Пиастры для двуглавого орла

Единственный стимул для политической, а точнее, аппаратной конкуренции – звание партии-государства

Раздвоение номенклатурного ресурса в полной мере соответствует государственной символике — орел все-таки двуглавый. И система имитационной демократии тоже как бы двухпартийная. Борьба не на жизнь, а на смерть обеих административно-номенклатурных левопопулистских партий, одна из которых называется «Единой Россией», другая «Справедливой», подарит немало захватывающих минут. А также наслаждение от чистого искусства ради искусства, от борьбы ради борьбы. От рассуждений о том, за кем стоит Сурков, а за кем Сечин. Потому что ничего содержательного в позициях этих двух квазипартий нет: никто не знает их идеологии, программ, мировоззренческих ценностей. Симпатии избирателей распределяются сугубо по физиогномическому принципу: кому-то нравятся усы Бориса Вячеславовича, иным — борода Сергея Михайловича. Других способов для идентификации партий попросту нет.

Согласно исследованию ФОМ, лишь 24% респондентов знают, с какими лозунгами у них ассоциируется «Единая Россия». Остальные затрудняются с ответом или никаких ассоциаций не имеют. Те же, что имеют, полагают в массе своей, что ЕР выступает за достойную жизнь и это… как там его… единство, в общем. Замечательная опознавательная система знаков для партии, которая сравнивает себя с кадетами в противовес «эсерам» из СР. И те и другие такие же кадеты и эсеры, как жириновцы — либералы и демократы…

Особых сомнений в том, что «Справедливая Россия» станет второй деревянной ногой нашего грузного капитана Флинта с его попугаем, до исступления кричащим «Пиастры! Пиастры!», нет.

Уже сейчас, по данным того же ФОМ, СР отстает от ЛДПР и КПРФ соответственно всего на 1% и 2%. Бойкая региональная и грядущая федеральная кампании быстро превратят радетелей справедливости в партию — альтернативу «Единой России», партию — заменитель жириновцев и зюгановцев, банальным образом надоевших избирателям, не готовым вникать в детали. «Справедливая Россия» — это ЛДПР и КПРФ сегодня!

Значит, будет у нас своя квазидвухпартийная система, свои ослы и слоны в плохом смысле этих богатых слов. При этом, как было сказано выше, принципиальной разницы между ними не будет совсем. Или эта разница окажется такой же, как между условно правым и условно левым крыльями ЕР, которые и без того давно подрезаны.

Ключевая проблема в том, что российская, как это принято сейчас высокопарно выражаться, «элита» не влезает прямо вся в «Единую Россию».

Партия не резиновая. Потому заднескамеечники, обиженные, не успевшие впрыгнуть в вагон на ходу, аутсайдеры, недовольные, играющие на межличностных противоречиях, все как один объединяются в клон «Единой России» — «Справедливую Россию». Это очень удобно: вся «элита» поделена между двумя партиями. Она остается управляемой, контролируемой, видна как на ладони. И проблем с разруливанием политических вопросов вовсе не наблюдается: какие могут быть разногласия между живой ногой и деревянным протезом капитана Флинта? Только те самые «пиастры» — и более ничего.

Единственный стимул для политической, а точнее, аппаратной конкуренции — звание партии-государства. Партии, с помощью которой, как в советские годы, можно решать вопросы вертикальной мобильности, а по-русски говоря — карьеры. Уже сейчас средней руки предприниматель, если он хочет получить зеленый свет там, где иногда зажигается желтый или даже красный, обязан тем или иным способом аффилироваться с ЕР. И, даже если у него нормально устроены мозги, вынужден вслух всерьез рассуждать о суверенной демократии и гибельной пропасти либерализма 90-х. Это как ленинский зачет. Без него никуда.

В борьбе за звание главной номенклатурной партии обе «России», как «Единая», так и «Справедливая», неизбежным образом будут толпиться на маленькой площадке левопопулистских обещаний и перехваченных у маргиналов националистических лозунгов разной степени резкости.

Других площадок для электоральных битв просто не осталось — это, к сожалению, объективная ситуация. И единственная сила, которой обе партии могут не по-детски проиграть, — настоящие фашисты и националисты. В сухом остатке: неотличимые друг от друга номенклатурные квазипартии, которые сформируют в конце текущего года двухпартийную управляемую систему по-русски и будут работать на поле левопопулизма и национализма. Это только часть наследия, которое получает от двух президентских сроков преемник. Ему не позавидуешь: уж лучше получить в наследство КПСС — ее развалить легче.