Благонамеренные речи

Кремлевские либералы поднимают голову. Тяжело, говорят, конечно, но, взявшись за руки, мы одолеем питерскую клику. Вот Игорь Шувалов, новый шерпа, уже готов осадить налоговиков и, вообще, говорит, хотим в легальном поле расположить наш бизнес. Президент хочет. Настолько, что уже даже идут разговоры о новой партии, которая по поручению кремлевской администрации выступит от имени ответственных и зрелых тружеников рынка, обеспокоенных поворотами государственного курса.

И тут дело даже не в том, что вместо санкций к налоговикам может быть введена презумпция виновности налогоплательщика или отменена налоговая тайна.

У кремлевской партии благих намерений, в принципе, нет никаких перспектив. Поскольку реакция, бессилие и тотальное вранье определяют подход Владимира Путина к управлению страной.

Вы заметили, что вся внутрипартийная фронда сосредоточилась на экономике, игнорируя эксцессы внутренней и кадровой политики? То есть с произволом налоговиков мы поборемся, это Сечин и Патрушев разворачивают наш корабль, мы им, конечно, не дадим, а уничтожение федерализма, торговля креслами, поиск врагов, премьер-министр, цензура и бутафорские митинги по разнарядке — это ничего. Что они скажут своей целевой аудитории бизнесменов? Что на очередных переговорах с генпрокуратурой решили вместе повышать транспарентность органов правопорядка? Кому это интересно?

Это как вы читаете курс лекций по русской классике, а фамилию «Пушкин» произнести не можете, вам на методологии популярно объяснили, что это вы бы против классики как таковой выступили. А вы за, как все, и эту свою страсть к Золотому веку до людей хотите донести.

Так разговоры о ревизии налогового администрирования плавно переходят в обсуждение реформы Конституции.

Чтобы русскую классику, так сказать, для благодарных потомков сохранить. Чтобы, пусть и временно проиграв в чем-то, не свернуть с магистральной колеи необходимых нашему обществу реформ.

Вот, к примеру, президент встречается с лидерами фракций. Тоже в некотором роде альтернативный митинг. Как с монетизацией. Там уличные маргиналы из «Комитета-2008» объединяются, а мы тут со здоровыми силами сверяем часы и повестку дня. С учетом необходимости конструктивного диалога правительственных и оппозиционных сил, но с пониманием все-таки, что парламент не место для дискуссий, давайте, отделим от болтовни законотворческий процесс. Нельзя бояться «Комитета-2008», но как бы не замечать этого, зато в напряженном ритме улучшать инвестиционный климат. Это взаимоисключающие вещи. Не потому что сам «Комитет-2008» и инвестиции тесно связаны, а потому что параноидальные настроения — это всем понятный четкий сигнал, что здесь ни в одном вопросе не руководствуются здравым смыслом.

Нельзя начать с чистого листа и так лично приглядывать за филейчиками, мол, кто посмел выкатить недоимку «Вымпелкому», с какой такой стати вдруг, мы же тут с таким трудом последовательно улучшаем климат. Или новая, уже поддержанная в Кремле инициатива одномандатников под будущую пропорциональную систему нарезать столько округов, чтобы они все потом прошли в парламент. На выборах Кремль снова обопрется на губернаторов. И с установлением полного кадрового контроля те же губернаторы и те же депутаты будут делать то же, что сегодня, закрепив выгодный статус-кво. Вместо контроля будет его муляж. То есть не только то, что нам говорят, вранье, но и то, что менеджеры госполитики держат в уме, неправда. По той же логике развивается строительство фракции благих намерений с ограниченным правом доступа к обсуждению проблем.

Беззубое контрнаступление на реакционеров из Петербурга фиксирует всех устраивающий статус-кво, при котором одни продолжают передел и уничтожение институтов государства, а другие делают вид, что скоро призовут их к порядку.

Вот только ждем, когда команда соответствующая дойдет до исполнителей, мы уже по административной реформе их нацелили на результат. На этом фоне заседание маргинальных российских демократов закономерно превращается в событие дня или недели. Так артиста театра несложно отличить от декораций, они ведь для этого и нужны.