Показательная порка

Околохоккейная история с Максимом Сушинским яйца выеденного не стоит, однако за несколько дней обрела объем полномасштабного скандала с явным оттенком показательной порки. А я порок не люблю, особенно демонстративных.

На примере слишком разговорчивого звездного форварда руководство Континентальной хоккейной лиги, очевидно, решило преподать урок всем хоккеистам, играющим в ее системе. С формальной точки зрения все правильно: если нарушен пункт регламента, то отвечать надо вне зависимости от регалий и авторитета. Конкретный повод и обстоятельства, при которых был вынесен сор из избы, тоже не учитываются. Значит, Сушинского надо наказать.

Однако то, как это делается, вызывает вопросы. Если бы утечка негативной информации проистекала из любого другого клуба, реакция не была бы столь болезненной. Но Сушинский, высказав свою точку зрения на игру своего питерского СКА, косвенно обидел и президента клуба Александра Медведева. А заодно и президента КХЛ, то есть того же Медведева. Соответственно, и получить острастку игрок мог в двойном размере.

Естественно, Сушинский не собирался выступать в роли провокатора и ворошить осиное гнездо. Конечно, для всех лучше было бы выяснить отношения без свидетелей, не ставя в известность общественность. Вероятно, авторитет форварда-ветерана такую возможность предполагал. Но Максим не сдержался и сказал под запись то, что думает. Вопрос публикации интервью без визы и просчета последствий — на совести автора и издания, но девиз «не навреди» никогда не был в чести у СМИ, особенно в нынешние времена. Слово прозвучало, и пошло-поехало. Накал можно было пригасить, не прибегая к резким заявлениям (похоже, главный тренер СКА Барри Смит готов был спустить историю на тормозах), но то, что это сочли бы за слабость, заставило руководство армейского клуба и Лиги пойти на принцип.

Соответственно, в стороне остался главный вопрос — что же все-таки происходит со СКА? Если бы у экс-капитана команды не болела за нее душа, он бы и не высказывался. Сушинского осудили по форме, но по сути-то он, возможно, прав. Под этим углом история выглядит совсем по-другому. И, избавившись от смутьяна, руководство СКА вряд ли избавится от своих проблем. Думается, и для КХЛ всеобщее «одобрямс» на пользу дела не идет, но для того, чтобы это понимать, надо обладать терпением и мудростью.

Максим Сушинский, очевидно, должен был руководствоваться готовым рекламным трафаретом: Лига прекрасная, вот-вот догонит НХЛ, все звезды будут у нас, я счастлив играть в СКА, трудности — временные, ура-ура. Но если все будут долдонить одно и то же, при этом широко улыбаясь, — это не будет означать, что мы оказались в Северной Америке (да и в НХЛ всякое, между прочим, бывает). Сушинский как человек, обладающий авторитетом и определенным уровнем независимости, делать хорошую мину при плохой игре не захотел. Его право и его ответственность.

«Он, конечно, виноват. Но он… не виноват». Так не только в кино бывает.