Слышен звон

Конечно, нельзя затеваться с чем-то серьезным, не отойдя от возвышенных дум Страстной недели. Один раз уже затевались — чемпионат мира 2000 года в Питере открывали как раз перед Пасхой и получили в итоге такое, о чем лучше не вспоминать. С другой стороны, календарь есть календарь, и плей-офф есть плей-офф: раз назначен был пятый матч финала на субботу… Обычно по поводу «удлинения» серии добавляются слова «по необходимости», и в случае с «Авангардом» и магнитогорским «Металлургом» такая необходимость, безусловно, была. Больше того — в пятом матче была высшая, чуть было не сказал, божественная справедливость. И если бы не в этот день…

Я не путаю божий дар с яичницей. Не пытаюсь как-то оправдать то, чем для хозяев суперфинала стал этот день в магнитогорском Ледовом дворце имени И. Х. Ромазана. В конце концов, оба клуба наши, радость омичей и слезы магнитогорцев — пополам и поровну (я бы так и с золотыми медалями поступил, честное слово). И, если посмотреть на произошедшее опять же чуть сверху, с позиций христианских и человеческих, после такого душу омывают слезы очищающие. Пусть для одних горчат все-таки больше.

По ряду самых что ни на есть объективных причин в этот день я не смог вылететь в Магнитогорск, и сердце рвало на части. Представляю, как было на трибунах, когда омская машина неумолимо начала передавливать «Магнитку», обескровленную и невероятно уставшую. Болельщики все понимали — и те, кто сидел в VIP-ложе, и те, кто не умолкал за воротами. Лица говорили сами за себя.

Но даже на фоне этого чудовищного измота игра оставалась Игрой, и не суть важно, что противостояние дошло до нулевого варианта. Оно оставалось без ложного пафоса великим, явив образец хоккея самой высокой пробы. И это главный вывод, который можно сделать по итогам беспрецедентной финальной серии. С этим она и войдет в историю российского хоккея как непревзойденный образец.

Каким-то почти мистическим образом она наложилась на недавнее противостояние «Арсенала» и «Челси» во втором четвертьфинальном матче Лиги чемпионов. «Магнитка» в этой серии была потрясающе похожа на клуб Арсена Венгера — по уровню командной мысли, по изяществу опять же общекомандного маневра и потрясающей графике его воплощения. Да, на весь цикл не хватило. Да, после стартовых домашних побед в каждом из трех матчей достаточно было чуть-чуть, но…

«Авангард» явил неистовую несгибаемость духа и самолично повернул колесо Фортуны. Со скрежетом повернул, через «не могу», но он это сделал. Как тот самый «Челси» в том самом теперь уже историческом матче с «Арсеналом». Правда, где в этот момент улыбался Роман Абрамович, я не знаю. И в этом аналоге нет уже никакой мистики — известно, кому принадлежит омский клуб.

Понимаете, какая штука… Магнитогорские лидеры за свою долгую и славную хоккейную жизнь столько буллитов реализовали, сколько у «Авангарда» вместе взятого не наберется. Но шайба обреченно летела прямо в «блин» Максима Соколова, и даже лучший пенальтист отечественного хоккея Валерий Карпов, вышедший на лед с травмой, вынужден был уступить. Это была драма. Для триумфатора Валерия Белоусова, впервые оформившего золото в практически родном дворце, тоже. Только команда была у него уже другая.

… Колокольный звон поплыл над ночной Магниткой в свой срок. Горечь уйдет. Хоккей останется.