Новости

Правильный алгоритм ограничения

Нужно ли вводить общий запрет на экспорт бензина

Слушать
Остановить
В конце прошлой недели Минэнерго обратилось в правительство с предложением ускорить введение ограничений на экспорт бензина. Причина очевидна: рост цен на топливо. По Росстату, бензин только за июль подорожал на 0,7%, с начала года – на 5,2%, а дизтопливо, соответственно, на те же 0,7% и 3,3%.

Помимо этого, Минэнерго планирует подписать соглашения с нефтяниками об увеличении до 15% нормативов реализации топлива на Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже. Сейчас норматив по бензинам составляет 11%, по дизтопливу – 7,5%.

Обе меры, на первый взгляд, правильные, но дьявол, как всегда, кроется в деталях. Разберем по порядку.

Нужно ли вводить запрет на экспорт? Скорее, да, чем нет.

С одной стороны, внутренний спрос, а с ним – цены на топливо стабильно растут, а с другой стороны, экспортные поставки бензинов значительно не снижаются. В январе-мае этого года экспорт снизился всего на 5,8%, хотя в последние месяцы падение было более заметным.

Если вводить временный запрет экспорта, то на бензин класса Евро-5, и, само собой, на дизтопливо. Другой вопрос, по какой схеме.

Самое простое – ввести полный запрет на экспорт. Но тогда возникнет угроза невыполнения межправительственных соглашений, пострадают интересы дочерних обществ наших ВИНК в приграничных государствах, не следует забывать и о долгосрочных коммерческих договорах.
Так что какой-никакой экспорт останется, да и внутреннее перепроизводство никому не нужно. Следовательно, нужен алгоритм пропорционального сокращения объемов экспортных поставок.

Здесь изобретения велосипеда не потребуется. Достаточно взглянуть на полугодовые итоги экспорта бензина Евро-5, чтобы увидеть, что наибольший объем экспорта приходится на «Сургутнефтегаз» («СНГ»). С начала года доля «СНГ» в совокупном экспорте, в первую очередь, через Киришский НПЗ, составила без малого половину, точнее, 44,9%.

На втором месте с большим отрывом идет «Газпром нефть» с долей в 10,6% (если с «Газпромом» и «Газпром Салаватом», то 19,9%), показатели остальных компаний - менее 5%.

«Кириши» могут безболезненно снизить объемы экспортных поставок в два раза (что, кстати, уже произошло в июне по сравнению с апрелем-маем), и перенаправить топливо на внутренний рынок, прежде всего, на биржу.

Тут мы переходим ко второму предложению Минэнерго об увеличении биржевого норматива реализации с 11 до 15% от произведенного ВИНК топлива.

План Минэнерго также кажется верным, но лишь до тех пор, пока мы не познакомимся поближе с текущими показателями биржевой реализации моторного топлива.

С начала года наибольшая доля биржевых продаж бензинов принадлежит «Роснефти» – 1 688 тыс т или 25% от общего объема производства. У «Газпром нефти» – 535 тыс т или 13%, у «Лукойла» – 508 тыс т или 14%.

По дизтопливу ситуация схожая с той разницей, что при нормативе в 7,5% «Роснефть» продавала через биржу в среднем 15% собственного производства или 1 690 тыс т.

В общем и целом, «Роснефть», помимо прочего, снабжающая собственную сеть АЗС в 3 000 станций, с начала года реализовала через биржу порядка 46% совокупного биржевого объема автобензинов и 42% дизтоплива.

Но речь не о том, какая «Роснефть» хорошая, а о том, что отдельные производители, что называется, въезжают на чужом горбу в рай. Скажем, упоминавшийся выше «СНГ» при биржевом нормативе реализации бензинов в 11% продал через биржу лишь 10%, а по дизтопливу при нормативе 7,5% и вовсе 4%. Чуть лучше дела с выполнением нормативов у «ТАИФ-НК» (включая «Татнефть»): по бензинам – 15%, по дизтопливу – 6%.

Прежде чем повышать общий норматив, нужно, во-первых, разобраться с компаниями, что не выполняют действующие соглашения, а во-вторых, разработать дифференциальную шкалу в зависимости от адресности внебиржевой реализации.

Второе нужно сделать во избежание возникновения ситуации, когда рост биржевых продаж произойдет за счет снижения поставок региональным нефтебазам и уменьшения внебиржевых продаж крупным предприятиям и федеральным заказчикам. Те, в свою очередь, выйдут на биржу и увеличат спрос, что нивелирует желанное расширение предложения.

Сейчас ФАС проверяет нефтетрейдеров на предмет «соучастия» в росте цен. Вполне возможно, кое-кого следовало бы также проверить по поводу присутствия в серых экспортных схемах, когда топливо притворно и по минимальным ценам продается «своим» покупателям, а потом, якобы, легально, уходит на экспорт. У биржевиков имеются определенные подозрения на этот счет в отношении крупнейшей частной компании.

Впрочем, если это и домыслы, то в известной мере объяснимые: все хотят работать в равных условиях.

Картина дня