Полемика

Государству сделка «Роснефти» с BP категорически не выгодна
Государству сделка «Роснефти» с BP категорически не выгодна
РИА «Новости»

«Роснефть» готовят для своих

Баланс приватизации/национализации за 2011–2013 годы с учетом сделки «Роснефти» резко сместился в сторону национализации

Алексей Михайлов

После сделки с BP на долю «Роснефти» и «Газпром нефти» придется свыше половины российской нефтедобычи, то есть нефтяная отрасль России фактически будет национализирована.

Крупнейшая сделка в истории России по покупке «Роснефтью» компании ТНК-BP за 60 с лишним миллиардов долларов – кому она выгодна? Компании «Роснефть»? Возможно. Собственнику компании «Роснефть» — государству? Категорически нет.

Напомню, что компания BP в результате двухэтапной сделки получает $17,1 млрд деньгами и 12,84% акций новой объединенной «Роснефти». Кроме того, BP выкупит у «Роснефтегаза» еще 5,66% акций «Роснефти» по той же цене ($8 за акцию). Около $30 млрд получают частные российские владельцы компании ТНК-BP, впрочем, подробности этой части сделки покрыты мраком.

Краткосрочные проблемы — потеря дивидендов

Государство как собственник «Роснефти» заинтересовано в получении дохода от своей собственности — дивидендов. Теперь догадайтесь, увеличатся или уменьшатся дивиденды, если чистый долг компании возрастет с $20 млрд до $70 млрд, и затраты на его обслуживание, соответственно, уменьшат чистую прибыль.

Государству финансово не выгодно наращивание долга госкомпании. Это сокращает его доходы.

Впрочем, в отношении дивидендов именно «Роснефти» все еще интереснее. «Роснефть» исправно перечисляет дивиденды, но государство их не получает. Они застревают по пути в бюджет. Их получает маленькая компания ОАО «Роснефтегаз». Эта компания полностью принадлежит государству, там работают восемь человек, и она владеет более 75% акций «Роснефти» и 10% акций «Газпрома». У нее один вид деятельности – получение дивидендов.

Зачем нужна такая компания-посредник? А вот именно затем, чтобы аккумулировать дивиденды. И проносить ложку мимо народного рта, а деньги — мимо федерального бюджета.

За восемь лет своего существования компания лишь раз перечисляла государству дивиденды (в 2008 году, в кризис). У нее на счетах накопилось уже более $4 млрд. Минфин попытался взять их в доходы бюджета 2013 года, но удалось взять меньше $2 млрд. Остальные деньги зачем-то остались в этой компании. У нее хорошее лобби — ее начальником является сам И. И. Сечин. Который, кстати, от имени «Роснефтегаза» выбирает сам себя начальником «Роснефти» (ведь именно у нее контрольный пакет компании).

Упразднить бы этот «Роснефтегаз»...

Кстати, если у госкомпании «Роснефть» есть такие деньги для захвата ТНК-BP, то почему она постоянно получает какие-то государственные льготы — на месторождения в Восточной Сибири, на транспортировку нефти на восток и так далее? Она и так сверхбогата.

Среднесрочные проблемы — антиприватизация

В среднесрочной перспективе государство намерено продать пакет акций «Роснефти» целиком.

Но приобретение ТНК-BP дорого обойдется «Роснефти». Сегодня отношение чистого долга компании к чистой прибыли составляет около 1,5, что уже многовато. Она покупает компанию с соотношением менее 1, что хорошо. Но в результате сделки обременение долгом «Роснефти» не уменьшится, а резко возрастет до 3,8 — за счет привлечения нового долга для финансирования сделки. Это огромная цифра.

И кому нужна компания с огромными долгами при приватизации? Цена на нее закономерно упадет, что государству финансово не выгодно.

Государство идет против им же намеченной линии на приватизацию. Помните предвыборную статью Владимира Путина о том, что госкорпорации сыграли свою роль и теперь предстоит переход на частные рельсы? Здесь явно идет прямо противоположный процесс.

А заявления Путина на Санкт-Петербургском экономическом форуме о том, что больше никаких залоговых аукционов, что все сделки с госимуществом должны проходить прозрачно? Эта сделка проходит в полной тайне, многие принципиальные ее детали до сих пор не ясны. Например — кто, собственно, даст «Роснефти» заем почти на $50 млрд?

Сделка по приобретению ТНК-ВР разнопланова. Но собственно к приватизации можно отнести только одну ее часть — продажу 5,66% акций «Роснефти» ВР самим «Роснефтегазом». Правда, обращает на себя внимание, что $4,8 млрд от этой сделки опять не доходят до федерального бюджета, а оседают на балансе посредника — «Роснефтегаза». Куда они пойдут и как будут использованы? Возможно ли, что они будут использованы на выкуп части ТНК-ВР у российских владельцев — учитывая, что обе компании («Роснефть» и «Роснефтегаз») возглавляет один и тот же человек?

С другой стороны, государство планирует в 2013 году продать 6% акций «Роснефти». Непонятно, это уже часть сделки с ВР или это еще дополнительные 6% акций, которые могут пойти, например, в счет уплаты российским владельцам ТНК-ВР. В последнем случае государство денег от приватизации опять не увидит, а его доля в «Роснефти» будет размыта, и частные владельцы получат блокирующий пакет акций.

