Слушать новости
Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Полемика

Фото: CI

Вышки заблуждения

К печальному итогу налогового эксперимента страна пришла в невероятно благоприятных условиях

Алексей Мельников

Налоговые льготы нельзя считать адекватной заменой соглашениям о разделе продукции.

Основные акционеры «Сахалина 2» — «Шелл», «Митцуи» и «Митцубиси» — объявили, что начнут переговоры о передаче «Газпрому» контрольного пакета проекта, ожидая, как говорят эксперты, ослабления экологического давления. Это можно считать первым успехом атаки на пересмотр режима СРП. «Газета.Ru-Комментарии» представляет взгляд на природу и последствия атаки на СРП одного их разработчиков законодательства о разделе продукции.

Очередная кампания против соглашений о разделе продукции (СРП) вновь породила у инвесторов и экспертного сообщества пессимистические настроения относительно перспективности этого вида отношений государства и нефтегазовых компаний в России. Трудно быть оптимистом, наблюдая за трёхмесячной бессовестной дискредитацией проекта «Сахалин-2». Какова, однако, альтернатива СРП в нашей стране?

Преимущество СРП в том, что этот инвестиционный режим обеспечивает «индивидуальный подход» к разработке совершенно не похожих друг на друга месторождений. В основе своей это даже не налоговый режим, а особый, фактически арендный механизм изъятия собственником недр — государством — причитающихся ему платежей за право пользования недрами. Казалось бы, государство должно быть, как никто, заинтересовано в том, чтобы инвестор платил ему справедливую цену за пользование этим специфическим государственным имуществом. Понятно, что цена должна быть различной в зависимости от сложности разработки того или иного месторождения. При СРП государство с помощью двухступенчатого механизма — роялти (платежа с оборота — с совокупного дохода) и скользящей шкалы раздела продукции — максимизирует собственные доходы. Конечно же, не подрывая рентабельности проекта в целом, его выгодности для частной компании, которая и ведёт разработку месторождения за свой счёт и на свой риск. Стабильность в данном случае достигается не только благодаря самонастраивающейся экономической модели, но и из-за особой правовой формы — гражданского контракта, который позволяет оградить проект от неблагоприятных изменений законодательства.

Этой системе с 2002 года была противопоставлена другая, налоговая, основанная на уравнительном подходе ко всем месторождениям, которая «причесала» все проекты «под одну гребёнку».

Вместо дифференцированного по разным месторождениям роялти были введены: единый для всех налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ), единый налог на прибыль и экспортная пошлина. Система была в состоянии воспринимать лишь учёт колебаний цен на мировых рынках. Вот такая была предложена альтернатива СРП — налоговая грубость против тонкого учета особенностей конкретных проектов.

Каковы же итоги этого грандиозного фискального эксперимента, начатого правительством 5 лет назад? Альтернативная СРП налоговая система потерпела очевидное фиаско на месторождениях с выработанными запасами, затраты на извлечение которых выше, чем затраты на эксплуатацию «средних» месторождений и новых месторождений (в том числе и на шельфе), для которых особенно важна стабильность правовых и фискальных условий, а затраты на освоение намного выше, чем затраты на эксплуатацию месторождений-«середняков». Для нефтегазовой отрасли, особенность которой заключается в постоянном замещении вырабатываемых запасов новыми, это очень плохой результат.

К печальному итогу налогового эксперимента страна пришла в невероятно благоприятных условиях — на фоне резкого роста цен на нефть и быстрого накопления нефтегазовыми компаниями огромных финансовых ресурсов.

Показав неспособность аккуратно собрать причитающиеся ему платежи, государство за последние 5 лет нанесло удар по мелким компаниям и трудным месторождениям, зато создало все условия для частного присвоения дополнительных доходов на лучших месторождениях. Тем самым продолжая подпитывать рост состояний российских богачей, которые в эти годы продолжали, как никогда, успешно штурмовать все новые вершины в списках «Форбс». Как же отреагировало на вызов российское правительство? Реанимацией СРП? Поправками в законодательство, которые вернули бы режим СРП, изуродованный правительством в 2003 году, в рабочее состояние? Ничуть не бывало.

