Под куполом цирка

Россия в воскресенье отметила День Конституции. Этот странный, много раз менявший дату праздник наводит на следующее умозаключение: в новейшей отечественной истории все беды непременно уравновешиваются удачами – точно так же, как все достижения обязательно омрачаются провалами и безобразиями.
       Стоит для начала вспомнить обстоятельства принятия ныне действующего основного закона страны. Референдум, которым Конституция была всенародно одобрена, состоялся одновременно с думскими выборами, а это, естественно, сейчас заставляет обратить на событие особое внимание. Те выборы были столь дикими по результату, что спровоцировали одного позднего романтика на необдуманное восклицание: «Россия, ты одурела!» Только неизбывный шестидесятнический пафос мог подсказать такие слова. На самом деле Россия тогда не только не одурела, но повела себя наиболее нормальным российским способом, от которого в нынешнем веке отступила только однажды, в проклятом 17-м году: приняла яд одновременно с противоядием, продолжила недостатки достоинствами, совместила зеркало с зазеркальем. Левая Дума могла бы быстро и успешно реставрировать советскую власть, но ей противостоял всемогущий по Конституции президент – и все зависло в спасительном застое. Президентская команда того времени могла довести реформы до логического конца, погубить российскую лень и «вечно бабье», по Бердяеву, в национальном характере, но Дума не дала – и все потонуло в чертовой стагнации...
       Куда ни глянь, вся отечественная действительность строится по этой универсальной модели. Слова великого Витте относительно несовершенства российских законов, искупающегося только дурным их исполнением, подтверждаются неуклонно.
       Войны заканчиваются поражениями, предохраняющими от торжества тупой национальной гордыни.
       Когда же приходит время, войны завершаются триумфальными победами, дающими основание для международного неприязненного уважения.
       Модернизация экономики не изводит до конца непроизводительный труд, благодаря чему сохраняется единственно возможный национальный гений — мощный, но непрактический.
       Консерватизм ловко пользуется плодами прогресса, а адаптированный к народным ценностям прогресс мирно служит казнокрадству и общегражданскому частному воровству, без которых наша страна не стоит.
       Конституция делает властителя самодержцем, а избранный тем же, что принял Конституцию, народом парламент делает монархию конституционной.
       Отсутствие чувства меры, столь присущее населению, уравновешивается отсутствием энергии, которая могла бы довести беспредел до полного и необратимого.
       Балансируя между Европой и Азией, страна научилась постоянно удерживаться на краю катастрофы и даже сделала такое состояние комфортным —насколько возможно.
       Евразия – это равновесие. Все недостатки Европы соединились с кошмарами Азии, но также и достоинства европейской поверхностной цивилизации с азиатской глубокой культурой.
       Обратное тоже справедливо.
       И вот очередные чудеса балансирования пугают тех, кто не верит в возможности страны, десятилетиями идущей по гнилому канату над пропастью... Они же дают надежду и тем, кто верит.
       Усилия власти уменьшили шансы главной оппозиционной партии на подступающих выборах до низшей возможной отметки. Одновременно – логика подсказывает – прибавилось будущих голосов у других, опытных оппозиционеров. Суммарное число противников реальной жизни в будущей Думе останется примерно таким же, как в прежней: чучело медведя – зверь нестрашный; скакун неестественной масти, розовый в яблоках, на хорошее призовое место рассчитывать, пожалуй, тоже не может, а детско-юношеская компания тем более... И любые митинги устраивать уже поздно.
       А в результате? Да ничего особенного, все тот же баланс.
       Оппозиционная любой возможной исполнительной власти Дума очень скоро будет уравновешена новым президентом, не менее – если не более – крутым, чем тот, который уравновешивал предыдущую. К тому же пока молодым и непьющим.
       Нежная любовь Запада кончится, зато возникнет его же дружба, которая у богатого маменькиного сынка может быть только с сильным и драчливым оборванцем.
       Бедным немного подкинут за счет богатых, зато богатым опять позволят восполнить ущерб за счет всех остальных.
       Так и пойдем: старательно ставя ступни на канат в третью позицию, выворачивая для устойчивости носки наружу, балансируя раскинутыми вправо и влево руками, закрыв от страха глаза...
       И не орите нам под ногу!