Идеальная жертва демократии

В списке претендентов на пост президента США есть политик, идеально подходящий для решения стоящих перед страной проблем. Правда, шансов у него мало, фаворитом его не считают

Исправно работающая демократическая система создает механизмы политического отбора и обеспечивает сменяемость власти, что само по себе большой плюс. Правда, нет гарантии, что публичный политический процесс приведет к победе именно того, кто объективно является наиболее предпочтительным кандидатом.

Чем придется заниматься хозяину Белого дома, которому достанется блистательное наследие Джорджа Буша? Прежде всего, Ближним Востоком в целом и Ираком, в частности. Далее — миграцией (острая и крайне противоречивая тема), энергетикой (безопасность поставок и поиск альтернативных источников), латанием расползающегося по всем швам режима ядерного нераспространения, улучшением имиджа Америки в мире и налаживанием «командной работы» в рамках международных организаций, дабы привлечь их к решению стоящих перед Вашингтоном проблем.

Впечатляющая повестка.

В списке претендентов на пост президента США есть политик, идеально подходящий для решения стоящих перед страной проблем. Правда, шансов у него мало, фаворитом его не считают.

Это губернатор Нью-Мексико демократ Билл Ричардсон.

Ни один из губернаторов и вообще мало кто из американских политиков может похвастаться подобным послужным списком. Но, главное, его опыт и квалификация покрывают весь перечень первоочередных задач.

Ричардсон лично знал Саддама Хусейна и даже умудрялся убедить его пойти на уступки. В 1995 году именно он в бытность членом американского конгресса отправился в Багдад вызволять двух граждан США, которые якобы случайно пересекли кувейтско-иракскую границу. Беседа с Саддамом завершилась совместным фотографированием и иронической пикировкой на тему о том, кого из двоих это фото больше компрометирует. Американцев отпустили.

Впоследствии Ричардсон много занимался Ираком и в качестве представителя США в ООН, и как министр энергетики в администрации Билла Клинтона. Хорошо понимая ситуацию, Ричардсон крайне осторожно относился к идеями решить иракский вопрос силой — и в 1990-е, и в преддверии последней кампании.

Сегодня Билл Ричардсон предлагает наиболее конкретный план действий по уходу из Ирака, основанный на скорейшем выводе американских войск параллельно с активным вовлечением в урегулирование всех (это особо выделено в программе Ричардсона) соседей, включая Сирию и Иран, а также союзников США. Губернатор предлагает масштабную экономическую помощь для восстановления Ирака. Освобождающиеся военные силы Ричардсон считает необходимым разместить там, откуда исходят реальные угрозы США, прежде всего направить новые контингенты в Афганистан для борьбы с талибами.

Вообще, общение с непредсказуемыми диктаторами — конек Билла Ричардсона.

Помимо Ирака, он посещал Кубу (еще одна животрепещущая тема ближайшего времени), Северную Корею и Судан (последние два государства — совсем недавно), где встречался с тамошними лидерами и выполнял разные деликатные поручения. В одном из интервью он признавался, что, готовясь к встрече с каждым из автократов, внимательно изучает все источники о них, общается с их собеседниками, чтобы поставить себя на их место и проникнуть в особенности их мышления. Качество, в целом не свойственное американским политикам. За переговоры с «экстремальными» режимами Ричардсона четырежды выдвигали на Нобелевскую премию мира.

Работая в ООН, Ричардсон оценил не только слабые, но и сильные стороны этой организации, поэтому считает первоочередной задачей будущей администрации возвращение к нормальной многосторонней дипломатии. Без этого Америка будет и дальше терять влияние. А еще в 1980-е годы, впервые попав в конгресс, молодой политик сразу проявил интерес к Хельсинкской комиссии, которая занималась европейской политикой Вашингтона, и к Парламентской ассамблее НАТО. Так что европейцам, которые с трудом воспринимают Буша, Ричардсон явно пришелся бы по душе.
Наконец, вопросы, которые касаются жизни каждого американца: миграция и энергетика.

Что касается первого, то штат Нью-Мексико первый в США по числу жителей испанского и латиноамериканского происхождения, около 30% используют в быту испанский язык. Сам Ричардсон — наполовину мексиканец, родившийся в США, но до 13 лет проживший в Мехико. Проблемы миграции и сосуществования разных культур хорошо ему известны. А владение испанским как родным явно помогло бы Соединенным Штатам поправить собственные позиции в Латинской Америке, которая при Буше оказалась в полном загоне.

Энергетикой Ричардсон занимался профессионально во время второго срока Билла Клинтона, в этом своем качестве он бывал и в России. Тогда, правда, речь шла не столько о модной ныне проблеме устойчивости поставок, а о ситуации на российских ядерных объектах.

В общем, идеальный кандидат, способный методично начать разгребать завалы, оставшиеся после восьми лет правления республиканцев. К несчастью, шансов обогнать фаворитов — Хиллари Клинтон и Барака Обаму — у него практически нет.

Клинтон очень знаменита, Обама чрезвычайно харизматичен. Оба лидируют и по количеству пожертвований — у каждого уже около 30 миллионов. Ричардсон пока собрал немногим более 5 миллионов.

Теоретически Билл Ричардсон обладает теми же преимуществами, что и соперники, но лишен их недостатков. Как и Хиллари, он ассоциируется с «золотой» эпохой Билла Клинтона, однако не вызывает такой неприязни, как супруга бывшего президента. Как и Обама, он не голосовал за иракскую войну, но в отличие от чернокожего, обладает гигантским политическим опытом. Наконец, он метис, что способно привлечь цветных.

Впрочем, фигура Билла Ричардсона объединяет слишком уж много позитивных качеств, которые представлены в виде очень сбалансированного, но неяркого и некрепкого коктейля. Поэтому, скорее всего, он как раз и станет «жертвой» демократии. Той системы, при которой окончательный вердикт зависит сначала от внутрипартийных интриг, потом от мастерства политтехнологов и, наконец, от воли народа, который часто склонен голосовать сердцем, а не разумом.