Кадровое жертвоприношение

Ни один из уволенных губернаторов не отстранен за провалы в работе или плохую борьбу с кризисом

Массовое снятие губернаторов вряд ли можно признать эффективной мерой борьбы с кризисом. Хотя бы потому, что пока речь идет о сугубо ритуальных жертвах и исключительно виртуальных кадровых переменах.

Дмитрий Медведев впервые после начала кризиса решился обсудить его с нацией в самой доступной для населения форме телебеседы. Президент дал понять главное – за кризис ответят. В частности, некоторые начальники на местах. И только началась рабочая неделя, глава государства тут же совершил первое ритуальное кадровое жертвоприношение. С одной стороны,

еще ни разу после отмены губернаторских выборов не меняли четырех глав регионов в один день.

С другой – ни состав уволенных, ни состав назначенных не свидетельствует о трансформации системы управления страной. Жертвы ритуальны, назначенцы виртуальны — никаких прорывов осчастливленным регионам ждать не следует.

Кто же оказался жертвами? 72-летний экс-секретарь ЦК КПСС и бывший глава Совета федерации орловский губернатор Егор Строев, возглавлявший область еще с советских обкомовских времен и погрязший в коррупционных скандалах. Генерал ФСБ Владимир Кулаков, тихо и незаметно отмотавший один срок на посту губернатора Воронежской области – срок его полномочий истекал 14 марта 2009 года, и его просто не переназначили. Губернатор Псковской области Михаил Кузнецов, бывший член ЛДПР, один из последних избранных губернаторов в стране (декабрь 2004), через несколько месяцев после выборов благоразумно вступивший в «Единую Россию». Наконец, глава Ненецкого автономного округа Валерий Потапенко – он сменил после сфабрикованных путинским Кремлем уголовных дел популярного в регионе главу НАО Алексея Баринова, которого уже после силового снятия с должности освободили прямо в зале суда. Причем

все эти люди уволены с официальной формулировкой «по собственному желанию». Никто не отстранен за провалы в работе или плохую борьбу с кризисом.

Новые назначенцы тоже едва ли могут считаться прорывом в кадровой политике Кремля. Самые известные из них — «сосланный» в Воронежскую область министр сельского хозяйства Алексей Гордеев, за почти 10 лет работы на этом посту прославившийся лишь резкой критикой ВТО и самыми вульгарными формами отраслевого лоббизма, а также 34-летний уроженец Ленинграда Андрей Турчак, который сменит координацию единоросского комсомола — «Молодой гвардии» — на управление Псковской областью. Ни реформаторских способностей, ни талантов крупных хозяйственных руководителей за ними до сих пор не замечено.

Как ритуальный жест «царя» замена наместников, возможно, имеет смысл. Особенно там, где недовольство местной властью уже практически перерастало в массовые акции протеста, как это было в Ингушетии. В данном случае регионы, где произошла единовременная замена губернаторов, не имеют ни межнациональных проблем, ни особых природных ресурсов (за исключением крошечного НАО). Но у людей в других регионах, где, возможно, ситуация еще хуже, может появиться надежда, что Кремль снимет и их начальников.

У самого Кремля есть возможность некоторое время изображать борьбу с кризисом, чуть чаще тасуя колоду назначаемых губернаторов, не давая людям слишком разочароваться деятельностью каждого предыдущего назначенца и тем самым канализируя протесты на местном уровне, чтобы они не выплескивались на верховную власть.

Но такая политика замены явно не принципиальных с точки зрения раскладов в федеральной власти глав регионов не может быть долговременной. Если совершать ритуальные жертвы слишком часто, племя (каковым по модели поведения является наше общество) может привыкнуть к замене местного хозяина с помощью пусть не прямых выборов, но акций протеста. А действовать под диктовку народа означало бы принципиально поменять сущностные установки нынешнего политического режима в России.

К тому же, если кризис будет развиваться, более частые отставки губернаторов вряд ли смогут заменить людям потерю работы и источников к существованию. Тогда уже, по законам самосохранения герметичного авторитарного режима,

может встать вопрос о ритуальном жертвоприношении вождей племени — вплоть до действующих премьера или президента, в зависимости от варианта консенсуса у приближенных к верхушке российской власти.

Иными словами, ритуальные жертвоприношения губернаторов при действующей политической системе либо так и останутся бессмысленными политическими жестами, либо по логике внутреннего развития могут привести к реальной схватке за власть в стране и демонтажу, если не основ нынешнего режима, то, по крайней мере, к отстранению некоторых ключевых фигур. Едва ли президент Медведев, снимая четырех губернаторов не особо важных для общей картины и не самых депрессивных в стране регионов, хотел бы реализации любого из этих двух сценариев.