Дискуссии

Денис Вышинский/ИТАР-ТАСС

«С этим уже опоздали»

Георгий Осипов о том, почему из ОНФ ничего не может получиться

В своей работе «Общероссийский народный фронт» пытается ориентироваться на популярные народные идеи, однако его повестку постоянно перехватывают более удачливые конкуренты.

Проект ОНФ о «парашютах» предлагал ввести ограничение суммы компенсаций топ-менеджерам компаний с госучастием 12-кратным месячным заработком (руководителю госкомпании — 18-кратным). Это безобидный законопроект — так, симуляция решительных действий. В подавляющем большинстве компаний практикуют кратно меньшие компенсации — не на них зарабатывают. Проект никак не затрагивал (и не мог затронуть) такие ситуации, как, например, работа фактически ставленника власти и бывшего соратника Путина по службе в органах Владимира Стржалковского гендиректором в негосударственном «Норникеле», парашют которого составил $100 млн.

Признано, что поводом для написания этой симуляции стало то, что уволенному из «Ростелекома» Александру Провоторову назначили 200 млн руб. отходных. Будь тогда в силе проект ОНФ, Провоторов получил бы всего около 120 млн руб., что явно смог бы пережить.

Президент поддержал идею ОНФ ограничить компенсации, написание законопроекта было согласовано. Но юристы с Охотного Ряда нашли в нем изъяны. Мол, служащие госпредприятий все равно смогут получать любые выплаты, просто назвав их иначе. На самом деле, похоже, власть смущает то, что на ту же тему «парашютов» одновременно с ОНФ законопроекты внесли коммунисты, эсэры и депутат от ЛДПР. Значит, при обсуждении инициативы путинского «фронта» они постараются протащить свои идеи, что может лишить путинский «фронт» лавров защитника помыслов трудового народа. Теперь судьба законопроекта будет зависеть от того, сумеют ли специалисты по связям с фракциями получить гарантии того, что авторами закона будут безусловно признаны «фронтовики». Получат — могут и до конца года протащить по всем чтениям.

Печальнее дела с другим красивым симулякром от ОНФ — законопроектом об ограничении стоимости автомобилей для чиновников суммой 3 млн руб. за единицу. И этот проект — без ядовитого зуба, так как практически все вменяемые чиновники мирятся с авто за 700–900 тыс. руб., не предоставляют служебные Bentley для поездок жен на рынки, а помогают им научиться ловко водить личные машины.

Но пока ОНФ думал над проектом, в некоторых регионах местные начальники уже ввели своими распоряжениями ограничения по цене служебных автомобилей (доказав, кстати, что бюджетные расходы можно регулировать и без написания новых красивых законов). А самое противное — Алексей Навальный собрал кучу подписей в пользу ограничения не в три, а в полтора миллиона. Тем самым подследственный оппозиционер создал реальную угрозу превращения законотворческого процесса в подобие некоего аукциона, где играть придется на понижение. Словом, сделал бессмысленной красивую идею.

По всему выходит, что ОНФ и вся путинская команда проигрывают в конкурентной борьбе за право обладания разными идеями, представляющимися властям прекрасными наживками для населения.

Если все именно так, то все плохо. И то, что вообще явилась какая-то конкуренция. И что появились вдруг среди оппозиции игроки, не только не уступающие кремлевским, «фронтовым», а и опережающие их. А еще то, что стали наблюдаться даже зачатки вроде давно прополотых гражданских институтов, о чем заставила задумываться инициатива обязать детей носить школьную форму.

Все было ясно прошлой зимой, когда президент почти обещал руководителю Минпромторга подсобить легкой промышленности законом о школьной форме. ОНФ взялся за написание документа. Но тем временем на местах обсуждение форменной идеи вылилось в то, что люди и местные чиновники сами стали решать, вводить форму или не вводить, и где-то уже ввели, где-то не стали. И закон уже как бы и не нужен, если только не вписывать в него репрессии против родителей-смутьянов, что было бы явной и непопулярной глупостью. ОНФ тянет время, говорит, что закон о школьной форме доводится до ума.

Пока «фронтовики» стали чаще ограничиваться просто выделением идей без написания по их мотивам законопроектов. Выходит тоже коряво.

Высказались в поддержку перехода на зимнее время. Через несколько дней Дмитрий Козак в Сочи объяснил, что «с этим уже опоздали… исходя из того времяисчисления, которое принято в России, заключены все контракты на трансляцию Олимпийских игр». Или предложили ужесточить ответственность за надругательство над символами России после просмотра выступлений обнаженных танцовщиц с флагом страны в городе Чебаркуле в полной уверенности, что девичьи тела на сцене не так подходят к знамени, как торсы байкеров на мотоциклах.

В стране, похоже, наблюдаются два центра написания правил нашей жизни. «Серьезный» — в администрации президента и экономических министерствах. «Попсовый» пробуют создать в недрах ОНФ.

Первый центр работает эффективно и практически без конкуренции. Второй — как видим. Почему так? Наверное, не только из-за разницы в кадрах, а потому, что невозможно в реальной жизни разделить правила на «серьезные» и «народные». Вот с тарифами в серьезном секторе намудрили так, что для корпораций их рост обещают заморозить, а для бытовых потребителей — взвинтить, в том числе и с помощью социальных норм. Что больше взволнует дядь и теть с мозолистыми руками, споры про цены казенных авто или суммы в жировках? Размеры «парашютов» небожителей или остановка роста собственной зарплаты при продолжающемся росте цен и падении курса рубля?

Тот бытовой уровень, на который пытается выйти ОНФ, давно уже успешно достигнут нашим телевидением, и оно на нем прочно закрепилось. Там в сериалах и дискуссиях под рукоплескания статистов этот уровень и уместен. Словом, ниша, на которую претендует ОНФ, уже занята.