Правительство решило прикрыть пороки негибкого налогового законодательства с помощью налоговых льгот.

С 2007 года они начнут действовать применительно к указанным выше группам нефтяных месторождений с выработанными запасами, сверхвязкой нефтью и новым месторождениям ряда регионов — Республики Саха (Якутия), Иркутской области, Красноярского края. Для новых месторождений будут действовать т. н. налоговые каникулы (т. е. нулевая ставка НДПИ на срок 10–15 лет в зависимости от вида лицензии). МЭРТ предлагает распространить раздачу льгот еще и на шельф. Могут ли эти во многом косметические поправки быть серьёзной альтернативой СРП? Всё-таки нет.

Пусть и в слегка модифицированном виде, система изъятия ренты по-прежнему остаётся уравнительной, не ориентированной на особенности тех или иных месторождений — объектов государственной собственности.

Этот недостаток в рамках принятого начиная с 2002 года направления практической политики носит системный, непоправимый характер. Если до 2007 года политика носила запретительный характер, заставляя останавливать добычу или воздерживаться от инвестиций в новые месторождения, то после введения льгот возникает система «усреднённых» (в этом суть подхода!) стимулов, которые либо окажутся избыточными (что приведёт к потере части доходов собственником недр — государством), либо все равно не достаточными для освоения месторождений.

Что за альтернатива предлагается СРП, можно проиллюстрировать на сравнительном примере. В последнее время немало уничижительного было сказано о ставке роялти по проекту «Сахалин-2». В 1994 году, в эпоху невысоких цен на нефть и газ, когда было подписано СРП по проекту «Сахалин-2», роялти на добычу по этому проекту было установлено на уровне 6%. Сегодня для разработки Штокмановского месторождения «Газпромом» в 2007 году в случае принятия упомянутой выше льготы по НДПИ для разработки шельфовых месторождений ставка налога на 10 лет будет составлять 0%. И это в условиях запредельно высоких цен на нефть и газ! Кроме того, в начале 2006 года была установлена нулевая ставка экспортной пошлины на СПГ (сжиженный природный газ). Видимо, в связи с тем, что в рамках Штокмановского проекта предполагалось строительство завода СПГ. Напомним, что первый в России завод по производству СПГ уже практически построен в рамках проекта «Сахалин-2». Альтернативой СРП выступает система льгот по уплате НДПИ и экспортной пошлины. Рассуждая в терминах, любимых Минфином, реализация новых проектов осуществляется за счет «выпадающих доходов бюджета».

Налоговая система — не конкурент СРП по части стабильности условий реализации капиталоёмких проектов.

Собственно, при подготовке альтернативной СРП системы регулирования о ее стабильности и не говорили. Нет об этом речи и в модифицированном варианте этой системы, дополненной льготами. Поэтому нет никаких гарантий, что через 2–3–4 года государство «не передумает», не захочет в который уже раз изменить правила игры.

Устроенный властями сахалинский скандал лишний раз свидетельствует о том, что даже, казалось бы, более или менее защищенные стабилизационными оговорками проекты могут подвергнуться серьёзному давлению со стороны государства.

С остальными, если что, вообще никто церемониться не станет. Потому и инвестиций в добычу нефти и газа не хватает, несмотря на огромные доходы компаний: велик риск «раскулачивания».

Осознать, что хорошей альтернативы экономическому механизму СРП в России нет, правительство, наверное, могло бы и сегодня. Но относительное финансовое благополучие бюджета и нефтегазовых компаний приводит к своеобразному «ожирению», потере двигательной активности, блаженно-затуманенному взгляду в светлую даль, которая, как представляется потерявшим динамизм мечтателям в казённых учреждениях на набережных Москвы-реки, вечно будет столь же безоблачной, как сегодня. Но в нефтегазовой отрасли, где от начала реализации проектов до первых нефти или газа может пройти 10–15 лет и, следовательно, возможности быстрого реагирования на ситуацию ограничены во времени, подобная маниловщина вряд ли уместна.

Автор--член федерального совета РОДП «Яблоко»