик, понятно, нашелся. Некий голландец распространил программу, которая открывала неведомые возможности. И началось. Американские бюрократы, присвоившие игрушке не ту категорию («для лиц старше 17» вместо «только для взрослых»), неубедительно оправдываются перед возмущенной программистским беспределом сенатором Хиллари Клинтон. Дистрибуторы держатся от греха подальше и отказываются закупать диски со скандальным продуктом. Истосковавшиеся по сколько-нибудь интересным IT-новостям информационные агентства дают две-три заметки в день о Grand Theft Auto, но не сообщают, что сделал работодатель с не в меру талантливыми программистами.

Мы даже не знаем их имен, и это неопровержимо подтверждает сформулированный выше тезис: нельзя прославиться, будучи программистом.