Лишний социализм и жадность бюрократии

После президентских выборов россиян ждут неприятные экономические сюрпризы

В последнее время госчиновники все чаще стали выступать с довольно жесткими предложениями в области экономической политики. Полный набор «жестокостей» содержится и в статье первого зампреда ЦБ Алексея Улюкаева в журнале «Вопросы экономики». Там и отказ от индексации пенсий сверх уровня инфляции, и повышение пенсионного возраста, и сокращение числа бюджетников, и отказ от ответственности за социальные стандарты на всей территории страны, что позволит существенно сократить межбюджетные трансферты. Кроме того, предлагается перейти к «фискальному таргетированию», установив предел социальных расходов в бюджете.

Действительно ли экономическое положение России столь отчаянно, что нужно ставить вопрос о радикальных мерах?

Собственно российская экономика имеет одну проблему и одну недопроблему. Проблема в том, что экономика не растет, никак не хочет выходить из кризиса. А недопроблема (пока недоделанная, несуществующая) — бюджетный дефицит. Т. е. дефицит, конечно, существует. А вот проблемы с ним пока нет.

Не растет экономика потому, что не имеет стимулов для развития на своей собственной, внутренней базе. Единственное, что ее поднимает, — это внешняя конъюнктура, рост цен на нефть, металлы и некоторые другие предметы российского экспорта. И как только рост мировой экономики затормозился и перестали расти цены на российский экспорт, экономика России тоже перестала расти.

В экономике есть два внутренних мотора роста — рост потребления и рост инвестиций. Роста инвестиций у нас нет — и не предвидится в обозримой перспективе. И стимулов к инвестированию крайне недостаточно. Рост потребления Улюкаев и Ко предлагают окончательно заморозить.

Логично было бы действовать как раз наоборот – пытаться запустить внутренние «моторы» роста экономики, а не обрекать ее на полную зависимость от динамики внешнего спроса.

И, главное, зачем? Ради того, чтобы решить мифическую проблему бюджетного дефицита? Зачем ее вообще решать? Западные страны беспокоятся о дефицитах бюджета ввиду того, что госдолг приближается к критическим цифрам: почти везде он уже за 70–80% ВВП, а в ряде стран перевалил и за 100%. О чем беспокоиться России? Ее внутренний долг — 5%, а внешний — 3% от ВВП. Всего 8%. Проблемы госдолга в России вообще не существует!

Единственная неприятность от бюджетного дефицита — это бюджетная эмиссия и ее вероятные инфляционные последствия. Но и здесь-то не пойму, о чем беспокоиться.

1. Эмиссия денег растет, когда дефицит бюджета финансируется из Резервного фонда. Но он ограничен в размере и в будущем году уже исчерпается. Проблема исчезает сама по себе.

2.Эмиссия происходит при финансировании дефицита бюджета за счет внешних займов. Но параллельно растет валютный резерв ЦБР, который обменивает Минфину полученную из-за границы валюту на рубли.

3.При финансировании бюджета за счет заимствований на внутреннем рынке количество денег в обращении не растет. До тех пор, пока ЦБР не начинает гнать кредитную эмиссию под залог госбумаг. Но этот процесс абсолютно контролируем со стороны ЦБР — как процентными ставками, так и количественными ограничениями.

Таким образом, чисто монетарная эмиссия остается полностью под контролем ЦБР, и поводов для беспокойства у него просто нет: не стоит увлекаться внешними займами, и все.

Россия может спокойно еще лет 15 жить с нынешним уровнем бюджетного дефицита (5–6% к ВВП), и за это время ее госдолг едва ли достигнет современного уровня развитых стран. Нет проблемы с бюджетным дефицитом в России!

Но вот тут под руку говорят о дефиците Пенсионного фонда, который якобы губит бюджет. Разберемся, в чем эта проблема.

Дефицит ПФ — абсолютно рукотворная, а не демографическая проблема. И первая ее часть — это, конечно, осуществляемое нашим мудрым правительством повышение пенсий без источников его финансирования. Вторая часть — сама пенсионная реформа.

Суть пенсионной реформы в том, что часть денег изымается из ПФ для формирования накопительной части пенсий и передается в распоряжение государственного Внешэкономбанка для инвестирования (весь процесс чуть сложнее, но это совершенно несущественно). В прошлом году изъяли из ПФ 150 млрд рублей. В первом квартале этого — уже 270 млрд. Всего изъяли уже более 800 млрд рублей. И этот дефицит покрывается бюджетом.

Вся идея реформы состоит в том, что эта накопительная часть в будущем, лет через 20–40, позволит частично финансировать пенсии (после 2030 года, когда количество пенсионеров сравняется с количеством работающих). Но именно сейчас мы имеем просто чистые изъятия денег из Пенсионного фонда. И для того, чтобы закрыть/сократить проблему, правительство увеличивает налоги на зарплату в пользу Пенсионного фонда. И госчиновники постоянно возвращаются к теме повышения пенсионного возраста (чтобы выплачивать поменьше пенсий).

Негативное влияние пенсионной реформы на современную экономическую ситуацию понятно. Но все дело в том, что

провал пенсионной реформы тоже уже запрограммирован, простой цифрой: доходность пенсионных накоплений в ВЭБе за 9 месяцев 2009-го — 4,1%. Меньше инфляции. Россия открыто теряет пенсионные накопления!

