Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Расклады

Иллюстрация: CI

Свобода на дому

Реально слабая, непонятно даже, на что и зачем нужная, «маленькая власть» берет именно что нахрапом

Алексей Рощин

Чтобы успешно защищать свои права, гражданам надо научиться солидарности.

Недавно в «Газете.Ru» было опубликовано очень показательное письмо. На первый взгляд, впрочем, в нем не было ничего особенного, обычная жалоба на произвол властей. Необычен был микроскопический масштаб всего дела. Речь шла о конфликте с правлением ТСЖ, то есть товариществом собственников жилья, буквально месяц как организованном в многоквартирном доме-многоэтажке, где проживал автор письма.

Вкратце изложим суть конфликта. Человек спокойно жил в большой, 600-квартирной многоэтажке и среди прочих благ цивилизации наслаждался персональным входом в интернет по «выделенке». За него он исправно платил своему провайдеру, претензий к нему не имел и наивно полагал, что так будет всегда. Тем временем по указке сверху — а как же еще? — доселе совершенно аморфная совокупность жильцов данного дома была преобразована в товарищество собственников жилья. В соответствии с законом в доме — совершенно, впрочем, незаметно для автора письма, погруженного в собственные важные дела, — было проведено собрание собственников и избрано правление. Новая домовая власть, вступив в права, быстро выяснила, что теперь она вправе собирать дань со всех сторонних организаций, использующих домовые технические зоны — чердаки, подвалы, лестницы и т.п. Недолго думая, правление ТСЖ потребовало от провайдера перезаключить договор «О праве пользования нежилыми помещениями в доме», существенно повысив при этом плату за это самое пользование. Провайдер отказался от предлагаемых условий. Неприятные слухи дошли до нашего пользователя. Обеспокоенный, он кинулся в правление, чтобы поинтересоваться: что же будет, если с 1 августа соглашение не будет достигнуто? Ему со смехом, на родном русском отвечали: а ничего! Пойдем на чердак и выдернем эти провода на …!

«Но мне же нужен интернет!» — ныл несчастный жилец. Новоявленные швондеры глумливо отвечали: а у нас нет интернета — и ничего, живем себе, не тужим! Телевизор смотрим, как все люди. А тебе зачем? Ты кто такой — тут права качать?

Письмо просто пропитано чувствами отчаяния, беспомощности и бессильного гнева. И впрямь: какое-то доселе совершенно неведомое правление этак походя решает, иметь ему у себя дома интернет или не иметь… И ничего нельзя сделать! Читатель так и пишет: мол, конечно, все понимаю: этим невесть откуда взявшимся «хозяевам» передано законом право распоряжения нежилыми помещениями: в доме 600 квартир, а таких же, как он, пользователей сетью выделенного доступа — всего 72 квартиры.

Зафиксируем этот момент: человек на наших глазах впадает в привычное оцепенение перед властью: маленькой, микроскопической — но все же властью!

Она и ведет себя совершенно привычно: во-первых, она ни в грош не ставит личные желания и стремления своего «подданного»; во-вторых, она тут же начинает деловито копошиться у него в кармане: ясно ведь, что сбор дани с провайдера услуг — не что иное, как классический косвенный налог на «собственника жилья». Даже если стороны придут к консенсусу, за него, очевидно, заплатит как раз читатель: ведь провайдер не преминет поднять расценки за трафик, компенсируя увеличившиеся расходы! И наконец, в-третьих, эта «маленькая власть» даже не пытается быть любезной, особо и не скрывая, что при любом исходе дела намерена просто и без затей вытереть ноги о человека.

Ситуацию можно рассматривать как типичную: в сущности, любой из нас может в ближайшем будущем оказаться на месте автора письма.

Как реагировать? Можно вспомнить привычную мантру о «неготовности России к демократии», о «непродуманных экспериментах «реформаторов»», о том, какой черт вообще придумал эти товарищества — жили же без них, и ничего! По крайней мере, никто не лез обрезать НАШ интернет на чердак. Но рассмотрим ситуацию как электоральную.

Главная беда нашего читателя — что он воспринимает конфликт как только лишь свое личное противостояние. Есть он, маленький жилец одной маленькой квартиры, и есть власть, представляющая совокупность огромного числа, по всей видимости, враждебных (или равнодушных) жильцов целых 600 (!) квартир. Просто Евгений и Медный всадник!

На деле же все не так. Автор письма сам проговорился: таких, как он, страдальцев — целых 72 квартиры. Все они под угрозой отключения интернета! Все, того и гляди, падут жертвой произвола! Довольно много и подробно написано о правлении — и почти ничего о «товарищах по несчастью». Они ему то ли неинтересны, то ли он их вообще не принимает в расчет. «Всего 72 квартиры», — пишет он. Однако 72 от 600 — это аккурат 12%. По всем политтехнологическим меркам — цифра очень значительная.

Ни один политтехнолог, играя на выборах, никогда не позволит себе пренебречь группой избирателей, сплоченных неким общим интересом и составляющих 12% совокупной выборки.

Главная беда отечественного избирателя — полнейшее неумение и нежелание объединяться по горизонтали. С такими же, как он, «товарищами», имеющими хотя бы один общий для всех интерес. Читатель жалуется в газету как в последнюю инстанцию — и не понимает, не видит в упор совершенно явных возможностей не для жалоб, а для борьбы! Причем борьбы успешной. Настолько велик страх перед невесть откуда взявшимися царьками и настолько слаб главный навык избирателя — солидарность. Задумаемся, а что представляет из себя этот самый домком? Может быть, он потому так нагл и нахрапист, что его позиции прочны и незыблемы, а поддержка как «избирателей», так и вышестоящих, не вызывает никаких сомнений?

Да нет же! С точки зрения политтехнолога, власть домкома слаба, как карточный домик. Дунь — упадет. Никакой реальной поддержкой «в массах» он не пользуется: его избрание полностью зависит от общего собрания. Явка будет низкой: чем ниже явка, тем больше будет доля на cобрании нашей сплоченной группы интернетчиков. Идеальные условия — даже не столько для сопротивления, сколько для смешения правления! И ждать ничего не нужно: право созыва внеочередного собрания у интернетчиков имеется по определению — как у обладателей более чем 10% голосов.

Выходит, что реально слабая, непонятно даже, на что и зачем нужная «маленькая власть» берет именно что нахрапом.

Не без оснований рассчитывая, по какой-то своей генетической русской природе, на полную безропотность «паствы» и на то, что всех недовольных удастся без проблем передавить поодиночке. И ведь так и выходит! Вместо борьбы, вместо объединения вокруг совершенно ясного и понятного «интереса» читатель в отчаянии бежит жаловаться. Хотя, наверно, и сам понимает: ну чем в такой ситуации может помочь газета? Нам всем придется усиленно учиться солидарности, учиться объединяться «по горизонтали». Только в таком случае мы сможем отстаивать свои права — и не только на интернет…

Автор — эксперт Центра политических технологий.