Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Эксперт

Фото: Константин Куцылло

Пакт экономической легитимности. Часть первая

Абсолютно невозможен административный пересмотр итогов приватизации, несмотря на все ее недостатки

Григорий Явлинский

Условность статуса крупной частной собственности является одним из главных препятствий экономического роста.

Шестнадцать лет, прошедшие после крушения системы планового хозяйства, показали, что человеческие, в том числе управленческие, ресурсы нынешней России позволяют ей в исторически очень короткие сроки создавать достаточно крупные и современные по уровню и методам управления рыночные компании-корпорации. При всех дефектах постсоветской российской экономической и политической системы, несмотря на во многом отрицательную роль, которую играло в соответствующих процессах государство, несмотря на ряд других неблагоприятных условий, в России, тем не менее, в массовом порядке возникли и продемонстрировали существенные успехи крупные корпорации. Они доказали свою способность не только выживать в неблагоприятной деловой среде, но и самостоятельно осваивать крупные, в том числе принципиально новые, рынки, а также активно разворачивать зарубежную экономическую деятельность. Другими словами, при всей справедливости высказываемых претензий и опасений в России, тем не менее, реально возник свой собственный крупный капитал. Я имею в виду, конечно, не огромные личные состояния (это еще не капитал), а организации, способные на рыночной основе мобилизовывать и производительно использовать крупные объемы хозяйственных ресурсов.

Факт возникновения крупного капитала в России — не в виде подразделений или дочерних структур иностранных транснациональных корпораций, а на собственной, во многом не зависимой от них основе — почему-то воспринимается как нечто естественное и само собой разумеющееся, хотя на самом деле таковым оно не является. Более того, если исходить не из наивных представлений образца начала 1990-х годов, а из жестких по своему содержанию российских и мировых реалий сегодняшнего дня, то станет очевидным, что

формирование в течение нескольких лет крупного национального капитала представляет собой достаточно неожиданное или, во всяком случае, редкое в мировой практике явление.

Однако все больше складывается впечатление, что крупнейшие российские предприниматели, в том числе и те, кто опирается на административный ресурс, не выказывают стремления и амбиций превратиться в так называемый национальный крупный капитал. Они не стремятся возглавить крупные деловые структуры, которые опирались бы на внутренние ресурсы и производство и которые бы одновременно не были подконтрольны (в том числе в области стратегического планирования и кадровой политики) более крупным международным корпорациям. Наиболее активные предприниматели и высшие менеджеры ориентированы не столько на реализацию своих амбиций посредством развития имеющего прочные корни отечественного бизнеса, сколько на возможно более быстрое личное накопление и престижное потребление, а процесс экономического накопления ассоциируется у них главным образом с приобретением недвижимости и портфельными инвестициями на Западе. Между тем главное условие реального суверенитета, о котором сейчас много говорят, — это, в первую очередь, класс экономически сильных и инициативных людей, связывающих со своей страной надежды на долгосрочную реализацию себя как личностей и как экономических субъектов.

В чем же причина? Думаю, основная причина в том, что работа на перспективу требует значительно более высокой степени общественной и политической легитимности официально признаваемой в России частной собственности, особенно в отношении общественно значимых крупных хозяйственных активов. Хотя, с формальной точки зрения, право частной собственности на все виды хозяйственных активов юридически признано,

степень уязвимости прав крупных собственников значительно выше, чем это приемлемо с точки зрения рисков и условий эффективного функционирования.

Частные собственники крупнейших хозяйственных активов, имеющих общественно-государственную значимость, испытывают действие сильнейших политических и административных ограничений. Все основные общественные институты воспринимают их права собственности как условные и по меньшей мере оспоримые.

Суть проблемы не столько в юридической плоскости, сколько в том, что реальные отношения по поводу владения и распоряжения экономическими активами, их отчуждения и т. д. регулируются не только и не столько формальными нормами права, сколько силой власти, в том числе неофициальной (теневой). Действия властей, как известно, слабо поддаются прогнозированию. В результате возникает мощный фактор неопределенности, являющийся причиной того, что всякая частная собственность на крупные активы воспринимается всеми, в том числе и самими собственниками, как условная, временная. Она не сопровождается признанием права на полное и безусловное распоряжение как самими такими активами, так и результатами их производительного использования.

