Расклады

Российская экономика выступает в роли кафтана из известной басни
Российская экономика выступает в роли кафтана из известной басни
diafilm.ru

Тришкина экономика

Георгий Осипов о том, что разницу между старым Генпланом и новым Кремлем уловить все труднее

Георгий Осипов

Наши экономические начальники копируют метод Тришки из басни Ивана Крылова, только обрезают не фалды для починки рукавов, а средства из Фонда национального благосостояния и пенсионные накопления — результат обещает быть не менее забавным, чем у баснописца.

Несколько совещаний у президента прошло в последнее время по ставшему вдруг актуальным вопросу — как заставить экономику расти. Еще в прошлом году было решено пустить на это дело все имеющиеся заначки. К зиме даже поговорили про какие-то инфраструктурные облигации, прочее, да так, кажется, и задремали. Скоро и экономика впала в спячку и перестала реагировать на окрики и приказы начальства.

Недавно президент разъярился, выдал подчиненным домашние задания написать планы действий на пятилетку. Написали. Экономика продолжает дремать. Тогда президент проводит серию совещаний на такую, видимо, тему: когда же вы, голубчики, представите мне проекты оживления — деньги-то я давно под это дело присмотрел, пенсионные и благосостоятельные. Где проекты?

Примерно про такое сказано просто у Ивана Крылова: продрался у Тришки на локтях кафтан — он четверти обрезал рукавов, дыры залатал, а после рукава удлинил, обрезав фалды. По Крылову в итоге вышла нелепица, он резюмирует: «Таким же образом, видал я, иногда/Иные господа,/Запутавши дела, их поправляют,/Посмотришь: в Тришкином кафтане щеголяют».

Конечно, рано делать мрачные прогнозы о рецептах взращивания ВВП в России, есть масса доводов против впрыскивания денег в экономику, но есть немало за. В общем, для того и работают на галерах серьезные дяди, чтобы во всем разобраться и принять верное решение. То есть решить конкретно, как и куда найденные В. Путиным деньги пустить. Представить, словом, проекты.

Но решений все как-то не было и не было. Пришлось президенту, как всегда, брать процесс под личный контроль и все делать самому. То есть проводить совещания с разносами и внушениями. И вот в последние дни стали просачиваться из Кремля известия. Деньги Фонда национального благосостояния (в девичестве — Фонд будущих поколений) и пенсионные запланировано направить на развитие транспорта, энергетики и ЖКХ.

Это вызывает столь же мало сомнений, как утверждение про впадение Волги в Каспийское море. И дороги нужны, и с электриками давно пора разобраться, и жилкомхоз требует спешных реанимационных действий. На совещаниях, вроде, был дан ответ и на предостережения ряда панически настроенных экономистов про то, что не разогнать бы инфляцию триллионными впрысками денег. Тревожащиеся говорили: мол, нам не совсем подходит американский опыт — хоть с вертолетов разбрасывать деньги, лишь бы люди шли за покупками, мануфактуры выпускали бы товары и безработица бы не росла. Потому что у них инфляция менее 2% и есть китайцы, которым или надо прятать у себя тонны долларов, или думать о всенародном суициде. У нас инфляция минимум втрое выше, а таджики не готовы еще исполнить роль китайцев.

На совещаниях у президента решили запретить монополиям поднимать тарифы выше определенных процентов, согласившись по умолчанию с тем, что на тарифах и всходят у нас все цены. И с намерением властей урезонить рост тарифов нельзя не согласиться. Но возникает вопрос —

что же именно за проекты такие нашлись, куда Кремль спешит вложить триллионы без риска инфляции и с обещанными ранее гарантиями окупаемости вложений? Может быть, где-то у нас изобретен какой-нибудь новый Интернет, и нельзя зевать, чтобы не получилось, как с непрерывной разливкой стали — придумали в СССР, а быстрее внедрили в Японии?

Нет, ни о каких изобретениях на совещаниях речи не шло, там все было по-серьезному. По конкретным проектам нет пока полной ясности, но кое-что в газеты просочилось. Одна идея пришла из недр РЖД, пара других наметок — из Сибири, освоение которой давно не дает покоя Путину.

Есть планы оплатить строительство высокоскоростной магистрали из Москвы в Казань. Экономист Владислав Иноземцев уже подсчитал, что при идеальных условиях — без воровства и прочего привычного — на возмещение затрат на трассу века потребуется 89 лет. Государственные же мужи и до совещаний, и сейчас, говорят о сроках кратно меньших. Может быть, потому, что если говорить все как есть, то это будет значить признание: не результат, не прибыль важны (не говоря уже о том, чтобы вернуть деньги тем, у кого взяли), а процесс.

