Расклады

Ваххабизм пришелся по сердцу мусульманам бывшего СССР
Ваххабизм пришелся по сердцу мусульманам бывшего СССР
РИА «Новости»

Альтернатива насилию

Принятые властями Татарстана меры вряд ли лишат ваххабизм той популярности, которой он пользуется у исламской молодежи

Борис Фаликов

Остановить радикализацию мусульман в Татарстане могла бы такая реформа традиционного ислама, которая позволила бы ему составить конкуренцию ваххабизму.

Покушение на муфтия Татарстана Ильдуса Фаизова и убийство его бывшего заместителя Валиуллы Якупова оказались неожиданностью лишь для тех, кто не следил за ситуацией в республике. Год назад Фаизов возглавил муфтият под лозунгом борьбы с ваххабизмом, а Якупов был идеологом этой борьбы. Татарские ваххабиты уступали воинственностью своим северокавказским единоверцам, и главное, среди них не получили развития сепаратистские настроения. Но, когда они поняли, что новый муфтий не собирается отступать и имеет в своем распоряжении не только мощный административный ресурс, но и безоговорочную поддержку силовых структур, началась стремительная радикализация. Июльский двойной теракт, судя по всему, — прямой результат этого процесса.

Дальше больше. Аресты и задержания в ваххабитской среде (пошли слухи о незаконных пытках) вызвали мощную протестную волну. В Казани прошел пикет, участники которого использовали символику запрещенной экстремистской организации «Хизб ут-Тахрир». Но

самым примечательным было то, что сторонники ваххабитского учения вышли на улицу рука об руку с теми, кто по-прежнему мечтают о независимом Татарстане. В последние годы их число неуклонно убывало, но теперь они получили поддержку со стороны исламистов. Если так пойдет дальше, то события начнут разворачиваться по северокавказскому сценарию.

Что это сулит Татарстану и России, не нуждается в разъяснениях.

На первый взгляд, ситуация кажется безвыходной. Если не обращать внимания на радикальный ислам, он подспудно накапливает силы и наращивает свою популярность. Но стоит бросить ему открытый вызов — радикализация усиливается, ваххабиты уходят в подполье и начинают террор.

Однако прежде, чем искать выход, стоит задать себе вопрос — в чем причина популярности ваххабитского учения среди татарских мусульман? Оно пришло сюда из арабских стран, и прежде всего из Саудовской Аравии, где является официальной идеологией. После развала СССР саудовские миссионеры начали активную деятельность среди его мусульманского населения. Она сопровождалась обильными финансовыми вливаниями. Многие будущие имамы и муллы ездили учиться в ваххабитские медресе и возвращались верными адептами этого учения.

Деньги и образование решают многое, но популярность ваххабизма зависит не только от них. Привлекательной оказалась сама его суть: в чем-то она сродни протестантскому пафосу возвращения к истокам христианства и его очищению от искажений и суеверий.

Так и ваххабизм настаивает, что возрождение простой и чистой веры Мухаммеда и его ближайших адептов вполне возможно в наше время. Причем спасет она не только души верующих, но и поможет им возродить справедливые законы, которых не хватает погрязшему в пороках миру. А поскольку идеалы эти так высоки, для их осуществления не жаль пожертвовать и человеческой жизнью, как своей, так и чужой. Поэтому насилие прорастает на ваххабитской почве легко и естественно.

Неудивительно, что ваххабизм пришелся по сердцу мусульманам бывшего СССР. В советское время ислам оброс суевериями и скомпрометировал себя сотрудничеством с безбожной властью. Идея возвращения к истокам веры оказалась здесь очень привлекательной, так же как и идея общинного устройства, позволяющая свободно избирать себе имамов и освободиться от опеки официального мусульманского начальства. Мечта о создании справедливой общины, живущей по законам шариата, неизбежно проецировалась и на общество в целом. Поэтому ваххабизм получил мощную подпитку от энергии социального протеста, которая захлестнула отсталые мусульманские окраины России. И то, что он не останавливался перед террором, лишь усиливало его популярность среди молодых нетерпеливых неофитов. На Северном Кавказе это вылилось в сепаратистское движение, когда строительство собственного шариатского государства, отдельного от России, мыслилось единственным выходом. В более благополучном Татарстане этого пока не произошло. Но гарантии, что не произойдет в будущем, нет.

Несмотря на свою предсказуемость, нынешние события застали татарские власти врасплох. Первая реакция была карательной. Но вместо того, чтобы сосредоточиться на поимке организаторов теракта, власть обрушилась на ваххабитское движение в целом.

Однако оно далеко не однородно. Кто-то готов применить насилие в борьбе за достижение своих идеалов, а кто-то вовсе нет. И последних пока большинство. Карать всех без разбору значит толкать их в объятия радикалов. Протестные акции в столице республики подтвердили это. Спохватившись, власти решили взяться за реформу законодательной базы. Госсовет Татарии внес поправки в закон «О свободе совести и религиозных объединениях». Две важнейшие заключаются в том, что иностранцы отныне не смогут учреждать религиозных организаций, а для тех, кто претендует на должность священнослужителей, необходимы дипломы о специальном образовании. Первая призвана ограничить ваххабитское влияние из-за рубежа, вторая избавиться от радикальных проповедников, многие из которых не получили формального образования.

Однако вряд ли эти меры сами по себе приведут к желанным результатам. Семена ваххабизма уже проросли в татарской почве, и отсечение внешнего влияния мало что даст. С другой стороны, ваххабиты сами вольны избирать своих лидеров, и никто не принудит их выяснять у тех наличие дипломов. В такого рода сообществах все решает харизма, а не бумажка с печатью. Но главное,

обе эти меры не могут лишить ваххабизм той популярности, которой он пользуется у исламской молодежи. Ее привлекают претензии учения на чистоту и подлинность, независимость его лидеров от властей предержащих, и главное, обещания социальной справедливости.

Поэтому единственным способом ограничить влияние ваххабизма является такая реформа традиционного татарского ислама, которая позволила бы ему удовлетворить хотя бы часть этих запросов в мусульманской среде и составить ваххабизму достойную конкуренцию. Обходясь при этом без призывов к насилию. Однако, при нынешнем положении дел не только в Татарстане, но и в России в целом, такой поворот событий выглядит весьма утопично.