Три по цене одного

О девальвации профессионализма и образования

Журналист, педагог

Когда-то, еще в пору наивной юности, я зарегистрировалась на одном из сайтов для поиска работы. Как водится, загрузила резюме и стала ждать. Ничего там не дождалась, все как-то иначе устроилось. А уведомления с сайта приходят до сих пор. И я все никак не могу отписаться. Рука не поднимается. Потому что объявления там – это своеобразный маркер. Получаешь, например, предложение стать редактором какого-нибудь научно-технического издания в Петербурге за 23 тысячи рублей и сразу как-то, знаете, все про все понимаешь.

Последние рассылки этого сайта тоже иллюстрируют весьма интересную тенденцию. Тенденцию девальвации профессионализма. Кого сейчас ищут? То веб-дизайнера, SMM-менеджера и копирайтера в одном лице, то маркетолога и контент-менеджера в одном флаконе, то журналиста, готового не только писать, но и верстать, то библиотекаря и одновременно воспитателя. Всем нужны специалисты широкого профиля, универсальные солдаты, чтоб и швец, жнец и на дуде игрец. А то, что это не остается одними только бесплодными мечтами нанимателей, я вижу в реальности. Кто-то совмещает работу логопеда и социального педагога, кто-то УЗИста и... завхоза, кто-то в каком-нибудь ЖЭКе один закрывает ставки электрика, сантехника и дворника.

Да и сама я вот – журналист и педагог. А в школе еще и не по одному профилю работаю – веду и уроки, и кружки, причем как в начальной, так и в основной школе. А нынешняя инклюзия еще предполагает, что я должна быть не только педагогом, но и дефектологом (это примерно как если бы стоматолог был бы еще и кардиологом: и тот, и другой – врачи же). Когда меня спрашивают, как я все успеваю, я лишь пожимаю плечами: я и не успеваю. Не успеваю отдыхать и восстанавливать силы, не успеваю вести быт, не успеваю заниматься с собственными детьми.

С точки зрения качества работы, такие совмещения, понятно, тоже не очень хороши. Если один человек выполняет работу за троих, он ведь не работает 120 часов в неделю. Это физически невозможно. Максимум он за каждого делает половину работы. При этом, если углубиться в какие-нибудь нормы, то окажется, что ЖЭКу явно недостаточно сантехника, работающего на полставки, скорее штат предусматривает вообще две, а то и три ставки по одному профилю. И простой здравый смысл подсказывает, что школе, например, явно не хватает одного соцпедагога, да еще и отвлекающегося на логопедические занятия. Контингент проблемных детей в среднестатистической школе таков, что нужны целые социальные службы. И лавина проблем накатывает на совместителей, не спрашивая, что написано в их трудовом договоре. Соцпедагог не может отработать ситуацию по одному трудному подростку и не помочь другому, сантехник не может наполовину починить батарею, а я не могу выпускать школьную газету объемом в две полосы. Хотя если судить по задокументированной нагрузке и прописанной оплате, именно так все мы и должны поступать.

Как быть? Личные ресурсы тоже не безграничны. Можно пожертвовать отдыхом (до поры до времени, потом организм взбунтуется), но нельзя пожертвовать сном. В ход идет оптимизация. Если содержание школьной газеты я упростить не могу и не могу, соответственно, сократить время на работу с детьми над текстами (это для меня совсем уж больно, потому что в работе с детьми вообще-то весь смысл и заключается), то в вопросах формы я не могу позволить себе быть слишком уж щепетильной – а это значит самая простая верстка, никаких выкрутасов, а иногда, по запарке, что-то и вовсе кривовато может выйти. Да, многие (практически никто) этих кривоватостей не видят и не понимают моих печалей, не понимают, чего я сокрушаюсь каждый раз и повторяю, что так работать нельзя, что такие вещи не может делать один человек на неполной ставке, что нужна целая команда. Газета же выходит? Выходит. А помимо газеты, еще и уроки ведутся? Ведутся. И еще кружки в первых классах? И еще они, да. Ну и нормально!

