Новости

Отменить страдания

О том, почему нужно убрать литературу из школьной программы

Писатель

Недавно говорил с подругой. Давней подругой, с которой сблизились на любви к литературе. И говорили очень долго – мы обычно долго говорим. О смысле жизни, о мраке в душе, страданиях. Подруга жалуется, мол, с утра проснулась в ужасном настроении. День был еще более мрачным, а вечер вообще тяжелым камнем лег на сердце. Я вторю, что у меня аналогичная ситуация. И что – а вот есть ли бог? Где он и почему вообще в мире так много зла и несправедливости? Разговоры наши, как я начал недавно замечать, зачастую лишены смысла. Вообще любые разговоры о смысле лишены смысла. Нормальные люди, как водится, разговоров таких не ведут.

Подруга вспоминает историю. Их учительница по литературе, не могу вспомнить ее имени, что-то вроде Агриппины Ардолеоновны, однажды полчаса мучила подругиного одноклассника вопросами о мотивах Раскольникова. Домучила до такой степени, что парень, по виду которого со школы было понятно, что ни литература, ни русский язык ему никогда и ни при каких обстоятельствах в жизни не пригодятся, воскликнул: «Зачем мне это? Не я же бабушку убил. У Раскольникова и спрашивайте!».

Помню, носился я с этим Раскольниковым, как со Святым Граалем. Писал сочинения, участвовал в каких-то внеклассных уроках. Собирались и обсуждали, чего там автор хотел сказать. И вот я проснулся в 36 лет, понимая, что те, кто в этих самых литературных прожектах не участвовал, живут совершенно замечательно. Завели семьи, детей, не задумываются над онтологическими вопросами, трезво смотрят на мир и вообще, кажется, гораздо умнее всех нас, кто по памяти мог перечислить портреты всех писателей в кабинете литературы нашей средней школы.

Несчастные люди – да, мы, увлеченные литературой, имеющие отношение к литературе, так или иначе связанные с ней.

И пришли мы к общему мнению. Стремление к успеху, социальному комфорту и любовь к литературе – вещи взаимоисключающие. Не было никакой Наташи Ростовой. Ее Толстой придумал. Настасья Филипповна – этот довольно, как я сейчас уже понимаю, топорный персонаж тоже никогда не существовал. Боже, а ведь о ней даже статья в «Википедии» есть! Все чин по чину – образ, биография, актрисы, сыгравшие роль… Не ходила Настасья Филипповна ногами, не двигала руками и в общем-то ничего такого не сделала, чтобы на протяжении нескольких часов жизни исступленно обсуждать, почему же она швырнула деньги в пламень.

Много, очень много этих совершенно пустых часов, в течение которых нас учили не хорошо разбираться в экономике, психологии, политике, а говорили о пустом, эфемерном, несуществующем. Нас будто приучали страдать с самого детства.

Зачем, мол, убил старушонку? Да бабло нужно было человеку! Представляете, какой хлам в головах у людей остался. Я не знаю ни одного человека, кто был бы увлечен литературой в школе и стал успешным во взрослой жизни. Никто не станет со мной спорить, что любовь к литературе и здоровая психика – антонимы. Я не знаю ни одного человека, погруженного в литературный процесс, кто по-настоящему и безусловно был бы счастлив. Что бы мне не возразили по этому поводу, таких людей не существует в природе. Я, конечно, не имею в виду тех, кто к литературе относится как к приятному времяпрепровождению или любит почитывать романы в отпусках. Имею в виду именно нас, кто находит в этом свое мрачное утешение.

Литература воспитала в нас непонятную любовь и тягу к страданиям. У нас на каком-то хроническом уровне отвергается все яркое, жизнерадостное и солнечное. Страдать, только читать и страдать – вот это настоящее.

А можно ли отменить литературу в школах? Кто-то скажет: «Нет что вы, литературу отменить никак нельзя, она что-то там развивает в голове, и появляется эмпатия, творческое мышление, и прочее и прочее». Не стану спорить. Все это, конечно, хорошо. Но почему бы не сделать этот предмет курсом по выбору? Поверьте, мало желающих на этот курс будет. Есть масса интересных творческих дисциплин, которые помимо прочего также обладают и прикладным характером, и лишь литература совершенно никак и нигде в жизни никому не пригодится. Может быть, если б не эта любовь к ней и погружение в то, чего нет, то и общество наше было бы веселее и трезвее. Вон поезжайте в Питер. Там все любят литературу и все выпивают.

Сейчас, конечно, поднимется вой. Не потому что в Питере все выпивают. Я, например, тоже выпиваю и не выпивал бы, если бы не Достоевский, Андреев и Белый. А поднимется вой, потому что нам когда-то сказали, что литература – это ого-го, что-то непогрешимое и важное примерно как бог. А оскорбить литературу – это примерно так же, как оскорбить чувства верующего. Хотя сейчас любой мало-мальски образованный человек при условии свободного времени и доступа к Википедии напишет вам и «Войну и мир», и «Преступление и наказание», и «Шинель».

Вспоминаю нашу учительницу по литературе. Однажды несколько уроков подряд она читала нам. «Тараса Бульбу». Носилась по кабинету, рыдала, гримасничала, изображала голоса и совершенно нас этим поразила. Так и хочется приехать к ней с цветами, приобнять и сказать: «Никакого Тараса Бульбы не существовало. Все это выдумки. Зря вы тогда так нервничали, и зря вы заставили нас полюбить литературу. Ничего хорошего она с нами не сделала».

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

Загрузка