Расклады

Всерьез контролировать доходы-расходы чиновников никто не собирается
Всерьез контролировать доходы-расходы чиновников никто не собирается
ИТАР-ТАСС

Закон сохранения компромата

К борьбе с коррупцией закон о контроле над расходами чиновников отношения не имеет

Георгий Осипов

Законопроект о соответствии расходов чиновников их доходам замышлялся и писался не для борьбы с коррупцией, а для укрепления поводка, на котором главные начальники стараются удерживать начальников помельче.

В этом поводке и есть главный, единственный смысл всей титанической работы последних лет, и ни в чем другом. И с этой точки зрения работа «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» сделана хорошо. Смотрим: в многочисленных комментариях и оценках проекта его содержание анализируется с другой стороны: якобы, документ делался ради борьбы с коррупцией. Значит, клюнули, значит, верной дорогой идут авторы.

Эти авторы, судя по тексту, не глупы и даже начитаны. Вот развели же дискуссию на пустом месте, причем в нужном направлении. Отличный симулякр.

Он эффективно отвлекает от ясных мыслей уже 4 года, при этом создает впечатление, что антикоррупционное законодательство в России вполне логично развивается.

В 2008 году чиновников обязали отчитываться о доходах. В 2011-м начальники получили право запрашивать справки по операциям и счетам своих подчиненных, а также сведения про них из налоговой инспекции. Теперь же предлагается контролировать и расходы служивых. И если они явно превышают доходы за последние три года, то некий контролер (судя по тексту законопроекта — вышестоящий начальник) может обратиться в прокуратуру. А может и не обратиться.

Не беда, что 2012 году председатель правительства Дмитрий Медведев публично признал, что инициированная им, президентом, в 2008 году декларационная компания потерпела фиаско. Все равно внешне все выглядит как настоящее: узнали про доходы, прознаем про расходы, сравним данные и накажем, если что. Это как бы зеркальное отражение банальных законов о соответствии расходов доходам, которые действуют в приличных странах. Только зеркало наше кривое и лукавое. В оригинале все это дело налоговиков и их компьютеров. В отражении — прерогатива начальства разных категорий.

Но в многостраничной критике законопроекта отношение к этим особенностям отражения какое-то удивительно толерантное. Критика сосредотачивается на деталях, исправления которых никак не повлияет на общую картину.

К примеру, на особенностях учета доходов жен (или мужей), детей чиновника при проверке соответствия расходов доходам. Завязывается увлекательная дискуссия, не кроется ли здесь уловка для сокрытия доходов, ведь у жены может быть бизнес, который всегда покажет нужную доходность. Или отчего это считаются доходы только несовершеннолетних детей? По этому поводу уже были дебаты в думских комитетах, теперь поговорят про то же на пленарном заседании. Результат не важен. Ну посчитают все доходы за три года, включая доходы младенцев, учтут расходы и спросят (начальники у подчиненных): где деньги взял?

В прокуратуру бумага пойдет только по решению вышестоящих дядь, к бумаге будет, может быть, пришпилена объяснительная такого примерно рода: «Деньги в виде слитков и акций остались от прадеда давным-давно, лежали забытые в чулане».

И все, если нет намерения попортить кровь нижестоящему чиновнику за что-то неугодное начальнику. Если же такое намерение есть, то и статью подыскать можно. Кстати, иногда можно просто кинуть народонаселению жертвенную кость в виде бюрократа, извивающегося в муках конфискации. Мол, такие мы, строгие, но справедливые. Примерно так испокон века делают все приличные шайки — сдают кого-то полиции по согласованному графику, и все спят спокойно.

Подходя к законопроекту со здоровой логикой, эксперты отмечают и другие нелепости. К примеру, что проверке подлежит лишь имущество, находящееся в собственности госчиновника или его жены и малолетних детей, но не то, чем он пользуется и что оплачиваемое его «друзьями».

Объемный труд о том, как надо реорганизовать формы и методы борьбы со взяточничеством предложили эксперты ВШЭ. В общем их предложения разумны: не кадровики или кто-то там еще должны сверять чеки и зарплатные ведомости, а href=http://www.finmarket.ru/z/nws/hotnews.asp?id=3083372&nt=&p=1&sec=0>компьютерная программа, которая сможет мгновенно сводить воедино тысячи и сотни тысяч счетов, сравнивать их и так далее.

По сути, эти предложения — не что иное, как краткое изложение основ работы налоговых служб других стран. Как ни деликатничали ученые из ВШЭ, а написали, что «Начать реформу декларирования нужно с 5—7% высших должностных лиц — от замглавы департамента министерства и выше, руководителей управлений МВД и депутатов Госдумы. Раскрывать доходы у руководителей высшего звена должны еще и совершеннолетние дети». Напрашивается вопрос: какое будет продолжение? Ясно, что далее

система должна начать просто работать для всех одинаково, будь то президент, или даже замуправы, или скромная воспитательница детского сада, каждое утро спешащая, по ее словам, на работу на своем Cayenne.

По логике, так бы и надо. Это бы сняло ряд простых вопросов, на которые нет ответа в сложном законопроекте. Например, а если имущество или деньги чиновник записывает на человека, который ему не сват и не брат, что делать? Ничего. Даром что без ответа на такой простой вопрос грош цена всей работе (но только с точки зрения борьбы с коррупцией).

Просто говоря, ученые вплотную подступились к крамольному вопросу про то, не пора ли просто налаживать в стране цивилизованную систему налогообложения. Когда-то, будучи главой налоговиков России, Александр Починок сказал на упрек в низкой доходности бюджета, что дайте, мол, мне фото из космоса дач на Рублевке, разрешите взимать с их реальной стоимости налог на имущество — и бюджет переполнится. Недолго был налоговиком г-н Починок.

Законопроект писали не мечтатели, а трезвые рационалисты. Авторы документа и их творческие руководители понимают, что убрать коррупцию из страны будет примерно таким же опасным экспериментом, как если бы выкачать из некого здания весь воздух и предложить его обитателям приспособиться жить по-новому. И не только потому, что на принципах кормления держится вся вертикаль. А и потому, что приятно наблюдать, прихлебывая пиво, как у богача отбирают деньги, но невозможно представить, чтобы и самому перед каким-то роботом отчитываться за каждую копейку. Тут ведь и до совсем гаденького вопросика недалеко: а куда вы мои деньги пускаете, господа бюрократы? А это никак нельзя допустить ради сохранения целостности державы.

Если рассуждать с наивной точки зрения борьбы с коррупцией, то очевидно, что невозможно сделать один закон для чиновников, другой — для нечиновников. Но такой закон можно написать и принять во всех чтениях. Не для мифического равенства перед законом или иллюзий про жизнь без коррупции. А для того, чтобы можно было достать важную бумагу и ткнуть в лицо какому-нибудь подчиненному смутьяну, пошедшему наперекор воле вертикали. Других целей в обсуждаемом законопроекте нет, другие задачи и не ставились.

И публика, по расчетам творцов, должна быть довольна в сладострастном предвкушении показа сцен насилия над выбранными бюрократами, депутатами, разными публичными деятелями.

Что ж, они постоянно путают зрителей ими же прикормленных телеканалов со всеми нами поголовно.