Так кажется со стороны. Если что-то существует, значит, оно не только возможно, но и желательно. Все действительное разумно. Знаете, к чему это приводит? К обесцениванию труда. К обесцениванию профессионализма. Окружающие вдруг начинают думать, что раз человек столько всего успевает и делает (да еще и за весьма скромное вознаграждение), то это все какая-то ерунда, ничего особенного, любой справится и что это ничего в сущности не стоит.

И доходит до абсурда. «Да что они такого делают? – недоумевает обыватель, имея в виду педагогов, врачей, журналистов, дизайнеров, социальных работников и многих, многих других. «Да за что, – вопрошает он, – им вообще платить?» Учителя, известное дело, шпарят только по готовым методичкам, так можно и десять уроков подряд отвести. Врачи лечат всех по одному шаблону, а еще они равнодушные какие-то. Журналисты - вообще паразиты, много ли труда языком чесать! Чтобы стать дизайнером, довольно посмотреть пары роликов на Ютубе. Ну и так далее. Причем – вот еще парадокс! – с одной стороны обесценивание предполагает как бы бессмысленность профессии, а с другой – порождает какое-то незамутненное потребительство.

Ко мне постоянно кто-нибудь обращается с просьбами «набросать» или отредактировать какой-нибудь «текстик»: поздравление, рекламную заметку, стихи, эссе. Нет, денег не предлагают – напротив, очень обижаются, если я говорю, что такая работа не может быть бесплатной.

Это ведь сущая ерунда! Ну вот тогда возьмите и помогите себе сами. «Но у вас же образование», – удивляются товарищи с незамутненным сознанием. «Вот именно, – говорю, – образование. И оно тоже чего-то да стоит». И уходят просители совсем обескураженные. Потому что образование тоже давно обесценилось.

Очень многие понимают образование как «корочки». А «корочки» – это что-то вроде бонусной карты: воспользовался сам на кассе в супермаркете, поделился с соседом по очереди. Жалко, что ли? Карта стоит три копейки, просто карты у всех разные: кто-то чаще закупается в магазине «Ромашка», а кто-то – в магазине «Василек». Но случается, привычный порядок нарушается, покупателя «Ромашки» судьба забрасывает в «Василек», и тогда кто-нибудь его выручает из очереди. Не убудет же.

Откуда дровишки, в общем, понятно. Сейчас огромное множество быстрых курсов, на которых можно выучиться чему угодно и кому угодно. Даже не выучиться, курсы просто оплачиваются, а предлагаемые пособия можно не читать, видео не смотреть: итоговый тест легко проходится с помощью Гугла. Повсюду тренинги, вебинары, онлайн-лекции, бойкая торговля какими-то сертификатами. В соцсетях народ уже давно перестал общаться, все друг друга «обучают», все друг с другом обмениваются «дипломами».

Вот только образование - это не карта лояльности и не покупка сертификатов в непонятной сетевой лавочке. Настоящее образование совсем не отменяет времени и труда, необходимого для создания чего-то нового. И само образование – тоже труд. Причем труд этот не заканчивается с получением диплома. Это вроде бы очевидно, но приходится объяснять. Но лучше, право, этого не делать. Потому что в ответ только новое недоумение. Или вовсе развивается какой-то шизофренический диалог.

– А на кой черт тогда, – спрашивают – оно нужно?
– Эмм... Образование-то? Может, для того, чтобы делать свою работу хорошо? Профессионально. Со знанием дела.
– А хорошо – это как? А профессионализм – это что такое? Нет, вы уж объясните. Не юлите. Вы куда? Что значит, у вас нет времени на глупости? Какая такая у вас работа? Да вы хамка! Хамка и дура, вот!

Ладно, может, и дура. Хоть горшком назовите. Только дважды два все-таки равняется четырем. И один не может без потерь заменить троих.

Универсализм – это прекрасно. Получение знания и опыта в смежных профессиях всегда углубляет знания по основному профилю. Но только не в случае работы на износ. И истинный универсализм не имеет ничего общего с дилетантизмом, и он не покупается по цене рубль за пучок.

Загрузка