В любом случае баланс приватизации/национализации за 2011–2013 годы с учетом сделки «Роснефти» резко сместился в сторону национализации.

Доходы государства от приватизации за 2011—2012 годы составят менее $10 млрд (в основном это две сделки — продажа 10% акций ВТБ в 2011 году и 7,6% акций Сбербанка в 2012 году). В 2013 году в бюджет заложено $14 млрд, но будет выполнена в лучшем случае половина. Итого за три года — менее $20 млрд приватизации. А вот масштаб национализации в пользу госкомпаний только на одной сделке с ТНК-ВР составит свыше $50 млрд.

После сделки на долю «Роснефти» и «Газпром нефти» придется свыше половины российской нефтедобычи, то есть нефтяная отрасль России фактически будет национализирована.

Долгосрочные проблемы — обоснованы ли амбиции?

Предполагается, что новая «Роснефть» станет огромным монстром, первой в мире по добыче и запасам нефтяной компанией. Для нее это хорошо, для государства — плохо.

Прежде всего, государство вообще не должны интересовать долгосрочные перспективы компании «Роснефть». Почему? Да потому что государство планирует ее продать в среднесрочной перспективе. Это нового собственника могут интересовать долгосрочные выигрыши при очевидных кратко- и среднесрочных проигрышах (потеря ликвидности, рост долгов). А вот нынешнего хозяина компании — российское государство — нет.

Во-вторых, сами долгосрочные выгоды от приобретения несколько сомнительны. ТНК-BP — эффективно работающая сегодня компания, но вот качество ее запасов оставляет желать много лучшего. Более 80% из нынешней добычи нефти — на зрелых месторождениях, находящихся в стадии проблемной, часто падающей добычи. Более трети добычи — это Самотлор, запасы которого все еще огромны, но после более 30 лет экстенсивной добычи уже трудноизвлекаемы и дороги (из скважины идет 90% воды и только 10% нефти, да и эта жидкость выходит из скважин при закачке в пласты воды, то есть еще более ухудшая качество будущей добычи). ТНК-ВР сегодня – это малоперспективная компания.

Смысл сделки — предпродажная подготовка

Ключевая стратегическая проблема «Роснефти» уже долгое время — это легализация активов ЮКОСА. Сегодня три четверти «Роснефти» по добыче и запасам — это ЮКОС. Международные суды регулярно рассматривают законность приобретения этих активов. Дело доходило до ареста активов компании в Англии.

Для любого будущего покупателя компании иски бывших акционеров ЮКОСа — сильная головная боль.

Но речь не только о репутации компании, но и об использовании самих активов ЮКОСа, которые до сих пор лежат без движения у нее на балансе. В 2007 году первым лотом при распродаже имущества ЮКОСа шли 9,5% акций «Роснефти», принадлежавших ему. Естественно, эти акции купила дочка «Роснефти». С тех пор они фактически являются так называемыми казначейскими акциями (то есть акциями компании, принадлежащими самой компании). «Роснефть» не раз пыталась их как-то пристроить. В начале 2011 года она даже договорилась с тем же BP об обмене их на 5% акций BP. Но — ирония судьбы! – по иску ТНК-BP в Лондоне (а где же еще искать правду?) сделка была расторгнута.

В 2007 году «Роснефть» купила эти акции за $7,6 млрд, сейчас, спустя пять лет, готова отдать BP за $8 млрд – практически без прибыли, только бы избавиться от них.

Вопрос тут даже не столько собственно в деньгах, сколько в том, чтобы де-факто «затащить» в активы ЮКОСа крупнейшую нефтяную компанию, которая станет защищать «Роснефть» в дальнейшем и придавать нужный «лоск» на Западе.

Вторая задача, которая решается этой сделкой — это «отравленная таблетка». «Роснефть», обремененная огромными долгами, — малоинтересный объект для дальнейших сделок с ее акциями. Цена на нее при планируемой приватизации падает, конкуренты сами отходят в сторону. Следовательно, организовать ее приватизацию в «нужные руки» становится проще и дешевле.

И, наконец, третья задача — создание крупнейшей в мире по добыче и запасам нефтяной компании. Фактически создается новый монстр наравне с Газпромом, но теперь в нефтяной промышленности. Не интересный для сторонних инвесторов, но такой аппетитный для тех, кто уже в теме, а главное — рулит финансовыми потоками.

Ну что ж, теперь сложим два и два:

— для государства никаких выгод эта сделка не несет — только очевидные финансовые потери. Сделка идет вразрез с провозглашенной политикой на приватизацию и прозрачность сделок с госимуществом;

— сделка, вероятно (впрочем, это не доказано, не просчитано), выгодна самой компании «Роснефть», но в далекой перспективе. В ближайшие годы это очень рискованная политика в расчете на сохранение высоких цен на нефть в ближайшие лет пять-шесть. Иначе компания может вообще лишиться чистой прибыли.

Получаем результат: понять эту сделку можно только в одном ключе — это предпродажная подготовка самой «Роснефти», причем не абы как, а именно в нужные руки в последующем.

При таком понимании госполитика приватизации/национализации перестает быть противоречивой и укладывается в единую логику. Что готово к продаже — продается уже сейчас в нужные руки. Потенциал остальных компаний максимально возгоняется — прежде всего за счет государства, чтобы иметь в последующем такую же судьбу.