Louise Flinn/newsteam

Неперевозимая жестокость

Зачем сажать людей в тюрьму за еду

«Газета.Ru»

Не прошло и месяца с момента начала уничтожения санкционной еды, как власти стали готовить почву для введения уголовной ответственности за ее ввоз в страну. Это, к сожалению, вполне вписывается в логику возникшей «гонки жестокости», когда и депутаты, и даже общественники, и, что совсем опасно, госорганы предлагают все больше карательных инициатив в самых разных сферах и по самым разным поводам.

Федеральная таможенная служба предлагает ввести уголовную ответственность за ввоз санкционных продуктов. По мнению ведомства, административной ответственности за это недостаточно.

Видимо, ФТС решила подстраховаться и снять с себя единоличную ответственность за последствия своей идеи: документ вынесен на общественное обсуждение, которое завершится 3 сентября. Недолго продлится обсуждение...

Впрочем, вряд ли мнение граждан, даже если они начнут бурно обсуждать инициативу и выскажутся против, будет принято в расчет. Как не принята в расчет негативная реакция большинства людей на сам факт уничтожения «вражеских» продуктов.

На протяжении нескольких лет законодательство в части преследования за экономические преступления старались сделать либеральнее.

В 2011 году отменили уголовную ответственность за контрабанду. Впрочем, отменили не до конца: в сентябре 2012 года правительство своим постановлением определило перечень товаров, за контрабанду которых уголовная ответственность сохранялась: спирт, драгметаллы, мясо осетровых рыб, янтарь, лесоматериалы, флора и фауна, находящиеся под угрозой исчезновения, озоноразрушающие вещества, черные и цветные металлы, пушнина, нефть и нефтепродукты.

Но в целом тренд на смягчение наказаний за экономические преступления формально продолжался, и это было не только следствием «медведевской оттепели». Не далее как 7 апреля 2015 года президент Владимир Путин по итогам Госсовета по развитию малого и среднего бизнеса поручил правительству подготовить и представить предложения «по увеличению порогового размера ущерба, являющегося основанием для возбуждения уголовного дела по преступлениям в сфере экономики».

Более того, поправками в Уголовный кодекс предполагалось расширить сферу действия статьи 76.1 «Освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности».

Разумеется, всегда найдутся желающие наказывать конкурентов по бизнесу с помощью «силы закона». Поэтому отдельные представители некоторых отраслей, желая создать себе бесконкурентную среду и чувствуя, куда «патриотический ветер» дует, уже предлагают сжигать на границе импортные джинсы и кроссовки модных брендов из тех же вражеских держав.

Чтобы «импортозамещать» их собственными товарами, не особо заботясь об их качестве. Все равно купят: нужно же людям что-нибудь носить.

В случае с инициативой ФТС мы имеем дело вовсе не с «бизнес-инициативой», а с подключением государства к общероссийской «гонке жестокости». Указ президента прямо предписывает уничтожать именно санкционную еду, а не опасную для здоровья или просто незаконно ввезенную. То есть формально, по логике Федеральной таможенной службы, за ввезенные товары из Белоруссии или Парагвая сажать не должны, а из Польши или США — обязаны.

В том же тренде инициатива Генпрокуратуры, создавшей «горячую линию», призывающую людей фактически доносить на продавцов санкционной еды.

Тем самым государство сознательно пробуждает в себе и в людях самые отвратительные инстинкты.

Ту же ФТС никто не заставляет выступать с такой инициативой. Ловите себе молча контрабандистов, докладывайте президенту. Но зачем превращать репрессии против еды в репрессии против людей? Генпрокуратуру никто не заставляет предлагать людям доносить друг на друга: это просто действие в русле политической линии, как ее понимают прокуроры.

Неудивительно, что в России находится все больше людей, жаждущих для других как можно более сурового наказания за любое, даже мнимое преступление. Веяние времени — арестовать, посадить, сжечь, искоренить.

Включение в гонку жестокости не только пламенных ни за что не отвечающих депутатов или отдельных групп деятельных граждан, но и государственных ведомств, делает ситуацию гораздо опаснее для каждого из нас. Дубина правосудия бьет, зачастую не различая «своих и чужих».

В этом смысле приговор нацболу Миронову — 3,5 года колонии строгого режима за распыленный баллончик на концерте Андрея Макаревича — ничуть не лучше, чем попытки сажать за ввоз санкционной еды или травить самого Макаревича за несогласие с позицией России по Украине.

Гонка жестокости не различает, кто прав, кто виноват. Поэтому многие ее активные участники сами рискуют не добраться до победного финиша. И российская история знает много тому примеров.

Путь от «сжигания еды» до «сжигания людей за еду» может оказаться пугающе коротким. Обратная дорога к нормальной жизни, напротив, — долгой и мучительной.