Сколько стоит национальная гордость

Все, что может быть сказано по поводу очередного августа, сказано, хотя проклятый российский месяц еще не кончился. У меня к нему особый счет: меня на исходе лета регулярно «кидают». Как пошло с 91-го года, так и продолжается. Наверное, потому, что в предшествующие месяцы я слишком увлекаюсь происходящим.  
       В том августе я поверил, что Ельцин покончит с коммунистами. А он, не успев их победить, немедленно начал плодить эту вредную породу и развел их столько, что через пять лет они его самого едва не проглотили – и нас вместе с ним. И потом каждый год большая или меньшая, но к началу осени обнаруживалась очередная «подстава» для наивных. Между июлем и ноябрем было все: маленькая гражданская война 93-го, взрывы троллейбусов 96-го, грабеж 98-го...
       На этот раз уже дважды. Не успел я в прошлой своей колонке вступиться за власть, на которую некоторые отечественные – вслед за иностранными – конспирологи пытались «повесить» организацию кошмара на Пушкинской; не успел получить e-mail'ом весьма единодушный отпор от тех, кто готов простить коммунистическо-комсомольско-гэбэшное прошлое всем, кроме нынешнего президента; не успел на эти письма ответить тупым контрвопросом «Зачем все же ему это надо?» – как новый ужас.
       Подлодки тонули и, увы, будут тонуть, но президенты в такие дни не показываются народу в свежем загаре и светлой рубашечке — это стыдно. Все сказано, добавить нечего.
       Я все равно не верю, что это для его рейтинга и продолжения чеченских «зачисток» взрывали переход. «Зачисткам» и без того ничто не мешало — все были за, рейтинг и без того рос. А вот после взрыва ситуация как раз может измениться.
       Но то, что он провел почти всю последнюю неделю на Черном, а не на Баренцевом море,– это факт. И его даже комментировать нет смысла.
       Опять меня обманул начальник, за которого я был.
       Однако я не о президенте.
       Я о великой державе.
       За это звание приходится платить, господа и особенно товарищи.
       Чем платить – это другой вопрос.
       Некоторые члены G7 заплатили за это полным поражением в войне и полным собственным признанием этого поражения. Германия, Япония и Италия стали великими, пройдя через абсолютный разгром, оккупацию, запрет на собственную армию и многолетнее национальное покаяние. России такую цену платить не пришлось – поражение в холодной войне протекает вяло, симптомы не проявляются ярко, процесс переходит в хронический. Но не думаю, чтобы кто-нибудь из тоскующих по величию державы соотечественников согласился платить ту цену, которую заплатили немцы или японцы.
       Впрочем, есть и другой путь. Веками тяжко и без передышек трудиться, считая это Божьим, а не мирским делом – как англосаксонские протестанты; накопить немереное богатство; утвердиться в своих моральных ценностях и распространить их на весь мир; победить фашизм и коммунизм за границей, расизм и бессердечие внутри; начать жизнь в новой технологической эпохе. Но для этого надо быть американцами, или англичанами (которым вдобавок понадобилось достойно пережить конец империи), или, наконец, французами, сумевшими найти среди себя, когда потребовалось, де Голля. Такую цену мы, может, и готовы были бы заплатить, но ведь тоже не платим! Не работается как-то, терпеть самоограничение не хочется, империи жалко до соплей, а де голли наши выпивают сильно...
       И, значит, остается наш, особый российский путь — стать великими, напугав окружающих и даже себя самих до смерти. А в этом деле, как известно, союзников у нас только два — армия и флот! Да здравствуют непобедимые и легендарные, от тайги до британских морей...
       Но уже не получается – без штанов и с саблей. И уже никогда не получится. Потому что теперь, чтобы пугать соседей, нужны деньги, а денег нет, потому что их заработать надо, а не украсть. Если ничего не зарабатывать, а только воровать, то на ядерную мощь взять будет негде. Если не научимся хотя бы что-нибудь полезное для людей делать на мировом уровне, то и орудия убийства постепенно начнут представлять угрозу только для нас самих – их даже подкрашивать до уставной красоты будет не на что.
       Нельзя иметь ядерный подводный флот и не иметь глубоководных водолазов.
       Нельзя вести войну за целостность страны и не платить офицерам, гноить солдат в казармах куда худших, чем азиатские тюрьмы.
       Нельзя держать на дежурстве межконтинентальные ракеты, если на базе могут в любую минуту электричество отключить.
       Нельзя болтаться по всему третьему миру как уличные торговцы: а вот кому танки нового поколения недорого, кому зенитные комплексы по дешевке! – когда в своих войсках ржавчина и металлолом.
       Несчастный случай возможен всегда. Подводное плавание – опасное, рискованное занятие. Почти на каждых военных учениях во всех странах гибнут люди –случайный выстрел, отказ техники, неумелые действия... Но оставленные из экономии на берегу хорошие аккумуляторы! Но запасы воды и еды по минимуму! Но не полностью оснащенная спасательная служба!..
       Так быть не может. Величие нищих осталось в других, более романтических эпохах. Во времена высоких технологий оно не проходит. Остаются только комплексы, заставляющие скрывать катастрофы, врать, делать гордое лицо, отказываться от помощи действительно сильных. Остаются бегающие глаза при хорошей выправке.
       Нам не по чину быть великими. На многие годы мы должны смириться с тем, что нам не по средствам воевать и готовиться к войне. Проигравший не должен надуваться и махать тощими кулаками – ему подобает отойти в сторону.
       Вот если когда-нибудь разбогатеем, тогда посмотрим.
       Но великая Россия все пыжится и все еще сжимает свой уже никуда не годный ядерный штык «своей мозолистой рукой».
       А просто Россия задыхается в ледяной баренцевой тьме.