Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Максим Малявин

Без паники на «Титанике»

Максим Малявин о том, как противостоять внезапному страху

Интересно бывает отследить, откуда взялся тот или иной термин. Вот взять, к примеру, панику. Раз — и представляется та самая древнегреческая пастораль, которую впоследствии так любили идеализировать и романтизировать многие писатели и художники. Солнечный денек, запах луговых трав, оливковые рощи и стада овечек, пасущихся под ленивым присмотром пастухов и пастушек. И вдруг среди этой тишины, слегка разбавленной птичьими трелями — глас божий.

Бог, правда, так себе: козлоногий, козлорогий, нраву соответственного — но гаркнуть может, мама не горюй. Так, что целые стада в ужасе разбегаются. Ну и пастухам с пастушками, мягко говоря, некомфортно: начальство же божественное.

Не менее интересно (со стороны, конечно, с безопасного расстояния и как зрителю) наблюдать за реакцией людей, охваченных этой самой паникой. Кто-то застывает на месте. Кто-то бежит прочь, сломя голову, или же просто бесцельно и заполошно суетится. А кто-то, напротив, собирает себя в кучу — и успешно противостоит. Ну насколько это вообще возможно в конкретной ситуации.

Отчего же такие отличия в реакции? Ведь физиология, вроде бы, у всех более-менее одинакова? Отличия как раз в этом самом более или менее. И попытки их нащупать привели ученых к изучению двух подсистем в составе нервной: симпатической и парасимпатической. Образно говоря, симпатическая система управляет нашей боеготовностью: вступить в драку или унести ноги, пережить стресс, хорошенько поразмять мышцы, захлебнуться от наплыва эмоций — это все симпатика. И рулит в ней нейромедиатор норадреналин.

Это он заставляет сердце биться сильнее и чаще, это он сужает периферические сосуды (крови надо больше, но нужна она в боевой ситуации прежде всего жизненно важным органам) это он расширяет бронхи (кислорода в условиях драки тоже нужно больше), это он прогоняет сонливость, обостряет эмоции и заставляет мозг работать активнее. Он же повышает болевой порог (что ценно, если в драке прилетит), тормозит работу желудочно-кишечного тракта и временно снижает либидо и потенцию (вот не до того, когда надо выжить), он же сужает рамки сознания, оставляя в центре внимания лишь то, что необходимо — на детали будем обращать внимание потом, когда все устаканится.

Парасимпатическая же система действует противоположным образом, и в норме ее работа характерна для состояния покоя: победили — можно перекусить и размножиться. Ритм сердца реже, периферические сосуды снова шире, желудочно-кишечный тракт заработал активнее, бронхи сузились. Но это в норме.

Как раз при панике, если уж она человека охватила, происходит интересный момент: тревога, а затем и страх зашкаливают, и на смену норадреналину приходит ацетилхолин, основной медиатор парасимпатики.

Организм и психика решают, что побег или победа немыслимы и недостижимы — и происходит переключение на эту подсистему.

И вот уже действия теряют свою целенаправленность, а организм может выкинуть много интересных сюрпризов, вплоть до медвежьей болезни. Но почему? Почему одни могут противостоять панике, а другие легко ей поддаются (это если не рассматривать отдельно стоящее паническое расстройство)?

Дело, помимо целого ряда других факторов и деталей, в устройстве одного подкоркового центра нашего головного мозга. Есть в нем такое образование, которое назвали голубым пятном — из-за оттенка цвета, который виден на срезе. Клеток в этом пятне сравнительно немного — какие-то жалкие миллионы — но зато у них длинные руки. Вернее, отростки. Аксоны, если применить правильную терминологию. И тянутся аксоны клеток голубого пятна повсюду: к коре, подкорковым ядрам, к мозжечку и в спинной мозг. Боеготовность — дело такое, тут кучу всего надо координировать.

Одно из направлений работы голубого пятна — это участие в запоминании нужной информации и дезактуализации той, что привела к неудаче. Именно участие: дать команду активировать одни участки, где все это запишется, и блокировать те, которые могли бы записать и закрепить что-то ненужное, провальное. То есть, при развитом и активно работающем голубом пятне человек легче находит выход из неприятных ситуаций и хорошенько запоминает, что он при этом делал. И понимает, что надо сделать, чтобы избежать тех же граблей.

Другое направление обусловлено тесной связью голубого пятна с двумя другими важными подкорковыми структурами — таламусом и миндалиной. Эта связь дает возможность перебороть тревожность и проявить агрессию в ответ на опасную ситуацию. Она же помогает ощутить яркие приятные эмоции, азарт во время стресса. И острее почувствовать радость победы.

Было замечено: люди, у которых сильнее прочих развито и активно голубое пятно, меньше других подвержены панике.

А в опасной или стрессовой ситуации действуют более целенаправленно и собранно, нежели другие, чье голубое пятно не так хорошо работает.

Увы, специальных упражнений по тренировке и прокачке голубого пятна не придумано. Впрочем, и без совета я вас не отпущу. Касается этот совет дыхания в ситуации, когда вы сильно испуганы и уже выдали или готовитесь выдать паническую реакцию. Называется прием дыханием по квадрату. Разбейте фазы дыхания на вдох — паузу с задержкой дыхания — выдох — паузу с задержкой дыхания. И каждую фазу делайте, считая про себя до четырех: на четыре счета одну, на четыре счета вторую и так далее. Подышите несколько минут таким образом — и вы удивитесь, насколько снизился страх и отступила паника.