Очень своевременная хитрость

МВФ начинает предписывать как антикризисное средство инфляцию – именно то, за что недавно наказывал

Измученное антикризисной терапией и одновременно запуганное перспективой ее свертывания, человечество получило спасительный совет: инфляция – вот лекарство от всех проблем. Таков плод размышлений главного экономиста МВФ Оливье Бланшара.

Этот сенсационный вывод, который Бланшар с группой сподвижников обнародовал в докладе «Переосмысление макроэкономической политики (Rethinking macroeconomic policy), – скорее своевременный, чем оригинальный.

Не бояться инфляции советовал еще Кейнс в депрессивные 1930-е. К 1970 годам кейнсова инфляция превратилась во всеобщее наказание и была мало-помалу удушена сначала в богатых странах, а потом и в тех из небогатых, которые хотели расти быстро.

Клятва бороться с инфляцией была одним из базовых условий, под которые Международный валютный фонд выдавал правительствам кредиты. В этом и пикантность нынешней ситуации. МВФ начинает предписывать именно то, за что недавно наказывал.

Сами по себе рассуждения о том, что инфляция — по сравнению с хозяйственным спадом — меньшее зло, и так сейчас звучат все громче. Но впервые это провозглашает главный знаток экономики из главной мировой экономической организации. Да еще подводит под это теоретическую базу, которой так не хватало инфляционистам всего мира.

Формально говоря, изложенный Бланшаром проект новых наставлений МВФ вовсе не призывает разгонять инфляцию без предела. Просто нынешний двухпроцентный стандарт он советует заменить четырехпроцентным.

Ведь если случается кризис, размышляет г-н Бланшар, то надо увеличивать доступность денег и снижать ставку по кредитам. Но когда инфляция маленькая, то и учетная ставка маленькая. Опустишь ее на пару-тройку процентов, и она уже на нуле. И дальше ехать некуда. А вот если инфляция будет хотя бы процента четыре, то нормальная учетная ставка при этом 6–7%. Понадобится, так можно снижать и снижать. Будет где разгуляться.

Главный экономист МВФ и его соавторы не берут на себя труд доказать, почему снижение ставки на 6% принесет принципиально больше пользы, чем снижение ее на 3%, себя не шибко-то оправдавшее. И не приведет ли резкое уменьшение ставки на фоне внушительной инфляции лишь к дальнейшему разгону инфляции. Не говоря уже о том, что

«контролируемая» инфляция, разгоняемая до неких якобы разумных пределов, никогда в этих пределах не удерживается. Уж это-то мы знаем по собственному опыту последних двадцати лет.

Формально бланшаров доклад – это невинные размышления о будущем, о том, как удобнее все устроить, чтобы легко и приятно переносить какие-то следующие кризисы. Но он с редкой точностью попадает в масть именно сейчас, потому что удивительно созвучен всему тому, что руководители богатых экономик очень хотят делать, но не очень хотят произносить вслух.

Ведь на нынешний кризис можно смотреть двояко.

Если держаться точки зрения, что бесплатных завтраков не бывает, то в кризисе придется видеть естественную расплату за бум предыдущих лет. За то, что искусственно подхлестывали рост, поощряли неудачные инвестиции и усиливали диспропорции в экономике. За то, что жили в долг и потребляли больше, чем производили. Исправление всего этого просто не может осуществиться незаметно и безболезненно.

У нас, собственно, происходило то же самое, но доклад Бланшара адресован не российскому начальству, а начальству западному, которое, как и наше, глубоко верит в возможность бесплатных завтраков и категорически не согласно сталкиваться с последствиями собственных вчерашних ошибок.

И поэтому публично обещает своим народам только приятное – что кризис пройдет без крупного хозяйственного спада, без серьезного роста безработицы и без снижения реальных доходов. И ради этого идет на хитрости – печатает и раздает деньги, снижает ставки, залезает в долги.

Чем дольше применяются эти антикризисные меры, тем дороже они обходятся, но тем страшнее их прекратить. Ведь это значит вернуться к исходной точке и начать-таки преодолевать кризис по-честному.

И тут такое счастье. С вершин МВФ раздается авторитетный совет: эти ваши антикризисные мероприятия совсем не обязательно отменять. Они еще более правильные, чем вы сами думали. Их можно переименовать в мудрую, научно обоснованную, постоянно действующую политику. А те, кто помнят, что ее однажды уже проходили и выкинули как провальную, те уже почти все вымерли. Тем более что провальность ее станет ясной еще когда-нибудь, а политическую пользу она начнет приносить немедленно.

Честное слово насчет стабильности зарплат станет легко сдержать. В номинальном выражении они не снизятся. По реальному счету, конечно, упадут, на то и инфляция, но ведь это будет почти незаметно. Бланшар так и пишет в докладе: что 2%, что 4%, разница в быту почти неощутима. Ему виднее, он ученый. Напрямую обманывать трудящихся неудобно, а так – вполне.

А если реальная зарплата станет ниже, то безработица получит шанс стать меньше. Конечно не из-за бланшаровых манипуляций над учетными ставками, а просто потому, что удешевление труда часто увеличивает число рабочих мест.

И главный приз. Инфляция обесценит государственные долги. Президент США за три кризисных года планирует увеличить госдолг Америки в полтора раза, с $10 трлн в 2008-м до примерно $15 трлн в 2011-м, и при всем своем красноречии категорически не способен объяснить, каким способом он собирается их возвращать.

Не налоги же поднимать? Это неполиткорректно.

А способ-то под рукой. Зачем возвращать, когда можно обесценить? Пусть убытки лягут на тех, кто одолжил этому государству деньги. Чтобы реальный размер госдолга обратно уменьшился в полтора раза, понадобится десять лет четырехпроцентной инфляции. Неплохо, но нестерпимо медленно. При шестипроцентной инфляции (которую многие эксперты считают вполне реальной перспективой) на это потребуется семь лет. Уже лучше, но тоже многовато. Зато при десятипроцентной инфляции – всего четыре года. А что в ней невозможного? В 70-е годы как раз такая и была.

Правда, была недолго. Слишком уж много оказалось побочных последствий. И в конце концов пришлось-таки решать проблемы по-настоящему, даже и смирившись с хозяйственным спадом. Но ведь до этого надо еще дожить. А на нынешней стадии глобального кризиса вера в то, что завтрак можно сделать бесплатным с помощью научно обоснованной ловкости рук, переживает пышный расцвет.