Министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон на Красной площади во время визита в Москву, 22 декабря 2017 года
Министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон на Красной площади во время визита в Москву, 22 декабря 2017 года
Stefan Rousseau/Reuters

Британия против России: война джедаев

После «дела Скрипаля» России придется искать адекватный экономический ответ Западу

«Газета.Ru»

Британия после дипломатического демарша своих союзников ищет новые пути давления на Россию – экономические. И в случае реализации таких мер затронут они не только Россию, но и самих европейцев и американцев. Помимо высылки дипломатов экономических рычагов у Москвы фактически нет, да и активировать их вряд ли стоит – мировая финансовая система настолько переплетена, что очередные «запреты» ударят по всем.

Дипломатическая война против России из-за «дела Скрипаля» может привести к новому витку войны экономической – не сопоставимой по масштабам и последствиям с теми санкциями, которые действовали до сих пор.

«Зеркальных ответов» в экономической сфере у России пока не существует.

Полностью отказаться от поставок газа в Европу ни мы, ни та самая Европа не могут. США и вовсе не зависят от российских энергоносителей. Угрожать ракетами в этой ситуации тоже бессмысленно — потенциал нового российского оружия и возможного ответа Запада таков, что стороны просто уничтожат друг друга в считанные минуты. Поэтому России придется искать ответ в собственном экономическом развитии: как сделать себя менее зависимой от западных экономик и мировых финансов, и при этом не впасть в экономическую изоляцию.

Пока арифметические хроники новой дипломатической войны против России с высылкой дипломатов в знак солидарности с Великобританией, считающей Москву причастной к отравлению экс-полковника ГРУ Сергей Скрипаля и его дочери в Солсбери, выглядят так:

CША выслали 60 российских дипломатов, Великобритания — 23, Украина — 13, НАТО — 7, Франция — 4, Германия — 4, Польша — 4, Канада — 4, Чехия — 3, Литва — 3, Молдавия — 3, Италия — 2, Испания — 2, Нидерланды — 2, Дания — 2, Албания — 2, Австралия — 2, Ирландия — 1, Латвия — 1, Эстония — 1, Румыния — 1, Хорватия — 1, Македония — 1, Венгрия — 1, Швеция — 1, Норвегия — 1, Финляндия — 1, Исландия — 1, Бельгия – 1, Черногория — 1.

Кроме того, исландские чиновники не поедут на чемпионат мира по футболу-2018 в России, а Мальта и Люксембург отозвали из Москвы своих послов для консультаций.

Хорошая для нас новость состоит в том, что пока с Великобританией в оценке «дела Скрипаля» не солидаризировался Китай, который, впрочем, привык не говорить ни «да», ни «нет» по всем острым вопросам международной политики. Оставить каналы открытыми решила и не последняя экономика Европы – Австрия, глава МИД которой Карин Кнайсль признала давление в этом вопросе со стороны Лондона. Демарши ведомства Бориса Джонсона Вену не убедили, хотя Джонсон – мастер слова.

В своей речи накануне он апеллировал к Большой Британии, поминал Монти Пайтона, «Красавицу и чудовище», «Звездные войны». Световые мечи против «Новичка»!

Вспоминается речь «британского премьера» в исполнении Хью Гранта из «Реальной любви»: Британия – это страна Шекспира, Черчилля, «Битлз», Шона Коннери, Гарри Поттера, правой ноги Бекхэма… и левой ноги Бекхэма.

Россия же пока готовит ответные меры. Но если, с точки зрения борьбы «разведывательных сетей», можно выслать из России пропорциональное количество дипломатов всех этих стран, то даже как политический жест это не выглядит зеркальной мерой. Удастся ли России убедить хотя бы еще одну страну-союзницу выслать дипломатов государств «британской коалиции» в знак солидарности с нашей позицией — большой вопрос.

Поэтому пока Борис Джонсон заявляет, что несмотря на выход из Евросоюза, Великобритания никогда не будет одинока, а Россия в ответ говорит, что выславшие наших дипломатов государства — далеко не все мировое сообщество.

