Бодрость, грация и пластика

Общество запугано и его надо взбодрить, решил Борис Березовский и как будто бы передал управление шестым каналом остаткам «Медиа-Моста». Какое влияние это перекладывание фиги из одного кармана в другой окажет на общество – не сможет оценить никакой, даже самый изощренный социолог. Просто потому, что проценты «оценивших положительно» и «оценивших отрицательно» не в силах передать тот уровень окончательного утомления нервического любопытства, которого достигло упомянутое общество.

Системотехник и преферансист окончательно опоздал. Российская публика вышла из полуистерического состояния, в котором пребывала чуть ли не три пятилетки кряду. И незамедлительно впала в деятельную прострацию, где ей находиться гораздо привычнее и комфортнее. Забавная инициатива Борис Абрамыча даже не успела получить должной огласки, как была немедленно сметена с новостных полос захватом автобуса с заложниками. Но граждане даже на это реагируют с трудом. Это нельзя назвать привычкой – это скорее некоторое одурение от беспрерывных информационных оплеух, которыми действительность награждает нас в последнее время. Подлодки, самолеты, башни, взрывы, наводнения, жара… К этому нельзя привыкнуть, трудно даже приспособиться. Но приноравливаться к таким стрессам приходится. Хотя бы потому, что жить в этом состоянии – взвинченной и постоянной готовности к неприятным неожиданностям – неприятно, невыгодно и непродуктивно. И опыт старой, советской еще жизни, жизни отдельной и отделенной от событий в «высших сферах», сразу же напомнил о себе.

— Убивать надо террористов. Тогда их не будет. А вообще, пусть они сами, там наверху решают. Это их забота. А вы шашлык будете или люля? – повар-калмык стремительно завершил дискуссию между молдаванином из соседнего ларька и москвичом-покупателем. Не оттого, что ему этот разговор доставлял неудовольствие, а лишь чтобы взбодрить покупателя, который уже был готов погрузиться в меланхолическое обсуждение проблемы государства и террора.

И что тут возразишь? Действительно, это исключительно их забота. Тех самых отдельно взятых коммунистов, которые победили всех остальных коммунистов в отдельно взятом от прочей публики перераспределении как будто бы общественной собственности. И пусть они уж как-нибудь с этим справляются. Ради этого ведь и затевалось, разве нет? И коммунист Ходырев, моментально превратившийся из «члена КПРФ» в «губернатора либерального края», чему были посвящены почти все вчерашние новости, продемонстрировал эту позицию в чистоте. Какая разница, ей-богу. Речь-то не о всяких глупостях идет, вроде идеологического различения между принципами хозяйствования. Человек получил не просто «волость в кормление», а территорию, снабженную несколькими дюжинами уже выросших и окрепших хозяйчиков. И какой язык они ему предложат для договоренностей, тот он быстренько и освоит. Вот где она живет реальная бодрость духа, грация и пластика. И для ее пробуждения совершенно необязательны какие бы то ни было телодвижения игроков прошлого десятилетия или политтехнологов нынешнего времени. Организм властной (экономической, политической и административной) элиты закончил свое формирование, миновал переходный возраст и стадию инициации и зажил собственной жизнью, оптимизируя внутренние конформности и аттракторы. Идеальным индикатором этого происшествия можно считать ту кому, в которую погрузился символ либерально-демократической суеты первых лет Большого Передела Григорий Явлинский. «У Гриши депрессия в медицинском смысле. Он совсем уже перестал понимать что и зачем он делает»,— сказал несколько дней назад один из его былых сподвижников.

Не хочется быть пророком, но никакие ободряющие жесты Березовского не сумеют вывести Гришу из депрессии. Это уже не фрагмент анамнеза, а окончательный диагноз. Мухи зажили своей жизнью, а котлеты – своей. И ни один, даже самый талантливый, медиатор не сможет в обозримые три-четыре пятилетки выбить их из самостоятельного и самодостаточного существования. А Борис Абрамычу, равно как Глеб Олегычу и прочим равным, лучше погрузиться в ностальгические рефлексии над Мессаровичем, Токахарой и Вебером. Бодрости с грацией пусть никакой и не доспеют, но удовольствие получат наверняка.