Это понятно, этот процесс освоения бюджетных и внебюджетных (то есть, тех же пенсионных денег) и есть у нас главный бизнес, а не кустарное придумывание конвейера в сарае или автоматического тостера в гараже.

Судя по известным данным, вообще чиновники долго не мучились с отбором затей. У РЖД всегда что-то найдется по теме, две других, похоже, просто услышали на сибирских экономических форумах. Там, как и по всей стране, принято готовить разные планы переустройства местной жизни на благо всей страны. Дело это, кстати, часто довольно прибыльное для исполнителей, потому красивых планов у нас всегда хватает.

На этот раз, к примеру, речь идет о финансировании глобального проекта по созданию энергетического моста «Сибирь-Центр». Это старая советская идея, она появилась в 70-е годы прошлого века — примерно в то же время, когда началась реализация другого плана — по переброске сибирских рек куда-то в Азию. Расчет такой: лучше не возить по стране топливо, а жечь его прямо в Сибири, производить ток и вот его уже перебрасывать по проводам туда, где есть на него спрос. И всем будет счастье, сибирякам — работа, остальным — снижение цен на энергию.

Красивый проект, но опять примитивные экономисты все опошляют. К примеру, аналитик Дойче-банка Дмитрий Булгаков высказывает сомнения. Важный вопрос — стоимость строительства и окупаемость этого проекта. По первоначальным оценкам, стоимость проекта составляет сотни миллиардов рублей. Важно понимать, какова его окупаемость, нужен ли он в сегодняшних технических, экономических и промышленных условиях, даст ли он необходимую экономию. Потому что деньги, вложенные в проект, скорее всего, будут переложены на конечных потребителей в виде повышения тарифов, например, на транспортировку электроэнергии. Если он не даст достаточной экономии, допустим, по цене для потребителей в европейской части России, то зачем его реализовывать?

Может быть, мы увидим ответы на подобные простые обывательские вопросы. Пока их нет, как не было и на презентации этого проекта прошедшей весной в Красноярске на 3-м Сибирском энергетическом форуме.

Ни один серьезный экономический разговор в среде российских чиновников не может обойтись последние лет десять без слова «кластер». И с последних путинских совещаний оно донеслось — про «Ангаро-Енисейский кластер» (АЕК). Так теперь принято называть то, что раньше считалось просто планом развития. АЕК включает в себя, к примеру, создание на территории Красноярского края ряда крупных промышленных объектов (к примеру, горнодобывающее и перерабатывающее предприятие на базе месторождения «Благодатное»; производственный комплекс в поселке Верхнепашино Енисейского района; карьер на базе Тальского месторождения магнезита и т. д.). По-старому, надо было доказывать в Генплане, в Москве, что срочно требуется дать денег региону. По-современному это называется поиском решений по стимулированию роста ВВП в России.

Вообще все труднее улавливается нынче разница между старым Генпланом и новым Кремлем. Схожи задачи и методы. В той канувшей стране себестоимость никто всерьез и не считал, про окупаемость писали, часто зная, что лукавят. В той стране власть решала, что, где, когда строить, что или кого, когда и где сажать. На последних совещаниях у президента решали то же (пока без планов посевной, правда).

Однако на этих совещаниях сейчас ни много, ни мало, но вырабатывается новый экономический курс страны на много лет вперед. Если все пойдет, как мечтается, то ВВП взойдет, работа и деньги будут. Но что, если начнутся закавыки? Тогда, может быть, будет повод вспомнить уже не басню про Тришкин кафтан, а комедию Дениса Фонвизина «Недоросль», которая, уверяют литературоведы, послужила основой для написания басни Иваном Крыловым. При негативном развитии событий президент, конечно, будет шкурить виноватых — примерно так, как отчитывала госпожа Простакова своего Тришку, которого заставила (хоть и не был он этому обучен), шить кафтан.

Простакова (Тришке): А ты, скот, подойди поближе. Не говорила ль я тебе, воровская харя, чтоб ты кафтан пустил шире (...) Скажи, болван, чем ты оправдаешься?

Тришка: Да ведь я, сударыня, учился самоучкой (...)

Простакова: Так разве необходимо надобно быть портным, чтобы уметь сшить кафтан хорошенько. Экое скотское рассуждение!