Точка сбора

Глеб Черкасов о том, почему ни одна из оппозиционных политических сил не может всерьез консолидировать протестные настроения граждан

Предложенная в прошлом году Алексеем Навальным модель поведения на думских выборах «голосовать за кого угодно, кроме партии жуликов и воров», получилась броской и бросовой почти одновременно. За полгода, прошедшие после дня думского голосования, эти избранные «кто угодно кроме…» показали себя во всей красе, исправно голосуя за то, о чем их просят из Кремля и Белого дома. Редкие исключения только подтверждают правило.

Кажется, «Единая Россия» и ее покровители могли тогда не перетруждаться и не ставить своей целью завоевание даже простого думского большинства. Все равно бы неплохо для нее получилось. Если бы голосов для какого-то решения не хватало, в Кремле знали бы, где их найти.

Сегодня Алексей Навальный среди прочих своих занятий изо всех сил обращает внимание граждан на тарифы ЖКХ. Неизбежный рост платежей и возможные социальные последствия — одна из наиболее обсуждаемых сегодня тем. Есть достаточно распространенное ожидание того, что осенью люди, получив счета с новыми, куда более ощутимыми для семейного бюджета цифрами, bpменят свое отношение к руководству страны и его партии. И вот тогда оппозиция сможет напомнить, что говорилось весной, перед тем как выбирали Владимира Путина. Например, о том, как Путин требовал от чиновников не повышать тарифы. Или о том, как он говорил про то, что тарифы должны зависеть от качества и надежности предоставляемых услуг. Сопоставление предвыборных обещаний и реальности, судя по ожиданиям, должно привести людей в ярость и поменять политический климат в стране.

Настойчивое ожидание ЖКХ-протеста схоже с тем, как семь лет назад увязывали неизбежное падение цен на нефть с немедленными политическими переменами. Цены упали. С «немедленными» вышла промашка. Как, впрочем, и с переменами.

Кажется, что-то подобное случится и с прогнозируемыми осенними социальными волнениями. То есть счастья от того, что тарифы растут, и достаточно быстро, никто, наверное, не испытает. Недовольство отольется в цифры социологических опросов. Их с беспокойством прочтут в Кремле. Однако и поводом для действительно существенных социальных волнений валящиеся в почтовый ящик платежки не станут. Не потому, что гражданам плевать на свои кошельки. Совсем нет.

Просто рост цен — это не то, из-за чего население России выходит на улицу. Когда у людей становится меньше денег, они ворчат по углам. Настоящим поводом для выступлений может стать демонстративный отказ государства от исполнения своих обязательств или же очевидная неспособность их исполнять.

А вот этого не будет. Чтобы унять народное ворчание, федеральная власть публично наваляет региональной. Достанется на орехи местному самоуправлению. Два-три десятка ответственных лиц снимут с работы, а кое-кого даже и посадят ненадолго. Это будет похоже на исполнение государством своих обязательств. Возможно, даже оппозиционная кампания против повышения тарифов пойдет власти в плюс, как это в итоге случилось с голосованием «за кого угодно против».

Но даже если резкий рост платежей и вообще цен и приведет к всплеску протестных настроений, то ни одна из ныне действующих оппозиционных групп — хоть правых, хоть левых, хоть системных, хоть совсем неформальных, да хоть каких еще — в своем нынешнем состоянии не сможет быть этому протесту полезна и пригодна. Так же как не удается этим же группам — партиям, движениям, клубам по интересам — по-настоящему соответствовать запросу на перемены, который был обозначен прошлой осенью и который никуда на самом деле не делся. Да, в этих группах слишком много либо «бывших и битых», либо «новых и бесполезных» (есть также «новые битые» и «бывшее бесполезные»). Но проблема еще и в том, что

тем, кого не устраивает нынешняя власть и ее курс, никак не удается найти своего рода «точку сбора». Некую консолидирующую позицию, которая объединила бы не только упертых противников существующего режима, но и тех, кто уже не может рукоплескать Владимиру Путину, но при этом не готов поддерживать тех, кого назначают ему в оппоненты.

В основе этой точки сбора не может быть «анти». Слишком много тогда возникает вопросов. Против чего объединяются — против Владимира Путина как политика или путинизма как стиля ведения политических дел? Против вступления в ВТО или против усиления социалистических тенденций в экономике? Против приватизации или против национализации? Против мигрантов или против противников мигрантов? На соответствующие дискуссии может уйти весь третий срок Владимира Путина, так что ему придется переизбираться на четвертый, чтобы его оппоненты могли бы хоть о чем-то договориться. Это вряд ли их устроит.

Чтобы было по-другому, нужно жить не по повестке дня, которую определяет власть. Оппозиция, хоть правая, хоть левая, всегда в этом случае оказывается в роли догоняющего. Еще важнее понять, что должно быть по-другому в той стране, которую хочется построить.