Бюрократический национализм и его конкуренты

Национализм «в законе» разрушил крайне важные социальные табу, из которых состоит этика и политическая культура.

Если разогрев ксенофобских настроений будет идти такими же темпами, как сейчас, то власти придется либо самой возглавить погромную волну, либо уступить место конкурентам — более наглым, пассионарным, конкурентоспособным «низовым» националистам.

Опасность нынешней политики ровно в том, в чем видится ее преимущество. Начальству кажется, что оно контролирует дозы национализма, впрыскиваемого в общественное сознание, и твердо знает, каким будет результат.

Однако эмпирические исследования на подопытном кролике Рогозине Д.О. показали, что поначалу управляемый начальниками агрессивный националист начинает жить своей жизнью и показывать незапланированно высокие электоральные результаты.

Хорошо, согласимся на минуту с тем, что определенные инъекции национализма нужны россиянам для поддержания формы, ощущения собственного величия и болеутоления имперской ностальгии. Содержимое капсул, сертифицированных государством, к тому же еще и отвлечет соотечественников от увлечения крайностями — фашизмом, акциями прямого действия, воинствующим бытовым расизмом. Но в последние несколько дней произошла передозировка общественного сознания ксенофобскими галлюциногенами — и вот уже половина населения страны пытливо вглядывается в соседа: «А ты донес в компетентные органы на грузина?».

Граница между контролируемым (бюрократическим) национализмом и неконтролируемым (погромным) чрезвычайно расплывчата и неуловима. Сейчас, в ходе антигрузинской кампании, она стала невидимой. Понятно, что такая ситуация ненормальна с точки зрения административного, уголовного, гражданского и конституционного права. Очевидно, что она опасна для законопослушных граждан, их физического и нравственного здоровья.

Но она опасна и для власти: подогревая свой рейтинг национализмом, распаляя дотоле мирных жителей страны до точки кипения, она одновременно выращивает себе полноценного политического, электорально привлекательного конкурента.

Посмотрите на сегодняшнюю «Родину» — без Рогозина это вялый бюрократический «приводной ремень» политического руководства, с Рогозиным это реальная политическая сила. Посмотрите на нынешних бюрократических националистов из партии власти (в широком смысле слова) — они, поправляя галстуки и сползающие кислые лица, что-то там мямлят про меры по наведению порядка на рынках и в сфере миграционного законодательства. Теперь посмотрите на пассионарных легальных Беловых из Движения против нелегальной иммиграции и нелегальных Мироновых из Национально-державной партии — они смотрят прямо в глаза избирателям, не прикрываясь тонированными стеклами и не тоскуя по отвинченным проблесковым маячкам. Они говорят: власть только сейчас очнулась, а мы давно говорили: «Россия для русских», «черным» не место на рынках. За что под суд отдаете честных русских патриотов? Зачем перехватываете у нас лозунги? Почему Рогозину нельзя было запускать антиинородческие ролики, а вам можно по всем федеральным каналам демонстрировать «наведение порядка» в области этнической преступности? Чем, наконец, мы хуже вас?

Эта конкуренция партии бюрократических националистов и партии небюрократических националистов сильно напоминает ситуацию в сегменте таблоидных печатных СМИ. Как недавно заметил один мой приятель, высшее руководство страны ведет себя, как редакторат газеты «Комсомольская правда»: они говорят и/или пишут только то и о том, что хотели бы услышать и прочитать избиратели и/или читатели. В результате в первом случае растет число избирателей, во втором — читателей. Но вечной монополии на газетном рынке не бывает. Нетрудно ее потерять и на рынке политических идей.

Если кто-то запишет/заговорит еще более доступным языком, избиратель/читатель легко переметнется на сторону более агрессивного политика/газеты.

И тогда уже не разобрать, кто у нас тут партия политического мэйнстрима — «Единая Россия» или ДПНИ? Какая у нас тут главная «желтая» газета — «КП» или «Твой день»?

Можно, конечно, заниматься ксенфобской политикой в дорогих костюмах от Эрменеджильдо Зенья и давить инородческую гадину вестоновскими ботиночками по цене в три МРОТа, но рано или поздно избиратель почувствует подвох — как-то это все негармонично и неорганично. А вот внятный националист из гущи народной жизни, не обезображенный атрибутами и аксессуарами государевой службы, попахивающий не мужским «Барберри», а козлом, может оказаться в глазах разогретого теперь уже официальной и утвержденной сверху националистической риторикой гораздо более привлекательной фигурой, чем бюрократ-националист, иной раз сам не верящий в то, что он говорит.

Власть сама виновата: граница дозволенного националистического дискурса продвинулась далеко вперед — теперь вслух и даже в официальных СМИ можно говорить открыто такое, что еще год назад считалось неприличным. Теперь с экранов бьют грузин и спасают Россию такие персонажи, которым нормальный человек в здравом уме, твердой памяти и получивший морально мотивированное воспитание и руки-то подать не может.

Национализм «в законе» разрушил крайне важные социальные табу, из которых состоит этика и политическая культура.

А когда Бога нет и все дозволено — это прямой путь к погрому. Остается только и в самом деле понять, кто его возглавит.