Отсрочка от жизни

Кирилл Харатьян о соломенных вдовах

Чего там скрывать: я не люблю армию. Я вообще не понимаю, зачем она такая нам нужна, кроме как для удовлетворения личных надобностей генералов и полковников. И когда пишут или говорят, что офицеры-де выполняет какой-то там долг перед Родиной, мне это странно читать или слышать. Вот врачи — да, выполняют долг. Учителя, кажется, тоже. А офицеры? Они на боевом дежурстве, воюют. С кем только, не говорят. Тайна.

Армия неприятна мне еще и потому, что она все время норовит наложить лапу на моих близких. Я, к счастью, уже вышел из призывного возраста, а пока состоял в нем, прятался. Но в призывной возраст вошли дети моих друзей; зять мой тоже по возрасту годится в солдаты. И на них покушается теперь эта бессмысленная и опасная структура.

Как же не хочется мне, чтобы сапоги и погоны испортили им жизнь! Но руководство страны все делает для того, чтобы затянуть молодых людей в бесполезное и рискованное занятие, в армейскую службу.

Особенное же возмущение у меня вызывает идея отменить отсрочку для молодых отцов. Поглядите, в какой момент военные намереваются забирать их – когда семья, основа всего, только начинает складываться. До такого могли додуматься только изверги, честное слово!

Молодой мужчина редко когда хорошо чувствует пафос родителя и главы семьи. Если б он оставался в своей новосозданной семье, он начал бы устраивать ее на собственный лад, так или иначе согласуясь с мнением молодой жены; не без трений, наверное, но постепенно сложилась бы у них общая, своя жизнь. Они бы поняли разницу между страстью и любовью; они бы, преодолевая вместе первые и оттого самые тяжелые невзгоды, научились поддерживать друг друга и полагаться друг на друга. Но этого всего армия их лишит.

И я не говорю еще о деньгах, которые на гражданке он вынужден был бы зарабатывать, а в армии — просто не может. И он — по воле государства — снимет с себя ответственность за свою семью.

Он-то уйдет, а она останется. Она сама должна будет жить, совсем еще молодая девочка, сама принимать решения и отвечать за них, сама кормить свое чадо. Может, ей будут помогать родители, но помощь родителей лишает человека ответственности, поскольку они – авторитет.

А какому невыносимому испытанию подвергается верность! Соломенная вдовушка, как называли в России таких женщин, всегда была объектом домогательств; и как же ей сложно сдержаться, как ей хочется не то что банального секса, а поделиться тяжестью ответственности, найти, пусть даже на время, мужскую опору в сегодняшней мутной жизни.

А молодому солдату каково! В армии сложно с сексом, но шансы есть, и не воспользоваться таким шансом куда сложнее, нежели отказаться от интрижки на гражданке. И не случится ли тогда у него, истомленного желаньем, новой страсти, которая затмит оставшуюся далеко-далеко семью?

Но положим, они оба прошли эти все испытания, он вернулся. Встретились, скорее всего, незнакомые люди. Они прожили раздельно очень важную часть совместной жизни, и восстановятся ли их детские чувства? Большой вопрос.

Вот, собственно говоря, на что обречет государство отменой отсрочек молодых своих граждан.

А ведь еще будет отменена отсрочка для тех молодых людей, чьи родители больны или немощны.