Православные активисты во время акции протеста у Новосибирского государственного театра оперы и балета, где состоялся очередной показ оперы Р. Вагнера «Тангейзер» в постановке режиссера Т. Кулябина
Православные активисты во время акции протеста у Новосибирского государственного театра оперы и балета, где состоялся очередной показ оперы Р. Вагнера «Тангейзер» в постановке режиссера Т. Кулябина
Кирилл Кухмарь/ТАСС

Пишите жалобы

Чем грозит стране появление касты «профессионально обиженных»

«Газета.Ru»

Каждый день растет количество жалоб и жалобщиков. Граждане просят проверить спектакли Богомолова и Серебренникова, продолжаются баталии вокруг новосибирского «Тангейзера», спектакля по пушкинской «Метели» и прилепинских «Отморозков». Рост числа неравнодушных даже радует, но крайне важно, чтобы государственные институты — те, куда поступают эти жалобы, — разбирались с ними в рамках здравого смысла.

Из новостных лент может сложиться ощущение, что в российском обществе начался театральный бум: граждане активно смотрят даже не мюзиклы и ситкомы, а серьезные спектакли, выискивая в них то религиозную, то сексуальную крамолу.

Впрочем, еще вчера этот бум был военно-патриотическим. Первая волна громких жалоб поднялась год назад. Вспомнить хотя бы нашумевший блокадный опрос телеканала «Дождь» или провокационный рейтинг самых уродливых памятников от CNN, куда попал мемориал Брестской крепости, вызвавшие в российском обществе бурю негодования. Обе телекомпании впоследствии извинились.

За год число жалоб, кажется, кратно возросло, а их масштаб измельчал. И если многие в обществе искренне возмущались тому, как можно высмеивать героев Брестской крепости, выражая при этом сочувствие ветеранам, которых могли задеть неоднозначные формулировки статьи на сайте американской телекомпании, то теперь возникает все больше жалоб совсем другого свойства.

Возмущенных же граждан как будто становится все больше, и настроены они радикальнее. Социологи уже вводят термины — «профессионально обиженные», «заранее оскорбленные».

А юристы опасаются, что уголовный закон о защите чувств верующих может стать таким же инструментом «экстремизма обиженных», каким стал закон о защите потребителей для «бытовых экстремистов» — людей, которые на исках к магазинам и ресторанам за слишком горячий кофе делают деньги.

В нашу редакцию тоже все чаще приходят письма, в которых читатели жалуются на не понравившиеся им новости, статьи, комментарии. В лучшем случае угрожают обратиться в суд, в худшем – решить вопрос без его участия.

Так, например, выглядит жалоба, не так давно переданная в одно из ответственных ведомств по работе с обращениями граждан. Первая копия, естественно, президенту. Авторские орфография и пунктуация сохранены:

«Уважаемый Владимир Владимирович! Прошу обратить Ваше внимание на провокацию, готовящеюся в Российской Федерации 12 февраля против российских детей, под благовидным предлогом выхода в российский прокат очередного голливудского «шедевра». Речь идет о +6 анимационном фильме 3D фильме с живыми актерами «Губка Боб в 3D» (…) К сожалению по трейлерам, и анонсам к фильму трудно определить сюжет, но по тем же трейлерам, любимый детям, положительный по предыдущим сериям персонаж, превращается в монстра «а-ля супермен»…с традиционно квадратной головой, но «жевто-блокидного» цвета, то есть цвета национального флага Украины… явный намек на конфликт Украины в лице Губки Боба с неким «Пиратом». Прототипа отрицательного героя, озвучивать я думаю не стоит».

Если еще пару лет назад самыми главными оскорбленными в России были многочисленные представители власти — депутаты, сенаторы, чиновники, то сегодня инициативу перехватывает общество. Складывается образ среднестатистического жалобщика — несколько скованный в своем восприятии мира человек, зато неравнодушный, с очень активной гражданской позицией.

По существу, при всем пугающем сегодня многих мракобесии этого процесса, он абсолютно нормален. Жалуются, ищут защиты и справедливости люди во всем мире. Именно так, на уровне запросов-сигналов снизу и обратных сигналов-ответов сверху, и вырабатывается та самая политкорректность, свод проговоренных и непроговоренных правил поведения, в которых нуждается каждое общество. В том числе и наше.

Мало сказать: мы будем придерживаться традиционных ценностей в пику европейским. Их надо выработать. И, судя по всему, за этим процессом мы сегодня и наблюдаем.

В любом случае пытаться доказать свою правоту, пусть и в формате жалоб (других форматов сегодня в России крайне мало), лучше, чем быть пассивным и равнодушным. Чем больше неравнодушных в обществе, тем лучше.

При этом задача государственных институтов — тех, куда поступают эти жалобы, — регулировать этот процесс, оставаясь в рамках здравого смысла. По уму государство вообще должно вмешиваться в дела общества лишь в тех редких случаях, когда это необходимо для безопасности, общественного спокойствия и благоденствия.

Если же по каждой жалобе на показавшиеся кому-то политически, религиозно, гендерно или как-то еще «неблагонадежными» спектакли, фильмы, передачи, публикации проводить проверки, довольно скоро прокуратура и следствие перестанут ловить воров и убийц, сосредоточившись исключительно на оскорбителях чувств, потому что число оскорбленных будет все время расти.

И, конечно, крайне важно отличать жалобу активного, пусть и заблуждающегося в чем-то, человека от доноса. Особенно в нашей стране.

Потому что если не отличать, очень скоро появятся не только профессиональные оскорбленные, но и профессиональные доносчики. Разница между ними в том, что жалобщик хочет, как он думает, сделать лучше обществу, а доносчик, как правило, прекрасно знает, что хочет сделать лучше себе – подсидеть коллегу, выжить соседа, удалить конкурента.

Справятся ли с такой задачей наши далеко не совершенные государственные институты, плотно встроенные в вертикаль власти и привыкшие куда более четко улавливать сигналы сверху, чем адекватно реагировать на сигналы снизу, — большой вопрос. Если нет – то вместо гражданского общества со сложившейся системой общих ценностей мы рискуем завтра получить страну стучащих друг на друга обиженных и оскорбленных.