Шестилетка распила

Чтобы избежать экономических неприятностей, избранному президенту следует не раздувать, а урезать военно-охранительные траты

Предстоящее шестилетие анонсировано Путиным как эпоха великих свершений. Похоже, так оно и будет. По крайней мере, на словах.

Уже первая половина нового президентства будет ознаменована обгоном такой могучей державы, как Германия. Об этом Владимир Путин тактично, но внятно предупредил немцев в своей прощальной премьерской речи в Госдуме: «В ближайшие два-три года Россия войдет в число пяти крупнейших экономик мира по паритету покупательной способности…» На сегодня пятая крупнейшая экономика мира — это как раз немецкая. Пусть, значит, готовятся освобождать место.

Правда, в той же фразе, в придаточном предложении, Путин дополнительно сообщил еще одну интересную вещь: «При этом мы все еще уступаем самым развитым экономикам по производительности труда в три-четыре раза». Выглядит правдоподобно. Но если втрое-вчетверо уступать Германии по производительности труда, т. е. по производству ВВП на одного работающего, то при численности работающих у них и у нас соответственно 40 млн и 70 млн окажется, что величина российской экономики вдвое меньше немецкой. И как же тогда быть с пятым местом? А очень просто.

Смело меняя методики подсчета, наша статистическая служба за последние годы сумела резко поднять величину российского ВВП (по паритету покупательной способности). Еще несколько расчетных манипуляций, и Германия действительно останется за флагом. Не в жизни, конечно, а только в статистической таблице. Но ведь статистика, как и политика, это искусство возможного, не больше.

В этой заявке на статистический обгон Германии содержится ключ ко всем другим триумфам предстоящего президентства. Вот, например, не всеми замеченный пассаж из той же путинской речи: «По всей России нам предстоит… за предстоящее десятилетие построить порядка 120 тыс. км федеральных и региональных дорог по принятому в мире однополосному исчислению».

Маленькая хитрость, и мы уже превратились в страну пусть и не грандиозного, но довольно серьезного дорожного строительства. На самом-то деле «принятое в мире однополосное исчисление» используется для определения сопоставимых цен строительства дорог, а вовсе не для измерения протяженности дорожной сети.

Но смелое обращение с терминологией дает хороший эффект. В прошлом году в России были введены в эксплуатацию микроскопические 233 км федеральных дорог. Однако по однополосному счету, включающему не только каждую полосу отдельно, но еще и уширения, съезды развязок, укрепительные полосы и т. п., выходит 1441 км. Понятно, что не Китай с его ежегодно возводимыми несколькими десятками тысяч километров одних только многополосных автострад, но хоть что-то. Тут главное при сравнениях отвлечь внимание от полосности.

А если еще и напрячься и начать строить пару тысяч километров федеральных и местных дорог и дорожек в год, то эти смехотворные цифры преобразуются в отчетах как раз в те ежегодные 12 тыс. км условных «однополосных» дорог, которые обещал Путин.

Вот из таких статистических фикций, терминологических подтасовок и отчетных красот и сложится экономическое чудо шестилетки. За ее словесное оформление можно не беспокоиться. Все уже налажено.

Теперь о деловой стороне того же шестилетия. Тут тоже мало сложного, хотя картина будет совсем другая.

Управленческая машина, построенная за предыдущие 12 лет, умеет только одно — выкачивать из экономики деньги, особенно нефтедоллары. А потом их делить. На этом список ее навыков и умений и заканчивается. Что-нибудь организовать она не способна. А если и способна, то только за цену, десятикратно превышающую нормальную. Возьмите смету того же дорожного строительства, или сочинской Олимпиады, или любого другого ее проекта.

