Бесланский вопрос

Только вот сомневающихся и затрудняющихся дать ответ с каждым годом будет становиться все больше и больше

Беслан портит благостную картину современной России с ее стабильностью, чреватой дестабилизацией. Беслан — досадное недоразумение в стране, где все поют и веселятся, где пародисты и юмористы — главные люди и скоро совсем не останется неразвлекательных медиа. Беслан отвлекает от производства гламурных журналов, чей выпуск не останавливался даже в дни трагедии, от Дня города с его идиотическим беспричинным весельем. Беслан мешает, путается под ногами…

Два года спустя после трагедии ее поминали как-то стыдливо, скороговоркой, нехотя отвлекаясь от гуляний, пьянок, от самолетов, разогнавших облака над столицей. Пусть рушится мир, но День города, исконно посконный праздник древних кривичей, вятичей и рабиновичей должен быть проведен в именно в дни траура, и ни секундой позже. Как же можно испортить настроение москвичам? Поэтому митинг правозащитников у Соловецкого камня, никому и ничему, кроме бездумного веселья, не мешавших, был разогнан?

Тираж альтернативного доклада о событиях в Беслане пера депутата Савельева, сомнительный в своих выводах, но заставляющий задуматься над рядом важных обстоятельств, был задержан в аэропорту Владикавказа, как раньше арестовывали самиздат. Кому мешал этот доклад?

Если вы не согласны с его автором, отмените концерт пародиста Галкина и объясните всем телезрителям, почему итоговые выводы депутата Савельева неточны.

Докажите, что вы правы, гражданам России, которые еще с советских времен знают: раз что-то арестовывают — значит, там правда. Если вы знаете, что там неправда, докажите обратное, а не показывайте всем своим видом и своими действиями, что вы боитесь того, что доклад прочтут те, у кого нет доступа к интернету.

Все, что происходило в дни двухлетней годовщины Беслана, свидетельствовало либо об удивительной нечувствительности и неделикатности тех, кто разгонял митинг, ставил в сетку Галкина, не переносил День города на неделю вперед, давал команду настичь и обезвредить тираж доклада, либо о сознательном стремлении забыть Беслан. Чтобы всем стало весело и хорошо, как в задорной пионерской песне «Эх, хорошо в стране советской жить!». Чтобы не портить картины под названием «Жить стало лучше, жить стало веселее».

Это у власти такой синдром — синдром Беслана. Она боится, что от фото- и телекартинки, от громкого плача и лишних слов разрушится карточный домик стабильности, посыплются рейтинги.

А не черт ли с ним, с карточным домиком, если он все равно карточный? А не бог ли с ним, с рейтингом, если никто не может узнать правду о дикой катастрофе? Не пошел бы пародист Галкин в день траура куда подальше, если единственным печатным материалом о Беслане, который можно было читать без отвращения, оказался выдающийся по добросовестности текст иностранного журналиста — очерк Криса Чиверса «Школа», опубликованный в «качественном» гламурном издании — журнале «Эсквайр». Или у нас теперь правду можно будет узнать не из качественной ежедневной прессы ввиду ее отсутствия, а из ультрамодного глянцевого журнала? «Эсквайр» как «Новый мир» Твардовского? В следующий раз придется обращаться за обнаженной правдой о политике в «Плейбой», а об экономике — бери выше — в «Гуд Хаускипинг». Пока их, эти «Литературку» и «Химию и жизнь» нашего времени, не настиг наш агитпроп и пока на них не найдется свой Усманов...

Беслан оказался продолжением «Норд-Оста», «Норд-Ост» — продолжением «Курска». Государство воспринимало эти события под весьма своеобразным углом зрения — как оно выглядит на фоне этих событий, не найдутся ли отчаянные головы, которые обратят все сказанное против власти? И потому с каждым разом информация о каждой следующей трагедии становилась все более скупой, дозированной, стерилизованной.

Надо ли после этого удивляться результатам социологического опроса «Левада-центра»: 8% считают, что власти сознательно вводят общественность в заблуждение, 28% полагают, что власти скрывают правду, 50% уверены в том, что власти говорят только часть правды, 9% затрудняются оценить правдивость власти, и только 5% предпочитают концерт Галкина самостоятельным размышлениям о смысле происходящего, то есть утверждают, что им говорят всю правду. Итого: почти 90% респондентов не верят власти.

Вряд ли специфический способ отмечания второй бесланской годовщины добавит к этим внушительным цифрам сколько-нибудь значимую долю респондентов. Она останется более или менее стабильной.

Только вот сомневающихся и затрудняющихся дать ответ с каждым годом будет становиться все больше и больше.

Их уже стало больше: в 2004-м — 5%, в 2005-м — 6%, в 2006-м — уже 9%. Почему так поступает власть, усугубляющая недоверие и растерянность? Потому, отвечают репрезентативно отобранные россияне в количестве 56%, что власти «стремятся скрыть от общественности ответы на «неудобные вопросы». Вопросы есть? Есть. Только теперь никому не придет в голову задавать их власти. Ей некогда. У нее День города.