Но кандидатом быть обязан

Времени осталось мало, и каждый уважающий себя политик спешит зарегистрироваться: отныне он не просто так, говорун и телеперсонаж, а кандидат в президенты России.
       Для многих этот титул будет вроде чемпионского – двукратный Зюганов, троекратный Жириновский… А кто-то впервые поднимется на эту ступеньку пьедестала – например, человек по имени Умар Джебраилов. Кто он был раньше? Простой московский бизнесмен, лицо кавказской национальности на взгляд милиции, известное только благодаря тому, что его упоминал необузданный Доренко в связи с убийством американского хозяина гостиницы «Рэдиссон-Славянская». А теперь он становится крупным общественным деятелем, выдвиженцем организации с дивным названием «Сила разума». Сила-то, видимо есть, а разум, все же, временно спит – иначе, почему рождаются чудовища?..
       Впрочем, дело не в персонажах. Среди кандидатов есть вполне почтенные и проверенные в многолетней борьбе за власть – точнее, в борьбе за то, чтобы, участвуя в борьбе, власть не получить. Тот же Зюганов Геннадий Андреевич или, например, Явлинский Григорий Алексеевич. С ними все ясно. Очевидная всем, в том числе и самим кандидатам, бесперспективность нынешней попытки вполне их устраивает. Самое страшное для оппозиционеров такого рода – победить и встать у президентского штурвала. Куда рулить? Как поворачивать этот чудовищный титаник, известный под именем Российской Федерации? Кругом одни айсберги, команда своевольничает и растаскивает последние спасательные круги, пассажиры шарахаются от борта к борту, а в первом классе продолжает наяривать оркестр и, не желая думать о страшном, всё танцуют обреченные богачи… Поэтому мотивы статусных политиков, идущих на выборы с уверенностью в поражении – о чем Явлинский уже прямо сказал, – чисто олимпийские: важна не победа, важно участие.
       Мотивы комических персонажей вроде упомянутого Джебраилова или кандидата от безработных Назейкина тоже ясны — засветиться. При этом могут последовать и практические выгоды. Один надеется на прекращение уголовного дела, другой на невообразимые прежде предложения – членства в совете директоров какого-нибудь симпатичного банка или должности в министерстве, третий просто жаждет статуса, который предусматривает приглашения на всякие тусовки… Вот и прокурор Скуратов снова объявился, вполне одетым (видимо, в последний из тех самых костюмчиков, купленных на деньги не то Бородина, не то Покколи) на этот раз и без дам: мол, если теперь на телевидении не будет грязи, то, так и быть, поборюсь и я за президентство. Молодец! А то народ уж забывать стал и про телевизионную грязь, и про прочую…
       Словом, у каждого кандидата свой интерес.
       Но самый главный интерес в изобилии кандидатов, даже в избыточном изобилии, имеет один из них — Владимир Владимирович Путин, премьер-министр и и. о. президента. Что после 26 марта от нелепой и никому не нужной добавки «и. о.» наш доблестный и непобедимый избавится – у него самого, как и у всей страны, сомнений, видимо, нет. Но, вероятно, есть желание стать вторым российским президентом не просто по рекомендации первого, а в результате настоящих демократических выборов. С борьбой, с соперниками, с волнениями электората и наблюдателей, может, даже со вторым туром. Чтобы все, как у людей. А для этого нужны и Жириновский с Явлинским для соблюдения традиции, и Зюганов для драматизма, и даже Скуратов с Джебраиловым – потому что от великого до смешного должен быть один шаг, не больше.
       Ну и, кроме того, во всей суете заинтересованы, естественно, Центризбирком во главе с неувядающим и непреклонным его председателем – копия Клинт Иствуд; политтехнологи, успевшие за месяц праздников порастратиться; телеведущие, которые на глазах теряют рейтинги и, того гляди, останутся в чем мать родила…
       А что до населения, опять поверстанного в электорат, то потерпит, ничего. Конечно, ему бы лучше нового самодержца без лишних мучений получить, но на этот популизм власть пойти не может. В конце концов, у нас демократия или что?