Не надо поэтому желать, чтобы это чиновничье воинство и в самом деле взялось выполнять путинские обещания — учреждать высококачественные рабочие места, сооружать новую экономику, возрождать Сибирь, поднимать с колен Дальний Восток и т. п. Незачем все это. Пусть спокойно трезвонят о прогрессивных реформах и сидят смирно. А то одно расстройство получится. Самое лучшее, на что они хотя бы теоретически способны, и то из-под палки, так это просто уйти из какой-нибудь сферы своего ведения. Уйти и не возвращаться. В прошлом году, например, приостановили техосмотр. А ведь можно и совсем его отменить. И не только его. Такое не исключено. Но вряд ли прямо сейчас. А пока этого не случилось,

реальная экономическая и социальная политика шестилетки будет просто политикой сбора и последующего раздела бюджетных денег. И очень вероятно, что именно на этой сцене разыграются нешуточные драмы.

Что такое федеральный бюджет? В прошедшем году в округленных цифрах это почти 11 трлн рублей расходов. Расходы эти делятся на четыре части. Во-первых, военно-охранительные траты (без малого 3 трлн рублей). Во-вторых, субсидия Пенсионному фонду (больше 2 трлн). В-третьих, все виды субсидий и дотаций регионам (неполные 2 трлн). И, в-четвертых, все остальное (около 4 трлн рублей).

То есть на первые три позиции сейчас приходятся две трети расходов бюджета. А на «все остальное» — треть. А это образование, медицина, ЖКХ, культура, те же дороги и другое общественно полезное строительство и прочее, и прочее. Некоторая несбалансированность видна сразу.

Но это сейчас. А к 2014 году доля военно-охранительных трат (армия, ВПК, госбезопасность, МВД, суды и т. д.) вырастет в абсолютном выражении почти в полтора раза, а в относительном — с нынешних 25% федеральных расходов до 31%. Этот боевой скачок многократно и клятвенно обещан обоими нашими сменяющими друг друга президентами. И деньги уже заранее разделены между лоббистами.

Субсидия Пенсионному фонду тоже будет расти, хотя и не так стремительно. Потому что пенсии придется индексировать по инфляции (иначе поднимется буря), ставки страховых взносов поднять нельзя (поднимется буря), а сократить число получателей пенсий нельзя и подавно (поднимется цунами).

Власти, конечно, будут безостановочно жужжать об очередной «пенсионной реформе», но реально отобрать деньги у пенсионеров не рискнут, не такие они у нас отважные.

Что же до денег, прямо или косвенно направляемых в регионы, то их тоже не урежешь. Не исключено, придется даже поэтапно передавать их туда вместе с доходными источниками. Регионы, крепко прижатые в начале нулевых и поставленные тогда в безысходную зависимость от федеральных денежных даяний, сейчас оживают и готовятся к бюджетному реваншу. Федеральный центр уже начал перед ними отступать и вряд ли сможет остановиться.

Иными словами, три вышеперечисленные расходные позиции где-то к середине путинской шестилетки поднимутся суммарно с двух третей бюджетных трат до добрых трех четвертей, оставив на «все остальное» только четвертушку. На то, чем в благоустроенной стране главным образом и занимается центральная власть, денег почти не останется.

А это уже не просто кризис государственного бюджета. Это кризис государственной политики. Притом рождаемый не какими-то гипотетическими будущими пертурбациями, а одним только добросовестным исполнением тех казенных затратных решений, которые уже приняты.

Разумеется, до этого кризиса можно и не доводить. Простейший способ — не раздувать военно-охранительные траты, а, наоборот, урезать. Взять обещания обратно. Лоббистам ВПК, сколько ни дашь, будет мало, а с китайской мощью все равно не посоревнуешься.

В сущности, исполнить этот бюджетный маневр даже проще, чем возвести чудо-мост под Владивостоком или чудо-башню над Петербургом. Не надо ведь ничего организовывать. Достаточно будет слова президента. Но

если Путин останется прежним Путиным, он такого слова не скажет, пока кризис не грянет по-настоящему — бюджетный ли, нефтяной или какой другой.

Поэтому наступающая шестилетка будет, видимо, состоять из двух этапов — застойного, хотя и преподносимого как расцвет, до кризиса и совершенно непредсказуемого после него. Поэтому остается тревожиться только об одном: успеем ли до кризиса вышибить Германию с пятого места или так и останемся на шестом.