Отсюда короткие горизонты хозяйственной стратегии и низкая инвестиционная активность; ненормально высокая доля средств, сохраняемых в высоколиквидной форме (с потерей, соответственно, потенциального дохода от их инвестирования); стремление вывести значительную долю подконтрольных активов за пределы национальной юрисдикции и т. д. Растут транзакционные издержки и потери, связанные с защитой своей собственности путем выстраивания сложных схем контроля с иностранным (или псевдоиностранным) участием, а также репутационные потери российского бизнеса за рубежом.

Следствием являются существенные потери России в темпах и качестве экономического роста, перекос всей предпринимательской деятельности в стране в сторону гипертрофированного роста экспортно-сырьевого сектора и спекулятивных операций с финансовыми активами и недвижимостью.

В конечном счете нерешенность вопроса о положении и характере крупной капиталистической частной собственности, низкая степень ее легитимности в глазах власти и общества превратились сегодня в одно из главных препятствий для ускоренного развития экономики.

Если эта проблема будет оставлена без надлежащего внимания со стороны власти и общества, процесс модернизации российской экономики и общества будет фактически блокирован. Развитие, скорее всего, пойдет по пути существования страны в качестве дальней периферии мировой экономики, что, в свою очередь, будет угрожать территориальной целостности и государственному суверенитету. Соответственно, решение проблемы легитимации крупной частной собственности не может быть поручено стихийной естественной эволюции, а требует сознательных мер государства по поиску эффективных решений, которые могли бы быть приняты и поддержаны как бизнес-сообществом, так и населением в целом.

Как решать проблему? На мой взгляд, есть существенные ограничения.

Абсолютно невозможен административный пересмотр итогов приватизации, несмотря на все ее недостатки.

В настоящих условиях такое перераспределение заведомо будет лишено каких бы-то ни было критериев. Могут поменяться лишь фамилии собственников, а не система отношений власти и бизнеса. Не секрет, что помимо бизнеса и государства есть и те, кто считает себя обделенным в процессе распределения бывшей государственной собственности в середине 90-х. Эти люди пытаются использовать свое влияние на президента Путина для того, чтобы административно переделить собственность

Нельзя применять и меры избирательно-репрессивного характера. Это означало бы индивидуализировать проблему. Такой путь — это политика интриг, запугивания, сведения счетов, но отнюдь не решение по существу.
Необходимо, чтобы происходящее вызывало понимание у большинства граждан. В глазах людей приватизация в ее нынешнем виде не легитимна. Население в 1992 году было лишено всего, а уже через пару лет вдруг появились 30-летние миллиардеры. Чтобы укрепить права собственности, нужно показать людям, что государство и бизнес, по крайней мере, стремятся к тому, что правила в этой сфере могут быть ясными и открытыми, публичными, а не результатом очередного кулуарного сговора бизнеса с президентом.

Я предложил бы в качестве пусть и не исчерпывающей, но важной с точки зрения воздействия на общественное сознание меры заключение всеми заинтересованными сторонами — властными структурами, организациями деловых кругов и общественными организациями — своего рода пакетного соглашения о законах, которые могли бы стабилизировать отношения собственности применительно к крупным хозяйственным активам. Тем самым начать формирование в обществе устойчивого представления о нормальности, естественности и справедливости прав и возможностей, вытекающих из статуса юридических собственников.

Несколько аргументов в пользу такого предложения. Естественно-исторический путь постепенного стихийного осознания обществом легитимности существующего распределения собственности является для России неприемлемым в силу слишком длительных временных горизонтов этого процесса.

Опыт постсоветского периода показывает, что проблема легитимации частной собственности, по крайней мере в существующих сегодня условиях, не имеет чисто юридического решения.

В ситуации, когда роль права, роль закона в экономической и, шире, общественной жизни вторична по сравнению с непосредственным властным администрированием и ограничивается регулированием технических либо малозначимых вопросов, даже самое четкое и однозначное прописывание в законодательных актах прав и полномочий частных собственников не будет иметь большого значения.

Когда, с одной стороны, верховная исполнительная власть имеет возможность «продавить» любое решение, а с другой стороны, почти любое такое решение может быть более или менее успешно саботируемо,

единственный способ избежать принятия «мертворожденных» решений — это выработка их на основе компромиссного консенсуса между всеми заинтересованными сторонами и структурами.

Оптимальный инструмент выработки такого компромисса — подготовка широкого политического соглашения между исполнительной властью и всеми остальными «центрами силы» в российском обществе и закрепление его в качестве закона.

(Окончание следует)