Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Глеб Черкасов

Объект национальной ненависти

Стать «национальным аллергеном», объектом всенародной ненависти, человеком, именем которого пугают далеких от государственных высот людей, достаточно просто. Формула «национальной аллергии» оказалась побочным следствием шоковой терапии начала 90-х годов и, как это часто бывает, стала вполне самостоятельным явлением.

Вот только представьте на секунду – приватизация с ваучерами, невесть куда исчезнувшими инвестиционными фондами и залоговыми аукционами есть, а вот Чубайса не было. Не было человека, ставшего первым, официально объявленным «национальным аллергеном», человека, на которого де-факто повесили все беды и печали первого этапа экономических реформ в России (впрочем, тут Чубайс делит лавры с Гайдаром). Не было того, на кого можно было все свалить и, главное, чтобы сразу всем все стало понятно. А ведь как все ловко получилось: было много добра, добро это куда-то непонятным способом уплыло, зато появились те, кто «нахапал». Ответ известен — во всем виноват Чубайс. Все просто и понятно: одним — добро, другим — объект ненависти.

Тут еще важно понимать, что для производства национального аллергена надо вычленить самую понятную для населения составляющую и только потом подбирать кандидата в «аллергены». Потому что если вдруг избранный «козел отпущения» окажется ответственным за что-то не очень понятное гражданам, ничего не получится.

Как стал «национальным аллергеном» Михаил Зурабов? Пенсии маленькие, лекарства дорогие и часто хреновые, советской медицины нет, новая в целом не для людей. Проблема понятна? Понятна. Решение ее существует? Хорошего – нет, плохого тоже, есть, кажется, паршивое. Хочется кому-нибудь паршивыми делами заниматься? В общем-то, дураков нет. Тогда все просто – тянем время, латаем дыры, а чтобы населению было не скучно – пусть оно обсуждает министра Зурабова. Тем более, ему, в, общем-то, все равно.

Это тоже очень важно – чтобы «национальному аллергену» было бы неважно, что он нем пишут (пока еще пишут) и как именно его ругают те, от кого он никак не зависит. Ничего общего с мазохизмом: прагматичный и даже циничный подход – пусть лают, если охота. «Национальный аллерген» меняет дурную славу на всякие куда более материальные преференции. С ними и критика как-то проще воспринимается.

Важно еще понимать, что превращение в «национального аллергена» — дело не месяца и даже не года. Ненависть должна проникнуть так глубоко, чтобы и вопроса даже такого не возникало – кто тут враг №1. А вот он, сидит на докладе у президента и наверняка врет что-нибудь чудовищное и замышляет что-нибудь ужасно подлое. Его образ должен быть настолько инфернальным, чтобы не возникало никакого удивления, что такой плохой человек, находится в компании славных парней, которые управляют страной. На то он и инфернальный, чтобы противоестественно отравлять собой атмосферу.

Беда в том, что «национальный аллерген» использоваться может только один раз. Их же рано или поздно увольняют и после этого они становятся просто непопулярными общественными деятелями. Ведь нельзя же сейчас назвать Анатолия Чубайса «национальным аллергеном».

Место вакантно, должность опустела, а ведь новому президенту и новому премьер-министру обязательно понадобиться новый «национальный аллерген», человек, которого будут дружно ненавидеть, для того, чтобы крепче любить всех прочих «славных парней».

А ведь он, будущий «национальный аллерген» еще и не знает о своей миссии, ему еще совсем невдомек, что судьба несет его к славе и поношению, всенародной ненависти, которая выльется во что-нибудь полезное и приятное. Что скоро уже его именем будут называть бродячих псов и жечь его чучела.

Но это-то его дела. А вот за что он будет отвечать? Это и есть самое интересное.