Гадание по следам

Заметание «следов», как и гадание на них, опасны для государственной стабильности и прочности самой власти

Если в стране в результате взрыва пассажирский поезд сходит с рельсов и это не бытовой взрыв — причину неизбежно нужно искать в политическом курсе власти. Потому что любой теракт подобного рода либо прямое следствие этого курса, либо дикая попытка повлиять на него извне.

Крупные теракты для постсоветской России, увы, не редкость. А характер их расследования, когда власти неизменно пытаются как можно быстрее свернуть процесс и продвигают наиболее политически выгодную для себя версию в ущерб истине (например, категорически не захотели разбирать с правовой и даже с моральной точки зрения действия силовых структур во время трагедий «Норд-Оста» и Беслана), вынуждает общество гадать по «следам». Вот и теперь после подрыва скоростного поезда «Невский экспресс», следовавшего по главному «политическому» маршруту страны между Москвой и Петербургом и весьма популярного среди федеральных чиновников, нам на выбор предлагают три «следа»— кавказский (недобитые басаевцы), фашистский (русские экстремисты-националисты) и криминальный (новгородские ОПГ, которые, видимо, решили отомстить за отставку губернатора и наезд правоохранительных органов).

Проблема в том, что какой след ни возьми— тянется он прямиком к тому политическому курсу, который проводит нынешняя российская власть.

Что такое «кавказский след»? Это след российской беспомощности в решении запутанных кавказских проблем. Это следствие отсутствия достаточного контакта и достаточной популярности властей кавказских республик у населения, беспросветной безработицы и социальной запущенности российского Кавказа, коррупции местной власти и крайне скверного отношения обывателей к представителям местных силовых структур. Раньше все вообще было очень просто: есть отморозок-террорист Шамиль Басаев, который охотно и с радостью берет на себя любой крупный теракт в стране. После его гибели этот след уже не персонифицирован. Но звонок на международную радиостанцию человека, представившегося заместителем командира группировки «Риядус Салихин» (командиром был Басаев) и взявшего ответственность на себя—проверенный пиар-ход. Впрочем, сейчас у этой версии мало шансов «понравиться» российской власти—после гибели Масхадова с Басаевым и воцарения в Чечне Рамзана Кадырова чеченские боевики, по неписанным правилам госпиара, которые, увы, для российских властей превыше истины, уже не должны подрывать поезда в центральной России. По официальной версии, Путин со товарищи чеченскую проблему решили или почти решили.

Что такое «фашистский след»? Это логическое продолжение политики откровенного национализма в рамках «суверенной демократии», который окончательно восторжествовал в Кремле в последние годы. Тем более что два года назад уже был похожий подрыв поезда Грозный-Москва с помощью такого же «непрофессионального» самодельного взрывного устройства. Взрыв этот навесили на предпринимателя Владимира Власова и мастера ГУП «Гормост» Михаила Клевачева, дали первому 18, а второму 19 лет, но приговор в действие пока так и не вступил. При этом если еще можно понять, зачем национал-экстремисты со славянскими фамилиями взрывают поезд Грозный-Москва, особенно вскоре после его возобновления, понять, зачем им взрывать поезд Москва-Петербург—гораздо сложнее. Чтобы на кавказцев подумали? Но если запретить иностранцам торговать на рынках наша неумная власть еще может, полностью закрывать страну для въезда мигрантов она все-таки, надеюсь, не станет. К тому же гастарбайтеры поезда не взрывают— «подумать» можно только на кавказцев, являющихся такими же гражданами России, как, например, члены небезызвестного Движения против нелегальной иммиграции. Кстати, вы когда-нибудь видели у наших самых оголтелых националистов хоть один лозунг или слышали хоть одно высказывание против президента, «Единой России» и нынешнего политического курса страны? Я—нет, и это очень показательно.

Что такое «криминальный след»? Какие-то новгородские ОПГ, которых прижали силовые структуры и которые якобы вольготно жили при только что смещенном губернаторе Новгородской области Михаиле Прусаке, теперь решили «отомстить». Представляете себе, как выглядит страна, где на небольшом расстоянии от вполне европеизированной столицы «братки», желая насолить правоохранителям и новому губернатору, пускают под откос скорый пассажирский поезд, курсирующий между двумя главными городами страны?

Едва ли какая-нибудь из этих трех версий, не говоря уже о постоянно возникающей при таких терактах в силу специфики российской истории версии о провокации самих спецслужб, может быть хоть сколько-нибудь утешительной. А то у нас в последнее время взяли моду считать, что если убийство человеком одной национальности человека другой совершено на бытовой почве, это почему-то «лучше», чем на почве национальной ненависти. Рейдерство спецслужб, силой захватывающих все новые и новые бизнесы, националистическая риторика властей, вдохновляющая низовых экстремистов на всё новые и новые выходки, отсутствие внятной политики по отношению к кавказским народам, которые, увы, большинство россиян по-прежнему не считают органичной частью единого российского народа—все это фон, на котором происходит взрыв пассажирского поезда между двумя столицами.

Вот почему в расследовании подобных терактов принципиально важно устанавливать истину, какой бы неприятной для власти она ни была. А заметание «следов», как и гадание на них, опасны для государственной стабильности и прочности самой власти. Ложь гораздо более сильное взрывное устройство, чем правда.