Покушение как искушение

Покушениями, удавшимися и неудавшимися, реальными и фантомными, теперь уже никого не удивишь

Кому понадобилась Валентина Матвиенко? Если это ее самопиар, то для чего ей это нужно? Если таким способом ее подставили, продемонстрировав на примере губернатора второй столицы, что власть уязвима, но не сдается и каждый исламский экстремист будет задавлен в зародыше, то почему выбрали именно ее?

Пожалуй, покушение, да еще предотвращенное на стадии замысла, — один из самых абсурдных фактов сегодняшней политической жизни. Именно политической, потому что, к несчастью для Валентины Ивановны, происшествие никак не проходит по разряду криминальной хроники. Даже если все, что говорят соответствующие органы, — правда, этому уже никто не верит. Не верят именно по политическим мотивам. Даже если эта история очевидным образом просто ставит в дурацкое положение губернатора Петербурга и никоим образом не способствует продвижению ее имиджа и дальнейшему осветлению ее образа, все равно разговоры — только о самопиаре Матвиенко. Если вся история была затеяна и придумана третьим лицом для разогрева предвыборной ситуации, то и это было сделано неловко и нелепо: невозможно разогреть блюдо, которое подается холодным, — какие уж тут могут быть страсти вокруг предсказуемых преемников?

Можно представить ситуацию и таким образом: все возможные границы перейдены, ни для кого нет ничего святого — на представителей власти, причем власти федеральной, сплошь и рядом покушаются. Сначала Анатолий Чубайс, потом Андрей Козлов, теперь Валентина Матвиенко. Кто следующий? Такая логика имеет право на существование.

Покушениями, удавшимися и неудавшимися, реальными и фантомными, теперь уже никого не удивишь

Но уж очень разная природа всех трех происшествий. В первом случае — классово-националистическая ненависть, во втором — результат добросовестного исполнения высоким чиновником своих обязанностей, в третьем — как говорят на профессионально языке юристов — специалистов по уголовному праву, безмотивное покушение.

Если и в самом деле кто-то хотел с помощью инсценировки с готовящимся нападением на Матвиенко показать, что враги нынешней власти не дремлют, переходят в наступление, что нельзя терять бдительности перед лицом террористической и «несогласной» угрозы, что, только сплотившись вокруг Медведева — Иванова и путинской номенклатуры, трудящиеся обретут мир и покой, то едва ли он достиг своей цели. Матвиенко в президенты? Да пожалуйста! Но совсем не обязательно на нее покушаться. Одно слово действующего президента в том смысле, что так, мол, и так, довольно патриархата, нужно вводить полновесный гендерный фактор в политику, — и вы его знаете: благодарные народы, немедленно забыв о пикировке инновационных расходов с нацпроектами, тотчас проголосуют все как один за Матвиенко Валентину Ивановну. Собственно, ее уже прочили в президенты — в те горячие дни, когда она баллотировалась в губернаторы и готовилась превратить город-музей в город-сад, пускай и ценой отказа от музея…

Последние соцопросы Левада-центра показали, что оба преемника идут ноздря в ноздрю, уровень их поддержки немного превышает 30 процентов. Если они выходят во второй тур, то один из них получает контрольный пакет голосов корпорации «Россия» — 51 процент против 49 процентов соперника. Пока первым идет Дмитрий Медведев. Но это ни о чем не говорит, равно как и не свидетельствует о том, что первые вице-преемники не сойдут с дистанции в тот же момент, когда будет назначен новый официальный номенклатурный преемник — такой же серый, исполнительный, почти человек без свойств. Таким человеком действительно может оказаться Валентина Матвиенко, потому что

ее образ, ее качества полностью соответствуют требованиям, предъявляемым к номенклатурным преемникам: лояльность, отсутствие собственных взглядов или готовность их менять «к случаю».

В этом смысле она ничем не лучше или, напротив, не хуже, например, Михаила Фрадкова.

Покушение оказалось искушением Валентины Матвиенко. Надо отдать ей или ее номенклатурной осторожности должное — за произошедшее губернатору Питера почти неловко. Она опытный аппаратчик и понимает, что кто-то переигрывает, раскладывая пасьянс с покушением. И в том числе, возможно, разыгрывает ее саму: и как политическую карту — даму пик, и как удобный объект для такого рода спекуляций на опасностях службы в коридорах власти. Так что, если кому-то нужен был пиар-эффект, он не достигнут.

Что же до Матвиенко, то для нее лучше всего, если об инциденте быстро забудут.

Так оно, скорее всего, и произойдет, если компетентные органы вдруг не обнаружат не свойственную им открытость в информировании граждан о деталях преступления.