Такая жизнь

«Хамье, вы же неграмотные. Зачем вам подорожная?» Это первое, что мне вспомнилось, после того как я узнал о последних достижениях в области увеличения памяти у мышей (что несомненно предполагает в будущем и сходное совершенствование человеков).

Такой вот у меня временный ассоциативный мостик на основании устойчивых негативных коннотаций образовался. Сказать-то я хотел: «идиоты, зачем вам увеличивать память? Вы и с этой-то не знаете что делать». Но человеческая память устроена так, что занимается, как правило, подстановкой ситуативно подобных впечатлений, а не простым прямым воспроизведением некой полученной информации.
Информация… Черт бы меня взял, какая такая информация передается от одного участника коммуникативного акта к другому? Из какой унылейшей и беспросветной глупости выползла эта проклятая «компьютерная метафора»? Ведь, если не вдуматься даже, а просто внимательно вглядеться, то сразу становится видно: эти ваши знаменитые корреспондирующие субъекты не информацией обмениваются, а убивают друг друга, жрут живьем и с дерьмом мешают. А память не записывает старательно подробный отчет о происходящем, а устанавливает новые временные связки между старыми конструкциями образов и эмоциональных стандартов.

Впрочем, зачем вам знать, как устроена память? Зачем это вообще нужно – знать? Ведь для этого необходимо сперва понять, потом объяснить… Гораздо проще снабдить известный факт дополнительными фактическими наполнениями. А затем, при помощи перебора вариантов, найти оптимальную упаковку для этих необъяснимых и необъясняемых (а зачем? главное – чтобы скомпоновались) сущностей.

«Поворот направо вел в тупик, где лягушка попадала на оголенные провода, замыкала их своим телом, и ее ударял электрический ток. Налево был свободный выход, через который она могла попасть в убежище – резервуар с водой. После 100 – 120 упражнений лягушка безошибочно выбирала правильный путь. Жаба может справиться с несколько более сложным лабиринтом».

Это одна из любимейших наших книг, ценимая ничуть не меньше, чем «Гаргантюа» или «Вечера на хуторе близ Диканьки». «Основы физиологии высшей нервной деятельности», пера Александра Борисовича Когана. Долгими осенними вечерами, валяясь в очередной жарко натопленной северной избе вокруг канистры со спиртом (вместо того, чтобы тащиться с ружьем к ближайшему болоту), мы декламировали друг другу выбранные места из этой сокровищницы человеческой мысли вперемешку с рассказами Горбунова и корейской классической поэзией.

«Для проверки адаптивности поведения в эксперименте использовалось обдувание тараканов. Различным скоростям обдувания, после 80 серий, удалось подобрать соответствующие скорости реакций. Впрочем, однозначных соответствий достичь пока не представляется возможным».

Нет, конечно «мир – куча мусора, но становится чудом в гениальной голове». Но зачем вам гениальная голова? Вам и мир-то этот ни к чему. Вы не хотите потратить и малейшего усилия для того, чтобы понять устройство своих голов. А без этого можно бесконечно долго ползать по упомянутой куче, обнаруживая все новые и новые неоднозначные соответствия: бег трусцой полезен для мозга, бег трусцой вреден для сердца, виагра полезна для потенции, виагра вредна для зрения… И так далее, до окончательного умопомрачения. Но зато все эти бессмысленные сведения можно будет хранить в обновленной памяти, которая после ап-грейда (в виде блокировки функций кальцинурина) позволит корреспондирующим субъектам передавать друг другу в два или в три раза больше информации.

Честно говоря, даже и не понимаю – чего это меня так разобрало. Вроде бы все хорошо, вотум провалился, у Бородина нет инфаркта, Путин на лыжах, Гусинский в тюрьме, войска в Чечне… Такая вот жизнь. Говорят, в ней даже еще где-то есть какое-то искусство. Какого лешего еще хотеть желать?

Не знаю. Почему-то мне кажется, что если в какое-то обозримое время мы не вспомним – кто мы такие и зачем, то потом это станет уже совсем неактуально. Несмотря на все новейшие достижения науки в области расширения памяти.