Чистые и нечистые

На чистых и нечистых потом делить будем — ну, к примеру, после июльского матча Кубка Дэвиса с французами. А Уимблдон прошел, как и должен был: количество в качество не всегда переходит, что касается лучшей половины российской теннисной бригады, и качество не всегда оказывается достаточным, что касается половины худшей.

При всем этом никто шапкой оземь не бьет — и совершенно справедливо, ибо никаких поводов для разочарования не присутствует. Что косвенно, а иногда и прямо подтвердили наши девушки, дружно остановившись в двух шагах от финала и особенно от этого не расстроившись.

Маша Шарапова в общий реестр не входит, буквально на глазах в нынешнем сезоне отрываясь от общей группы. Вокруг нее шум и гам, рвут новый брэнд на части, а с нее как с гуся вода, барьер пока такой, что пушкой не прошибешь. И дело даже не в качестве игры — дело в качестве характера, в чем-то определенно уже не нашего. На сегодня Шарапова являет собой редчайшее соединение широты русской натуры и абсолютно западного прагматизма, стихийного таланта и способности сберечь его и развить. Насколько долго удержится она на этой грани, зависит не только от нее, но от нее — в решающей степени. Победы всем нужны, но Шараповой сейчас просто жизненно необходимы — только это позволит ей остаться не прекрасным мимолетным мгновением, а стать явлением общемирового масштаба.

Нашего или не нашего — большой вопрос. Для того чтобы сердце болельщика как-то успокоилось, нужно ощутить Марию Шарапову своей, а значит, увидеть ее, наконец, в составе сборной России. Принимая во внимание все резоны и особенности способа жизни, можно спокойно относиться и к месту проживания, и к решению пока за российскую команду не выступать. Но, честно говоря, уверенности в том, что это произойдет в сезоне будущем, у меня тоже нет. Штаб Шараповой и она сама, скорее всего, будут думать, взвешивать все за и против, и решение в любом случае окажется предельно рациональным. Место жительства обязывает.

Мария Шарапова дошла до полуфинала, Дмитрий Турсунов оставался последней надеждой в мужском одиночном разряде. Два самых американизированных наших представителя, между прочим. Никакой тенденции в этом не просматривается — при определенных обстоятельствах могли мы увидеть в полуфинале кого-нибудь еще, просто так карта легла, и вообще нынешний Уимблдон получился крайне жестким — не на жизнь, а на смерть. Но подумать о том, почему так получилось с «российскими россиянами», стоит.

Так вот, Турсунов, без малого гражданин США, помочь российской команде в Москве, естественно, не сможет. В ситуации, когда эта помощь была бы не просто существенной, а необходимой. Он, собственно говоря, уже давно ушел, и сожалеть поздно.

Дай бог им успеха и процветания. В конце концов, все участники Большой Игры — в чем-то граждане мира, и наши по существу ими уже стали.

Но стоящее после фамилии в скобках слово еще никто не отменял.