Маленький праздник непослушания

Ах, как радостно все вдруг принялись злорадствовать – вот, дескать, нарвались америкосы, не получилась у них приятная прогулка до Багдада, ужо иракские партизаны им покажут, что может винтовка Мосина в умелых руках.

Ну, покажут. Ну, собьют еще дюжину вертолетов, пожгут еще полсотни танков, убьют сколько-то там англоязычных солдат – ничего от этого не изменится. Судьба Ирака не зависит от этих жертв, точно так же от них не зависит судьба Америки. США должны победить, не в этот раз, так в следующий – здесь совершенно не существенны конкретные военные потери, властные полномочия администрации республиканцев и так далее. Итоговая победа антииракской коалиции, пусть и максимально неправедная, пусть и украшенная бесконечно лживыми аргументами и свидетельствами, ведущая к почти естественному разделу Ирака, есть вынужденная необходимость, которую придется выбрать миру, просто за отсутствием какой-либо внятной альтернативы.

Самое главное оружие Америки сейчас – это идеологическая неготовность Европы предложить что-либо принципиально новое взамен Бреттон-Вуда. Судя по всему, это и не считается сколько-нибудь важной задачей. А зря. Абсолютно аморфное «единое экономическое пространство» имени евро есть лишь простейшая калька с американской модели, установившейся в послевоенном пространстве прошлого века. Оно имеет право на так-заявленное существование лишь в абстрактном, идеализированном варианте, когда американское доминирование станет адекватно компенсироваться влиянием Китая и вообще Юго-Восточной Азии на мировую экономику, и политику заодно. Между тем азиаты и сами не хотят подобного варианта развития событий. Их вполне устраивает «возрастание в тени», которое с течением времени должно плавно преобразоваться в поглощение доминатора изнутри.

Так эта «антихусейновская» война оказывается победоносной вне зависимости от ее итога. Тем более что основного результата она уже достигла – встряхнула весь мир и особенно Америку, приободрила тамошнее ВПК и подпихнула янкесов еще дальше в сторону «совка». Пока они окончательно не освоят и не минуют эту стадию, говорить не о чем.

Великовозрастный приятель моего сына лениво потягивает пиво и задумчиво спрашивает: «Дядь-Саш, а вы за Буша или за Хусейна?».

— Я за Гильгамеша, — отвечаю.

— А эт`кто?

— Их двоюродный прапрадедушка, грубо говоря.

Пауза.

— Ну да, правильно, Сенька же говорил, что вы – консерватор.

Я не то чтобы консерватор, мне просто вообще не нравится нынешняя цивилизация. Я прекрасно понимаю, что уже не первую сотню лет искусство политиков состоит в том, чтобы создавать управляемые кризисы, а затем предлагать для их разрешения собственных кризисных управляющих. И пусть так. Но огромная культура рекламы и пропаганды, выросшая вокруг этих упражнений, мне категорически несимпатична своей неизбывной, нутряной фальшью. Хотя… это ведь ее природа, а ее не переделать. Можно только наплевать.

Что же касается бурной радости радикально-демократической общественности временными трудностями англоговорящих войск в Ираке, то она есть побочный эффект все той же назойливой рекламы гуманизма, политкорректности и демократических ценностей, которая вполне поддерживает поход против Хусейна. Следственно, никакого результата это уличное и кулуарное буйство не достигнет.

В свое время интервенция против молодой советской власти была, отчасти, остановлена такими же демонстрациями европейской общественности. Сейчас праздношатающиеся и празднопротестующие толпы уже ничего не остановят и не изменят, поскольку их протест напрочь лишен исторической перспективы.