От редакции

ИТАР-ТАСС

Сумеречное решение

Предвыборные социальные обязательства государства заставляют бизнес вновь уходить в тень

«Газета.Ru»

Возросшая фискальная нагрузка неподъемна для экономики. Власти стоят перед тяжелым выбором — спасать предпринимателей или ублажать кормящихся из бюджета обывателей. Скорее всего, все закончится политическим компромиссом: бизнесу ослабят тягло до выборов, гражданам сократят довольствие сразу после.

Кремлевская администрация и правительство пытаются — и пока безуспешно — решить вопрос о снижении ставки страховых сборов, оказавшейся непосильной для предпринимательства. Вопрос фундаментален. Отменив ЕСН и повысив общую ставку сборов с Фонда оплаты труда до 34%, российские власти пытались одолеть хронический дефицит Пенсионного фонда. Но новый уровень отчисления губителен для деловой активности, причем прежде всего не для сырьевой, а созидательной, где на оплату труда уходит значимая часть затрат. Об этом власти были многократно предупреждены, и все же решение было принято. Теперь его фактически надо отменять.

Это вопрос не просто фундаментальный, он еще и политический. Наши руководители решали благородную вроде бы задачу — повысить благосостояние граждан за счет наращивания государственных обязательств. Задача, мягко говоря, перевыполнена.

Теперь исполнение всего обещанного будет возможно только при мировой цене на российскую нефть в районе $150 за баррель либо при лавинообразном наращивании дефицита бюджета.

И с политической точки зрения невозможно сообщить нации: мы тут посовещались и осознали, что придется отнять обещанное в будущем, сократить выданное на сегодня и вернуться к жесткой экономии. А избежать этого можно, только «раздев» «Газпром» и других сырьевиков либо нажав на остальной бизнес, неспособный размещать на федеральных каналах рекламные ролики о том, что он – «национальное достояние».

Отсюда и метания. Беда в том, что раз принятое решение о радикальном ужесточении фискального давления на несырьевой бизнес очень трудно отменить. Как говорится, берешь чужое, а отдавать — свое. В данном случае — свою социальную политику, которая является едва ли не главной опорой нынешней власти по формуле «стабильность в обмен на лояльность».

Пока ее финансовое обеспечение оказывается крайне ненадежным. Глава объединяющей средний бизнес организации «Опора России» Борис Титов только что заявил, что доля теневых зарплат растет, а страховые сборы в социальные фонды падают. Падают вопреки оптимистическим официальным реляциям начала года, основывавшимся, как выясняется, на сравнении с крайне низкой базой начала 2010-го.

Рост теневых зарплат означает, что предприниматели разочарованы достижениями той самой путинской стабильности, которые еще несколько лет назад обещали перевести отечественную коммерцию на «белые» схемы и сделать ее наконец добропорядочной.

А еще это значит, что казна недополучает доходы, условия труда наемных работников ухудшаются, а частная инициатива еще более вытесняется в околокриминальную сферу (это в дополнение к неуменьшающемуся административному рейдерству).

Заявление Титова можно списать на положенный ему при его общественной должности лоббизм. Но изыскания экономистов, к сожалению, подтверждают его данные. Специалисты Института экономики переходного периода в начале месяца отмечали, что ответом бизнеса на повышение социальных издержек становятся ценовые накрутки и сокращение инвестиций. А сейчас они же говорят, что в придачу к этим уже достаточно неприятным явлениям

бизнес все-таки уходит обратно в тень и к марту доля зарплатных «конвертов» показала двукратный рост.

Так что последствия социальных решений правительства уже очевидны. Но точно так же очевидно, что простое решение здесь применить невозможно. Несмотря на требование президента Медведева, согласовать фискальный откат назад не получается. Социальный оптимизм, продиктованный политическими нуждами, приводит к тратам такого размера, что закрывать их другими источниками (вроде налога на полезные ископаемые) уже невозможно. А социальный пессимизм для правительства во время избирательного цикла абсолютно исключен.

Единственным выходом здесь может стать разве что длительный период согласований, сопровождаемый половинчатыми решениями, которые из последних сил будут трактоваться как прогресс в деле отмены сверхвысоких страховых ставок. По такой схеме можно некоторое время уклоняться от осмысленных действий, после чего вернуться к жесткой социальной политике. А поскольку терпеть политическую неопределенность, с точки зрения власти, нужно будет только до середины следующего года, общая стратегия может быть названа так: как-нибудь перебьемся.