Это правда. Около 30 стран – несомненно, не весь мир. Это меньшая его часть. Но, не считая Китая и Японии (которая при этом присоединилась к антироссийским санкциям), против России ополчились ведущие экономические державы планеты. И про тех, кто «не против нас», тоже нельзя уверенно сказать, что они «с нами».

Россию начинают воспринимать на Западе как реального опасного политического противника (а не «временно отбившегося от рук партнера»), влияние которого нужно ограничивать. При этом сам Борис Джонсон проводит аналогию с «Преступлением и наказанием»: когда с самого начала известно, кто виновник. Проблема в том, что даже конкретного исполнителя отравления Скрипалей не объявили. Шесть страниц «слитой» британской презентации по этому делу и скупая информация Скотленд-Ярда света на это дело не проливают.

А британский парламент — пока на уровне комитета по иностранным делам – уже обсуждает возможность проверки происхождения состояний россиян, живущих в Великобритании или обладающих там недвижимостью. Уже известно, что Лондон проверит дела о выдаче 700 «инвестиционных» виз, выданных россиянам. По каким критериям будут проводиться проверки – неясно. Напряглись в первую очередь не в высших политических кругах – под удар поставлены конкретные люди, которые, впрочем, являются клиентами британского бизнеса.

«Что касается Великобритании, в связи с тем, что сейчас это достаточно непредсказуемая страна в отношениях с РФ, в отношении опять же проявления адекватности, то нам сложно судить, какие еще варианты могут рассматриваться, что может являться для этого основанием, а что прикрытием», — отметил пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков.

По сообщению The Guardian, премьер-министр Великобритании Тереза Мэй согласилась рассмотреть возможность введения запрета на продажу российских долговых ценных бумаг на фондовом рынке Лондона. И хотя заместитель министра финансов России Алексей Моисеев заявил, что возможный запрет на торговлю российским долго может плохо повлиять на британских инвесторов, он признал — на Россию такая мера тоже повлияет плохо.

И такое решение ударит не только по британскому Сити или Москве – интересы в мировой финансовой системе уже настолько переплетены, что одна пуля рикошетом затронет чуть ли не полмира. Глубокую встроенность России в эту систему ранее подтвердил Минфин США.

Проблема в том, что до сих пор российские ценные бумаги оставалась привлекательными для иностранцев благодаря тому, что у них относительно высокая доходность и Россия имеет репутацию надежного финансового партнера — после 1998 года дефолтов мы не допускали. При этом иностранцы владеют примерно третью российских ОФЗ, а Россия — значительной долей американских казначейских облигаций, входя в двадцатку стран-крупнейших держательниц американского долга.

Но при этом массовый выход нерезидентов из российских государственных ценных бумаг станет не сопоставимо большим ударом для российской экономики, чем выход России из американских для экономики США.

Очевидно, что Россию будут пытаться ослабить именно экономически. В такой ситуации достижение целей первой части послания президента Путина Федеральному собранию хотя бы для сохранения текущего уровня экономического развития и жизни россиян становится архиважной.

Страна с такой территорией и политическими амбициями не может быть изолированной от мира. При этом России придется делать новые экономические реформы, чтобы снижать зависимость от иностранных заимствований и мировых цен на энергоносители. Повышать дальше военно-политические ставки без угрозы гигантского экономического ущерба России будет все сложнее. При этом существовавших еще год с небольшим назад, после победы Трампа в США, в российском истеблишменте надежд на возможную отмену или смягчение санкций не осталось. Скорее, наоборот — есть угроза их ужесточения.

Можно обольщаться тем, что Запад признал в России если не великую мировую державу, то уж точно опасного противника. Но если начнется масштабное экономическое противостояние, России надо быть готовой к нему, чтобы не разделить судьбу СССР, увлекшегося гонкой вооружений и геополитическими играми, и оказавшегося совершенно беспомощным в экономическом плане.