Пейс-контроль

Нападение на синагогу в Москве подтвердило лишь одну вещь: евреем в России по-прежнему может стать каждый. В стране продолжает действовать «пейс-контроль», то есть бьют не по паспорту, а по морде. Сейчас мы живем между двумя фашизмами: мнимым, угроза которого нагнетается властью для демонстрации собственной безальтернативности, и подлинным, являющимся частью неизжитого имперского сознания страны, веками существующей в почти беспросветном авторитаризме.

Ксенофобия в России — прямое следствие отсутствия важнейших атрибутов демократического государства. Прежде всего гражданского общества.

Бытовая народная мораль и государственная идеология в стране веками сходятся только в одной точке: в точке поиска внешних виноватых во внутренних бедах. Отсюда вечное деление на «своих» и «чужих» и боязнь-ненависть к этим «чужим». То есть ксенофобия.

Когда говорят, что Россия — традиционно многонациональное и многоконфессиональное государство, это несомненная правда. Но уж точно не меньшая доля правды есть в том, что Россия — страна с вековыми традициями ксенофобии, укорененными в сознании как правящих элит, так и народных масс. Что в царской России, что в сегодняшней путинской скрытой или явной ненавистью к «чужим» пронизаны все силовые структуры. Про недопустимость выражения «лица кавказской национальности» в устах представителей правоохранительных (на самом деле в России всегда просто «охранительных») органов уже даже писать стыдно: чувствуешь себя дятлом, пытающимся выдолбить дупло в бетонной стене.

Российская империя всегда развивалась экстенсивно, приращением территорий. Присоединением «чужих». И не все «чужие» становились своими. Нападение на синагогу вызывает чуть более острую реакцию лишь потому, что за российской историей тянется шлейф еврейских погромов, почти поголовный антисемитизм советской правящей элиты, активное обсуждение «еврейского вопроса» в литературе и философии — от Розанова и Бердяева до Солженицына. Но, по сути, каждый милицейский погром «кавказцев» на очередном рынке или порожденная почти двухсотлетними не слишком успешными попытками приручить Чечню «чеченофобия»— это тот фон, на котором развивается (или, точнее, не развивается) российская государственность.

В официальной советской идеологии была, пожалуй, только одна правильная «фишка» — идея дружбы народов. Понятно, что предпринималась сугубо идеологическая и во многом фиктивная попытка силой превратить разношерстное, разнородное население империи в «новую историческую общность» — советский народ. Но все эти фонтаны дружбы народов на ВДНХ, концерты в честь очередной годовщины образования СССР с участием национальных ансамблей в национальных же костюмах союзных республик должны были хотя бы познакомить друг с другом народы, населявшие гигантскую страну.

Дружба народов в мире едва ли возможна. Хотя бы потому, что в каждом народе, покуда он существует, сильна генетическая память. Трудно себе представить, как смогут дружить «народами» евреи и палестинцы, армяне и азербайджанцы, даже французы и англичане. Но демократия, суть которой абсолютный приоритет прав человека над правами государства или нации, позволяет формировать в обществе единственно цивилизованное отношение к представителю другого народа — терпимость и уважение. Потому что любой человек, которого ты видишь, с которым разговариваешь, — твой соотечественник или гость твоей страны, а уже потом еврей, чеченец или русский.

Разумеется, у государства есть рычаги борьбы с ксенофобией. Но даже если убийства скинхедами иностранцев наконец будут трактоваться по более жесткой «политической» статье, а не проходить как «хулиганка», если в России наконец начнут реально бороться националистическими подстрекающими к межнациональной розни изданиями, которых и сейчас пруд пруди, само по себе это не приведет к изменению сознания людей.

Ксенофобию государство не может победить без помощи общества. А общество в России — пока лишь часть сочиненной политтехнологами вертикали власти.

Поэтому разыгрывать нехитрую политическую комбинацию «голосуйте за нынешнюю власть, иначе придут фашисты» бессмысленно. В некоторым смысле «фашисты» не просто уже давно пришли к власти, а из нее и не уходили. Только солидарная работа государства, адекватно карающего за преступления на национальной почве, и граждан, внутренней работой над собой, собственным умом доходящих до той очевидной истины, что ненависть по национальному признаку — однозначное недопустимое варварство, могут излечить Россию от ксенофобии.

А демократия нужна лишь для того, чтобы люди ощутили себя ответственными гражданами.