Кому должны мы, всем прощаем

Нам простили советские долги. Таким образом, клуб международных заимодавцев как бы признал, что мы уже не СССР.
       Приятная новость. Однако, живя внутри России, как-то не веришь в конец советской власти. Она обступает со всех сторон и пробуждает устаревшие чувства – ужас и отчаяние антисоветчика, политически некорректную ненависть и безнадежную непримиримость. Будто не 2000-й идет год, а какой-нибудь 75-й, и вместо миллениума кругом застой развитого не по возрасту социализма.
       Почему новая страна, образовавшаяся в 91-м, согласилась взять на себя все старые — брежневские и еще даже хрущевские — обязательства? Объяснений несколько, и все очевидные. Во-первых, материалистическое: откажись мы тогда платить долги, потеряли бы права и на зарубежную собственность, и на собственные займы всяким Иракам и прочим потенциально богатым, но ненадежным мировым уродам. А так унаследовали вместе с задолженностями всю огромную советскую заграничную недвижимость, все обещанные на много десятилетий нефтяные и прочие поставки террористических дружественных режимов и не поделились ими с другими независимыми государствами (бывшими социалистическими республиками), не столь дальновидными. Во-вторых, принципиальное: нельзя было повторять свинство большевиков, «кинувших» после своей революции весь остальной мир и отказавшихся платить по царским займам. Генетическое сходство Ельцина с предшественниками и без того было слишком заметным...
       Словом, взяли на себя. Но платить, конечно, не стали, да и не могли. И дождались прощения. Благородно со стороны кредиторов.
       Но нелогично.
       На их месте я бы тоже понял и простил, но на определенных условиях. Из которых первое и главное: если не хотите платить по коммунистическим займам, докажите, что уже не коммунисты.
       Доказательств таких потребовал бы немного, причем большей частью чисто формальных, но потребовал бы обязательно. Первое и самое главное: полный и безусловный запрет всех коммунистических партий. Без принятия во внимание глубоких перемен, происшедших в их идеологии и политической линии, без учета социал-демократической сущности товарища Зюганова и других товарищей – раз и навсегда. Ведь трудно представить себе, чтобы в Германии после проигранной войны в первых же демократических выборах участвовала бы, допустим, Национал-социалистическая рабочая партия – на том основании, что она теперь более демократическая и называется не НСРП Германии, а НСРП Федеративной Германии... Вот и у нас так должно было быть – никто и никогда не может называть себя коммунистом официально, если хочет сидеть в парламенте, а не в тюрьме. И все бы согласились – пока помнили, что такое реальный советский коммунизм... А теперь уж подзабыли. И как раз тут почему-то нам простили советские долги! Ну спасибо от лица всех верных ленинцев!
       Прочие доказательства нашего бесповоротного ухода с пути к светлому коммунистическому будущему должны бы носить более ритуальный, чем содержательный характер, но и они необходимы.
       Вот, например, как это получается, что к генералу, на фуражке которого двуглавый имперский орел и который воюет за империю в Чечне, обращаться положено «товарищ генерал»? Нацистское обращение «камерад» в нынешней германской армии ведь не ходит. Отмените – и не платите тогда за «совок», пожалуйста. Или оставайтесь «товарищами» – но имейте же совесть, хотя бы коммунистическую, и расплачивайтесь за предшественников.
       Или вот еще красные звезды на некоторых кремлевских башнях. Что, не хватило Бородину денег поменять все на державных птиц? Ну так обязуйтесь хотя бы теперь, когда от долгов продышитесь, довершить дело. Что-то не слышно таких обещаний... А краснопролетарские боевые знамена кто позволил и зачем? Под ними, возражают, наши отцы воевали. Не принимаю аргумент. И на месте кредиторов не принял бы. Отцы нынешних немцев известно под чем воевали. Так неужели в бундесвере надо тоже красное (правда, с белым кругом и свастикой, а не с серпом и молотом) знамя возродить? Между прочим, не все отцы и деды под красным шли в бой – некоторые под триколором, а иные прадеды даже еще под императорским. Их потомки, что, не русские граждане?
       И песни из телевизора то и дело прут старые — о главном; и фильмы о беззаветных борцах за социализм, о бойцах невидимого энкэвэдэшного фронта; и работников спецслужбы свободной страны без стеснения называют чекистами – не стыдно? А ну как наши товарищи по несчастью минувшего века, немцы, свою теперешнюю контрразведку стали бы называть гестапо, начали бы крутить по «дойче фернзее» песню про Хорста Весселя и «эсэс марширт» вперемежку с фильмами про храбрых арийцев – понравилось бы мировому либеральному сообществу?
       Ну и, конечно, самое чудовищное — дикарский открытый склеп с чучелом великого серийного убийцы на центральной площади европейского государства. Где же мы живем, господа? Разве не в СССР? И почему же нам долги прощают? Ведь мы-то до сих пор не простили должникам нашим, хоть и крестимся поперек партбилетов...
       На 30 лет отсрочили, а на эти три десятилетия установили щадящий режим отдачи. Спасибо. Значит, раньше чем через 30 лет ничего не будет – Ульянова не зароют, друг друга по-человечески называть не привыкнут, с коммунизмом не покончат. Жаль. Хотя денег, конечно, нету. И отдавать не хочется. Как известно, берешь на время, и чужие, а отдаешь свои, и навсегда.