Право на труд вместо права на отдых

Пенсионная реформа заставит менять российский рынок труда

Одним из главных последствий повышения пенсионного возраста могут стать серьезные изменения на рынке труда. Российскому государству предстоит придумать, как бороться с дискриминацией женщин, которым придется работать на восемь лет дольше, чем сейчас, и мужчин, которым придется работать на пять лет дольше. При этом проблему дискриминации работников по возрасту государство признает уже сейчас.

20 июня премьер-министр Дмитрий Медведев встречался с руководством Госдумы, партии «Единая Россия», которую он возглавляет, представителями финансово-экономического и социального блоков правительства, а также администрации президента для обсуждения пенсионной реформы. «Мы должны предпринять все усилия, чтобы устранить любые ограничения при приеме на работу людей, уже достигших определенного возраста, чего наши люди давно требуют», — признал глава правительства.

При этом понятно, что в рыночной экономике регулировать рынок труда в режиме ручного управления, мягко говоря, не слишком эффективно.

Гораздо эффективнее попробовать реализовать дававшиеся государством еще в прошлом президентском цикле обещания создать к 2025 году миллионы новых рабочих мест. Конечно, высококвалифицированных. Возможно, часть из них досталась бы не молодым, а как раз возрастным работникам.

Между тем уже сейчас проблемы на рынке труда в России гораздо более серьезны, чем показывает официальная статистика. По данным Росстата, на 1 января 2018 года безработица в России составляла 5,2% трудоспособного населения. Для сравнения, в ЕС она в это время была на девятилетнем минимуме, но все равно выше — 7,3%. В США и Китае, правда, ниже — порядка 4%. Но китайской статистике традиционно особой веры нет, а в США безработица всегда была ниже, чем в постсоветской России. По данным Росстата на 1 апреля 2018 года, безработица в России снизилась до 5%. Хотя это все равно примерно 4 млн человек. И эти 5% — самый низкий уровень не имеющих работы в России за последние 25 лет. Повторим, так говорит официальная статистика.

Сами люди оценивают ситуацию на рынке труда несколько иначе. В ежеквартальном опросе потребительских настроений россиян «индексе Иванова» от Sberbank CIB

в том же апреле 2018 года безработными называли себя 9,9% россиян — вдвое больше, чем по официальным данным. И еще 11,1% относили себя к категории частично занятых — работающих на неполную ставку по воле работодателей.

Выходит, так или иначе проблемы с работой ощущают около 20% россиян, а не 5%, как говорит нам Росстат.

Есть еще проблема самозанятых — их государство попытается заставить платить налоги специальным законом. По словам главы Минтруда Максима Топилина, правительство планирует доработать документ и внести его в Госдуму в осеннюю сессию. По оценкам Росстата, самозанятых в России порядка 13,4 миллиона человек — почти 19% общего количества занятых, хотя президент в свое время называл даже цифру 30 миллионов. Очевидно, что для многих людей в предпенсионном возрасте самозанятость и сейчас является единственным финансовым выходом. Так что закон об их налогообложении надо писать очень осторожно — и до объявления о повышении пенсионного возраста россияне не слишком доверяли пенсионной системе и стремились легализоваться, чтобы делать отчисления в социальные фонды. А теперь и подавно не будут стремиться выйти из тени — ведь получение государственных пенсий становится для них еще более отдаленной перспективой.

С работниками в «бывшем» пенсионном возрасте государству вообще надо быть внимательным: обычно люди старших возрастов (не только пенсионеры) являются и самыми активными избирателями. Причем голосуют обычно за действующую власть (людям в пожилом возрасте свойственна большая тяга к стабильности).

Если раньше российские власти пытались как-то адаптировать жизнь россиян в старости к пенсии, теперь эту задачу придется серьезно трансформировать: заявленное в майском указе президента продление возраста здоровой активной жизни становится уже критически важной задачей. Ведь сейчас в 25 российских регионах средняя продолжительность жизни меньше, чем новый пенсионный возраст. С другой стороны, российскому рынку труда в любом случае не помешало бы научиться лучше приспосабливаться к продлению активной жизни людей и не избавляться от работников только под предлогом их возраста или потому, что молодым-начинающим можно платить меньше. Если пенсионная реформа подтолкнет государство к более точной и тонкой настройке рынка труда под объективную реальность без излишнего прямого регулирования, лучше станет и тем, кто пытается реализовать законное право на труд, и тем, кто мечтает дожить до заслуженного отдыха. Самому государству выгодно, чтобы люди могли достойно зарабатывать и что-то копить на свою отсроченную пенсию.