Новости

Объявить войну генам

О том, почему не стоит идти на поводу у генов

Писатель

Недавно в одном паблике в инстаграме увидел объявление. Какая-то женщина просила у подписчиков этой странички поделиться б/у «колготочками», «ботиночками», «брючками», «шубками» и прочим скарбом для ее детишек. Детишек не помню сколько, но цифра, кажется, довольно внушительная. С огромным количеством орфографических ошибок «мамочка» сетовала на государство, которое совершенно не хочет содержать ее приплод. Мол, рожала я и надеялась на материнский капитал (а ведь эта категория людей и правда плодится стахановскими темпами только чтобы получить заветные триста-пятьсот тысяч), да все, мол, уже растратила, разве это деньги?

Мнения комментаторов разделились буквально 50 на 50. Одни сочувствовали, другие осуждали. Сыпались вопросы из серии «о чем думали, когда рожали?» и прочее. Запомнился комментарий одной девушки, которая писала, что давно заметила связь между количеством орфографических ошибок и количеством детей, которых заводят в семьях, где люди не имеют более или менее серьезного образования. Чем больше ошибок в тексте – тем, соответственно, больше детей. Мамочка, кстати, со всеми поочередно ругалась, и главный ее аргумент в споре был следующий: основное предназначение женщины – выйти замуж и оставить потомство, и все, кто с ней не согласен, просто ей завидуют.

В последнее время тема деторождения становится все более актуальной. Оно и понятно, в интернет-пространстве часто возникают споры по этому весьма непростому вопросу. Моя позиция относительно «завести ребеночка» всем давно известна. Я считаю, что производить на свет целого отдельного человека нужно исключительно в том случае, если решены все основные жизненные и материальные вопросы – крыша над головой, хороший и стабильный доход, крупный вклад на будущую квартиру и образование ребенку. Но даже в этом случае я бы хорошо подумал.

Люди начинают, наконец, осознавать (или это мне так кажется), что цель человеческой жизни – это не обязательно плодиться и размножаться, как было завещано нам библейским Саваофом. Это не обязательно оставить потомство, чтобы мир, не дай бог, не лишился человечества.

Что мы знаем об эволюции? Ну, это что-то абстрактное, оно совершенно случайным образом без каких-либо замыслов и умыслов привело к тому, что сейчас на Земле есть мы, человеки, и нас более семи миллиардов. Ричард Доккинз – американский биолог и популяризатор науки в своей книге «Эгоистичный ген» первым из ученых прямо заявил: гены нас используют. Человеческий организм для них – это временный резервуар для временного существования, как бы съемное жилье. Но в этом «сотрудничестве» очевидная выгода явно не у человека. В отличие от генов, человек смертен. Ведь жизнь отдельного человека не длится больше семидесяти лет, в отличие вечных и эгоистичных репликаторов, которые успешно тиражируются уже не один миллиард лет. Не пора ли объявить им войну?

Помню, один человек, не отягощенный начитанностью, доказывал мне, что такова и была конечная цель природы – создать человека, а потом почивать себе, как боженька после сотворения мира. Удивительно, насколько род наш самонадеян и высокомерен. Занимая одно из самых заурядных положений во вселенной, не являясь по каким-либо параметрам лучше других живых организмов, мы продолжаем считать себя венцом творения и каждый раз вменяем природе какие-то великие замыслы и цели относительно своего вида.

Вот если бы природа хотя бы на один день обрела речь и дала понять зазнавшимся родственникам шимпанзе о их месте в ее личном рейтинге.

Так вот. Не было никакого замысла у старушки эволюции. Ни относительно нас, ни относительно последующих существ, в которые мы можем эволюционировать через пару-тройку миллионов лет. Мир абсолютно ничего не потеряет, если мы перестанем рожать. Да что уж. Мир вообще ничего не потеряет, если с сегодняшнего дня каждый живущий на планете человек добровольно откажется от размножения. Вот представьте себе, что вас никогда не было. И что? Насколько тусклее за окном бы светило солнце? Как сильно изменился бы рельеф гималайских вершин? Мы должны научиться относится к себе и к своей жизни без этой восторженности и ощущения избранности.

Ничего не изменится, если вы не пойдете на поводу у своего внутреннего, животного страха, продиктованного генами, и не заведете детей.

Каждый раз, когда речь заходит о деторождении, я вспоминаю диалог с таксистом. Мы ехали из одного конца города в другой, разговорились. Зашла речь о детях, семье. Я честно сказал, что детей заводить не собираюсь, ибо за меня это же сделали китайцы и человеческого материала хватит еще надолго. Приторно и несколько снисходительно улыбнувшись, таксист принялся задавать избитые вопросы о стакане воды в старости, о том, кто понесет мой гроб «во дни печальныя» и, получив довольно объективные ответы, замолк. И когда мы доехали до места назначения, он обернулся и совершенно потерянным голосом сказал:

– Знаете, у меня четверо детей, и сейчас у меня ощущение, что я зря их завел. Мне так трудно их тянуть.
– Ну, что вы, дети – это цветы жизни! – успокоил я, чтобы человек, придя домой, не пустил всех своих детишек в расход.

А на самом деле, да. Очень и очень зря завел детей таксист. Теперь до самой старости он будет тянуть эту лямку, а после его смерти примерно по такому же сценарию сложится жизнь его детей. Я, наверное, никогда не пойму, что движет вполне адекватными людьми, которые добровольно лишают себя свободы, добровольно накидывают на себя ярмо родительства.

Иногда, чтобы погрустить, мы с подругой включаем программу «Мужское и женское». Туда как раз приходит тот самый контингент, который все, что умеет в жизни, – рожать. И я помню фразу одной несовершеннолетней девушки – героини программы, которая то ли в 14, то ли в 15 лет родила и, как вы уже догадались, была лишена родительских прав из-за плохих условий, в которых рос ребенок. «Я хотя бы ребенка родила, а ты что в своей жизни сделала?» – орала она в сторону, кажется, не очень трезвой оппонентки.

– И все же: как хорошо, что у нас нет детей! – заметила подруга.

Кстати, я очень нежно отношусь к детишкам. Они правда умилительные создания. Но у этого явления (я имею ввиду умилительность детей) у ученых, занимающихся вопросами эволюционной психологии, тоже есть объяснение. Но это уже другая история.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

Загрузка