Чтобы решить эту проблему, правительство приняло еще одно мудрое решение – о программе софинансирования пенсий: оно добавляет по рублю на каждый рубль добровольных пенсионных накоплений. Уже 3 млн 217 тысяч человек попались на эту удочку, не понимая, что эти 100% на старте их добровольных накоплений просто потеряются за 20 лет доходности ниже инфляции. Что хранить те же деньги на депозите в банке выгоднее. Очевидно, более разумным решением правительства было бы повысить доходность пенсионных накоплений. Но кому это надо? Чиновникам и так хорошо. А что будет через 20 лет, их не интересует.

Что мы имеем в итоге? Пенсионная реформа приносит на нынешнем этапе серьезные убытки и не решает никаких проблем в будущем. Может, тогда отменить эту пенсионную реформу? Просто вернув людям их пенсионные накопления, хотя бы по правилам расходования материнского капитала?

Итак, проблемы дефицита бюджета и пенсионного фонда абсолютно рукотворные, частью вообще надуманные, и бояться их совершенно нечего. Абсолютно ничего не случится с бюджетом России, если он будет дефицитным и будет продолжать финансировать дефицит Пенсионного фонда ближайшие лет 10–15. Так зачем же нужны все эти антисоциальные предложения госчиновников?

А просто не хватает фантазии понять ситуацию в целом. Понять причины. И все предложения сводятся к тому, что делать со следствиями...

Минфин видит, что все в мире планируют сокращать бюджетные дефициты и прикладывает это к нашей экономике. Не понимая, что бюджетный дефицит в России оказывает, скорее, благотворное воздействие на экономику, чем негативное. ЦБР крайне раздражается, видя неконтролируемую им бюджетную эмиссию со стороны Минфина (финансирование дефицита бюджета из Резервного фонда). И всячески толкает министра финансов Алексея Кудрина на сокращение дефицита бюджета. Вот и вся нынешняя экономическая политика.

Между тем решение многих проблем просто под самым носом. Просто для примера.

Давайте возьмем $400 млрд валютных резервов (оставим ЦБР $75 млрд на регулирование валютного рынка, это примерно 4-месячный импорт — вполне достаточно). Добавим сюда $90 млрд Фонда национального благосостояния. И все доходы от приватизации (за пару лет крупной приватизации легко наберем еще миллиардов 200 долларов). Может быть, 800 млрд рублей пенсионных накоплений. И, конечно, все поступления в валютные резервы ЦБР свыше 4-х месячного импорта. Итого – свыше полутриллиона долларов на старте и постоянное, ежегодное пополнение. И создадим настоящий суверенный фонд благосостояния по всем международно признанным правилами для таких организаций. Пусть фонд будет абсолютно прозрачен с избираемым правлением и внешними директорами (лучше иностранцами). А

может, лучше создать 2–3 фонда на аналогичных принципах и отдать их во внешнее управление, частью даже иностранное. И пусть этот наш фонд/фонды нормально инвестирует на мировом и российском рынке. А этими доходами будем покрывать дефицит Пенсионного фонда.

Аналоги есть. Китай в конце 2007 года выделил $200 млрд из состава своих валютных резервов и создал China Investment Corporation (CIC). За 2 года, несмотря на мировой экономический кризис, они превратились в $332 млрд (конец 2009). Доходность — свыше 30% годовых в долларах. Эксперимент явно оправдал себя, и сейчас Китай выделяет еще $300 млрд для этого фонда.

Для сравнения. Доходность инвестирования валютных резервов ЦБР за те же 2 года составила около 4% годовых в долларах. Это просто ничто, особенно если вспомнить о колебаниях курса доллара к мировым валютам в пределах 10–15%. Почувствуйте разницу!

Впрочем, оставим мечты. И законный вопрос — почему бы властям не сделать это?

Вернемся на землю. А здесь мы видим желание властей тупо задавить бюджетный дефицит. И прежде всего путем урезания социальных расходов. Оставим в стороне бессмысленность и даже вредность урезания бюджетного дефицита и посмотрим, что можно было бы зарезать/сократить/оптимизировать в бюджете и без сокращения социальных расходов:

1.Снизить коррупционность (для кого-то секрет, что 40–80% некоторых бюджетных статей просто разворовывается?). Совсем несложно, при желании: и так все наверху все знают. Правда, властям начать придется с себя — ограничить свои собственные аппетиты.

2. Двести с лишним миллиардов рублей, идущих как вклады в уставные фонды разных предприятий и банков. Вообще-то именно это (а вовсе не социальные расходы) — ползучая национализация экономики и воистину излишний социализм в бюджете.

3. Расходы на Олимпиаду-2014, саммит стран АТЭС-2012, планируемые чемпионаты мира по футболу и хоккею. Совершенно необязательные расходы, легко поддающиеся оптимизации (сокращению или полной ликвидации).

4. Излишние расходы на нацоборону, вызванные воспоминаниями «холодной войны», — и много еще чего.

Ничего этого делаться не будет (опять размечтался!).

Будет только то, что видят чиновники, а именно наступление на социальную часть бюджета и повышение налогов на бизнес. Для того чтобы продолжать оплачивать коррупцию, лишний социализм и различные имперские погремушки в бюджете.

А также усиленно финансировать силовые структуры государства. Все остальное — табу, не подлежащее обсуждению. Именно эти меры и станут содержанием экономической политики после выборов-2012, тем более что большинство такого рода мер сейчас просто откладывают. Но некоторые госчиновники и приближенные к власти экономисты постоянно зудят об их необходимости. Пытаясь представить такие меры неизбежными. Что, с моей точки зрения, полная чушь. Лечить надо, конечно, причины болезни, а не ее симптомы. И главная из таких причин — в голове: имперские пережитки и непомерная жадность высшей российской бюрократии.