Полемика

Олег Шеин
Олег Шеин
ИТАР-ТАСС

Черновая работа протеста

Оппозиционная деятельность не может ограничиваться и мериться только уличными митингами

Олег Шеин

Когда оппозиция будет вести одну социальную кампанию за другой, не будет вопроса, что делать дальше. А политическая деятельность не будет ограничиваться блогосферой и Днями гнева.

Владимир Милов написал большую статью о том, что волна уличных протестов идет вниз. Участников акций становится очевидно меньше. Журналисты, освещавшие последний «Марш миллионов» в Москве, отмечали, что значительная часть участников присутствовала недолго. То есть люди пришли выразить поддержку оппозиции, но слушать выступления по очевидным для них вопросам им уже не интересно. Но на вопрос, что делать, Милов не отвечает.

Спад уличной активности

Падение численности митингов — это не трагично, и это нормально, если сделать соответствующие выводы.

Для начала о лозунге «Соберется миллион людей — и режим падет!». Я его слышал раньше, двадцать лет назад, и слышал дважды.

В первый раз — от «Демократической России». Но

нельзя сравнивать современную волну уличной активности с тем, что было в конце 80-х. Тогда в политических переменах был заинтересован сам государственный аппарат.

Власть у него была, а вот обогатиться, да еще и публично, он не мог. При всех противоречиях внутри системы, вылившихся, например, в вялое ГКЧП, советские и партийные чиновники только выиграли от крушения КПСС: последующие социологические исследования показали, что 80% новых русских вышли как раз из числа советской хозпартноменклатуры. Потом они деликатно свалили вину за распад страны на «бастующих шахтеров». Поэтому уличные выступления были, конечно, важным, но вовсе не основным элементом в падении однопартийной системы. И выгодоприобретателем стали вовсе не шахтеры, а секретари обкомов.

Современную уличную активность с точки зрения ее развития стоит сравнить с другой митинговой волной — антиельцинской, начала 90-х. Она начиналась массовыми митингами и полностью заполненной Манежной площадью, а закончилась резким падением численности уже к осени 92-го года. События продолжали развиваться только на фоне противостояния между Кремлем и Верховным Советом и закончились массовым побоищем в октябре 93-го.

Холодное лето 12-го года

Что же мы наблюдаем сейчас? Оправившись от первого испуга, власть ограничилась тремя уступками:
— видеокамерами на участках (как показал пример Астрахани, с практической точки зрения это не значит почти ничего);
— восстановлением выборов губернаторов (однако муниципальный барьер огородил местных воевод от всех реальных конкурентов);
— многопартийностью. Но многопартийность опять-таки особая — для создания фальшивых партий и размывания оппозиции. Ведь при численности партии в 500 человек на всю страну первым заинтересованным лицом в таком законе становится администрация президента.

Больше того, выдав пару черствых пряников, власть демонстративно стала закручивать гайки.

Закон о запрете митингов, пятимиллионные штрафы за «клевету», арест 16 участников майских выступлений в Москве, внесудебное лишение депутатского мандата Гудкова — это только известная часть айсберга. Увольнение с работы по политическим мотивам, депремирования, задержания и аресты обычных активистов затронули тысячи людей и стали нормой, обычной практикой в нашей стране.

На фоне политических репрессий было качественно повышено жалование офицерам армии и полиции, достигнутое путем сокращения ассигнований на образование и здравоохранение (его можно было достичь путем уменьшения воровства в стране, но сделали по-другому).

В результате оппозиция фактически заняла оборонительную стойку. А любая оборона рано или поздно заканчивается поражением.

Социальный протест

Посмотрим новостные заголовки сентября:

В Ногинске обманутые дольщики захватили недостроенный дом и второй день проводят голодовку

На «Красной шапочке» подземная забастовка

Рабочие БАЗа вышли на митинг против Дерипаски и закрытия завода, один участник задержан

При этом отметим, что на «Красной шапочке» и Богословском алюминиевом заводе рабочие победили.

Да, слов «Россия без Путина!» на этих акциях не звучало. И что? Люди решали свои проблемы. Эти проблемы имеют общую причину — коррумпированное государство.

Ради извлечения личной выгоды оно готово похоронить отечественное производство, вступив в ВТО, перевести систему образования на самофинансирование и уничтожить остатки трудового законодательства. С гниением системы сталкивается каждый, будь то вымогательство взятки за устройство ребенка в детский садик или стократная разница в зарплате между преподавателем и ректором государственного вуза. Общество очевидно недовольно. Время от времени это недовольство выливается в стихийные выступления. Будет не только разумно, но и честно со стороны оппозиции каждый раз помогать участникам этих выступлений. И дело вовсе не в публичных дивидендах. Дело в том, что

каждое такое выступление — это преодоление страха, неверия в собственные силы, это внутреннее освобождение каждого участника выступления.

Но неудавшееся выступление часто расхолаживает людей. Поэтому помогать надо не ради пиара, а ради достижения успеха.

Но кроме инициативных групп в стране существуют и организованные социальные движения. Это свободные профсоюзы — достаточно упомянуть забастовки на «Форде» во Всевололжске и голодовки авиадиспетчеров, чтобы каждый вспомнил, о ком идет речь. Это народные ТСЖ и комитеты против уплотнительной застройки, испытывающие постоянное давление властей и криминалитета. Это местные экологические инициативы, как правило, связанные с борьбой за сохранение парковых зон.

У лидеров этих движений нет никаких иллюзий в отношении современного российского государства. Им не хватает горизонтальных связей и взаимопомощи. Задача политической оппозиции — помочь эти связи наладить. Причем наладить без всяких политических условий.

Наконец, государственная власть, потерявшее всякое чувство самоконтроля, регулярно подбрасывает обществу взрывные темы. В прошлом году это была платная рыбалка. В этом году принят закон о введении обязательной платы за капремонт домов. Причем деньги будут поступать в государственный внебюджетный фонд, где ими ответственно распорядятся ответственные люди. Вот уж тема для общероссийской, причем успешной, кампании протеста. Причем более близкой для людей и легко мобилизующей их, поскольку побор коснется каждого.

И, когда мы будем вести одну социальную кампанию за другой, не будет вопроса, что делать дальше. А политическая деятельность не будет ограничиваться блогосферой и Днями гнева. Постоянная черновая работа по защите практических интересов честных граждан России — основа успеха, ничуть не противоречащая, например, требованию честных выборов.